Элиас Гримм – Японский хоррор: Полное собрание (страница 2)

«Мам!» – крикнул Риота, его голос сорвался от ужаса. – «Мам! Сатоши не просыпается!»

Мать Риоты, услышав его крик, вошла в комнату. Её лицо, сначала выражавшее обычное материнское беспокойство, мгновенно исказилось ужасом, когда она увидела Сатоши. Срочно вызвали медиков. Когда они приехали, их вердикт был краток и страшен: остановка сердца. Сатоши был мёртв. Бабушка Сатоши, которую срочно вызвали, прибыла в слезах, склонившись над телом своего внука, не в силах поверить в эту новую, ужасную потерю.

Охваченный шоком и горем, Риота, забыв обо всём, набрал номер Нобуюки. Он хотел поделиться с ним этой новостью, возможно, найти в нём поддержку, но телефон был вне зоны досягаемости. Нобуюки не отвечал. На следующий день в школе его тоже не было. Риота, чувствуя, что что-то не так, решил зайти к нему домой.

Когда Риота подошёл к дому Нобуюки, его охватил ужас. Вместо привычного дома, где он так часто бывал, он увидел лишь сожжённые, чёрные развалины. Дым ещё вился над пеплом, а вокруг стояла тишина, более страшная, чем любой крик. Страх, который он испытывал в лесу Аокигахара, вернулся с новой силой. Он бежал домой, как будто спасаясь от преследующего его кошмара, и рассказал родителям обо всём, что произошло. О лесе, о Сатоши, о Нобуюки.

Его родители, выслушав его с нарастающим ужасом, решили, что ему нужна помощь. Они не могли оставить его одного с этими страшными событиями. На следующий день они отвели его к известному в городе экстрасенсу, мужчине по имени Таро.

На следующий день, когда солнце ещё не успело полностью рассеять утреннюю дымку, Риоту, поблекшего и потерянного, привели в дом экстрасенса. Само здание, где жил этот Таро, казалось, выделялось из общего ряда жилых домов – оно было старым, немного запущенным, с потемневшими от времени деревянными стенами и маленькими, затянутыми бумагой окнами, словно скрывающими в себе тайны. В воздухе витал странный, приторный запах благовоний, смешанный с чем-то ещё – затхлым, как запах старых книг.

Родители Риоты, с лицами, полными тревоги, объяснили экстрасенсу, что произошло. Сам Таро оказался мужчиной средних лет, с удлиненными, седеющими волосами, собранными в тугой хвост, и глазами, которые, казалось, видели насквозь. В его присутствии чувствовалась какая-то необычная сила, притягательная и одновременно пугающая.

Риота, преодолев робость, рассказал всё. О походе в Аокигахару, о встрече с повешенным человеком, о найденной истории «Коровья голова», о смерти Сатоши, о пожаре, уничтожившем дом Нобуюки. Говоря, он сам с трудом верил в то, что вырывалось из его уст, но каждое слово, казалось, обретало новую, зловещую реальность.

Таро слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка кивая, словно складывая в единую картину обрывки информации. Когда Риота закончил, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем старых часов.

«Я понимаю, что ты пережил, юный Риота», – наконец произнёс Таро, его голос был низким и спокойным. – «Эта история, которую ты нашёл… Она не простая. Она связана с чем-то древним, с чем-то, что может принести великую беду, это проклятие облачённое в рассказ. Любой, кто прочитает этот рассказ будет нести смерть вокруг себя. Смерть всех тех, кого он любит и кем дорожит». Он посмотрел прямо в глаза Риоты. – «Я смогу помочь тебе. Я проведу обряд очищения.».

Риота, услышав слово «проклятие», ощутил, как по телу пробежала волна холода. Но в то же время, в нем зародилась надежда. Надежда на то, что всё это можно как-то исправить, что можно спасти тех, кто остался ему дорог.

«Я… я хочу этого», – сказал он, его голос дрожал. – «Сделайте всё, что нужно».

На следующий день, ранним утром, Риота, вместе с Таро и матерью, отправились в Аокигахару. Мать, хотя и была напугана, решительно настаивала на том, чтобы сопровождать сына. Лес встретил их той же гнетущей тишиной, что и в день их первого визита. Деревья стояли плотной стеной, их ветви сплетались над головой, пропуская лишь тусклый, рассеянный свет.

Риота вёл их по едва заметным тропинкам, туда, где видел повешенного мужчину, Таро начал свой обряд. Он разложил на земле странные символы, выложенные из камней, зажёг костёр, в который бросил блокнот с историей. Его движения были точны и ритмичны, он произносил заклинания на древнем, непонятном языке, которые, казалось, витали в воздухе, проникая в самую суть леса.

Риота стоял в центре, чувствуя, как его тело наполняется странной энергией. Он ощущал, как что-то покидает его, как будто тяжёлый груз снимается с плеч. Таро, закончив свой обряд, подошёл к Риоте и положил ему руку на плечо.

«Проклятие снято, Риота», – сказал он, его голос звучал уверенно. – «Ты свободен».

Мать, облегченно вздохнув, сердечно поблагодарила Таро за его помощь. Она достала из сумки деньги, тщательно отсчитав купюры, и отдала их экстрасенсу. Риота, чувствуя себя так, словно снова начал дышать, тоже поблагодарил Таро. Казалось, всё действительно наладилось. Груз страха, который давил на него последние дни, исчез.

Вернувшись домой, Риота чувствовал себя другим человеком. Жизнь, казалось, снова обретала свои краски. Он старался вернуться к своей обычной жизни, но память о пережитом всё ещё преследовала его. Особенно он думал о Таро, человеке, который, казалось, спас его от чего-то ужасного.

Прошёл месяц. Риота чувствовал, что должен ещё раз поблагодарить Таро. Он решил пойти к нему домой, чтобы выразить свою признательность.

Придя к дому экстрасенса, Риота увидел, что он выглядит ещё более заброшенным, чем раньше. Дверь была закрыта, но не заперта. Риота осторожно открыл её и вошёл. «Таро?» – позвал он, но в ответ – тишина.

Наконец, из глубины дома вышла женщина. Это была жена Таро. Её лицо было измождённым.

«Вы… Вы кого-то ищете?» – спросила она, её голос был полон горечи.

«Да», – ответил Риота. – «Я ищу Таро. Я хотел бы поблагодарить его».

Женщина лишь заплакала. «Таро…» – прошептала она. – «Он… он скончался две недели назад». Её голос сорвался, и она, захлёбываясь слезами, выставила Риоту за дверь и закрыла дверь перед самым его носом.

Потрясённый, Риота отступил от двери. Таро мёртв? Тот, кто снял с него проклятие? Как это возможно? Он побрёл обратно к дому своих родителей, его разум был переполнен вопросами и новой волной страха.

Увидев мать, сидящую в кресле и спокойно смотрящую телевизор, Риота почувствовал мимолётное облегчение. Хоть кто-то остался прежним. Он подошёл к ней и рассказал о том, что случилось с Таро. Но мать, казалось, не слышала его. Она не ответила, её взгляд был прикован к экрану. Риота, встревоженный её реакцией, протянул руку и коснулся её руки.

Она была холодной. Без признаков жизни.

Риота почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он бросился наверх, в комнату, где был отец. Отец лежал на полу, он был мёртв и рядом с его телом лежал блокнот, который Таро сжёг в обряде очищения.

Риота осознал, что проклятие никуда не исчезло. Он был заклеймён им и что бы он не сделал с блокнотом, он всегда будет возвращаться к нему. Любой, кто прочитает «Коровья голова» будет нести этот груз на себе. Груз потерь, отчаяния и безысходности. Все, кого он ценил и любил – Сатоши, Нобуюки, родители, экстрасенс Таро – все они погибли. Это он принёс его в свою семью, это он привёл его к другим. Мужчина в лесу, покончивший с собой, был первым, кто попал под его удар. И он сделал это, чтобы остановить распространение проклятия.

В этот момент отчаяния, когда реальность стала невыносимой, его взгляд упал на верёвку, лежавшую где-то в углу комнаты. В его сознании, затуманенном горем и осознанием собственной вины, возникла мысль – единственная мысль, которая казалась ему логичной, единственным выходом. Если он является источником проклятия, если всё, к чему он прикасается, все, кого он любит, обречены на гибель, то единственный способ остановить это – прекратить своё существование.

Движимый этим ужасным, но, как ему казалось, единственно правильным решением, Риота встал. Его движения были медленными, но исполненными холодной решимости. Он не плакал. Его слезы, казалось, иссякли вместе с его надеждой. Он взял верёвку, блокнот и вышёл из дома, который теперь казался ему чуждым местом. Риота пошёл в лес Аокигахара. Туда, где всё началось.

Шаги его были уверенными, несмотря на внутреннее опустошение. Аокигахара ждал его, как будто предчувствуя его прибытие, готовый принять новую жертву.

Через несколько месяцев, люди, прогуливающиеся по лесу Аокигахара, как обычно, искали здесь уединения, покоя, или, возможно, того же, что искали Риота с друзьями – щекотки нервов.

Где-то в глубине леса, на одной из тех самых заросших тропинок, где когда-то бродили трое друзей, люди заметили нечто. Нечто, висящее на ветке могучего дерева. Труп. Мальчик, его тело казалось хрупким и безжизненным.

Люди, обнаружившие его, испытали ужас. Они немедленно сообщили о своей находке полицейским. Прибывшие на место, полицейские сняли тело мальчика с дерева. При нём нашли несколько вещей, ничего особенного, но затем наткнулись на блокнот.

В нём была история, написанная от руки, под названием «Коровья голова»:

Мир маленького Такуи был ограничен стенами старой, потрёпанной фермы и бескрайними просторами зелёных полей, что раскинулись вокруг неё, сколько хватало глаз. Это была его вселенная – мир запахов свежескошенной травы, влажной земли после дождя, парного молока и, как бы это ни было грустно, отдалённого, но неизменного запаха скотобойни, который всегда витал в воздухе, напоминая о суровой реальности жизни.