Элиан Тарс – Возвращение в Сумрак [СИ] (страница 50)

Ух ты, она в самом деле подготовила освобождение от флотской службы для Смитта-младшего со всеми почестями? То есть в самом деле планировала его отпустить? Какая молодец…

— Есть, капитан, — всё так же сдавленно прохрипел офицер.

— Идите! — велела она.

Когда офицер и моряки развернулись и двинулись к лодке, Морган пошатнулась и до белых пальцев вцепилась мне в плечо. Я поддержал ее, чтобы она не упала. Всё-таки строить из себя железную капитаншу ей сейчас было очень нелегко.

Однако, когда офицер Дринкинс обернулся, он увидел всё ту же несломленную Морган. Подумаешь, она опиралась на другого капитана…

Клык вырвали, но не сломали, а аккуратно положили на полочку.

Едва между двумя кораблями проложили трап, на него тут же взлетел взволнованный Генри Смитт. Буквально секунда потребовалась губернатору Лореляйя, чтобы оказаться на палубе Франки-Штейна и крепко обнять сына.

— Говард… — тихо проговорил он, прижимая к себе молодого черноволосого мужчину.

Бывший флотский офицер Говард Смитт как две капли воды был похож на своего отца — такой же высокий и статный. Правда, когда они стояли рядом, Смиттов можно было принять за братьев, но никак ни за отца и сына.

— Рад тебя видеть, пап, — устало ответил Смитт-младший.

— А как я рад видеть тебя, сынок… — прошептал Смитт-старший и, с трудом разжав объятья, посмотрел на меня.

А затем поклонился в пояс. Вслед за ним поклонился и его сын.

— Капитан Лагрнадж… — начал было Генри, но я перебил его.

— Не нужно благодарностей. С вас причитается банкет.

Перестав кланяться, оба Смитта заулыбались, а мои моряки за спиной заулюлюкали.

Я же в очередной раз бросил косой взгляд на «Штормового Орла». Лёгкий фрегат, на котором всё это время находился губернатор Лореляйя, выглядел потрёпанным. Как и ещё пять кораблей, поддержавших нас во время операции по пленению лунной алти. Наша эскадра сражалась с эскадрой Морган, но удалось обойтись без потопленных судов с обеих сторон.

Но теперь обеим сторонам требуется время на восстановление. Хорошо хоть все наши кораблики на ходу, и смогут добраться до нашей временной базы.

— Вы правы! — бодро произнёс губернатор. — Курс на банкет! Возвращаемся на Лореляй!

— Никого не впускай, — повторил я Починкко, когда мы стояли возле небольшой двери, отгораживающую одну из комнаток в трюме.

— Я помню, брат. Твоя личная пленница, — невозмутимо произнёс он.

Я же на это лишь хмыкнул, вспомнив, какой ажиотаж словосочетание «личная пленница» вызвал у Берга. Он аж едва не лопнул от восторга. Но рядом стояла Марси, так что от прямых матросских высказываний наш кок воздержался, но про какао пошутить не забыл.

Марси не поняла.

А вот Шон понял и начал на меня поглядывать неодобрительно, пришлось прояснить ситуацию и сказать суровым голосом:

— Шуточки в сторону, господа. Эта женщина владеет чрезвычайно важной и секретной информацией о наших противниках и предполагаемых противниках. Придёт время, и я поделюсь с вами этой информацией. Или нет, — последнее было адресовано Бергу, который всё ещё похабно улыбался.

Хмыкнув, я отпёр замок и вошёл внутрь.

Оливия Морган, одетая в чистую, белую рубаху и рабочие штаны, лежала в гамаке и держала в руках книгу «Начало Первоэлемента» — монографию одного известного философа. Я человек не самый злой, так что подумал о досуге своей личной пленницы. Но я и не самый добрый, так что для той, кто хотела уничтожить мою команду и похитить моего барана, книгу занял у Берга, а не, например, у Гарри Разноуса.

— Увлекательное чтиво, спасибо, — вместо приветствия сказала она, не вставая с гамака.

— Уже прочитала?

— Да. Что ты на меня так смотришь? Не веришь? Пересказать? Цивил, написавший этот трактат, весьма смышлёный в вопросе мироздания. Для цивила, разумеется.

Хмыкнув, я покачал головой. Может быть, нужно было всё же для неё взять «Приключение кораблика Томаса» у Гарри?

— Рад, что тебе есть чем заняться у нас в гостях, — спокойно проговорил я. — За несколько часов прочитать эту книгу.

— Ха! — фыркнула она. — Давно мечтала об отпуске. Почему бы не воспользоваться возможностью? Ну, легенда морей, капитан Лаграндж, чего пришёл? Я тут слышала про «личную пленницу» — кивком головы она указала на дверь. — Неужели нашему златоголовому красавцу не хватает женского тепла?

Я тяжело вздохнул. Передо мной что, Берг в юбке? Хотя нет, она в штанах. Стало быть, Берг с сиськами? Ой… воображение, иди спать, не пугай меня такими картинками.

— Как мне тебя называть? — резко спросил я. — Какое твоё настоящее имя?

Она нахмурилась и раздражённо дёрнула губой.

— Думаешь, у солнечного алти есть право задавать мне подобные вопросы? Право звать нас по именам вы потеряли давным-давно!

— С чего бы? — хмыкнул я. — Откуда такая ненависть у той, кто служит Джекману? Мрази, предавшей и уничтоживший её народ?

— Да что ты знаешь о моём народе!!! — вспылила она, вскочив-таки с гамака и швырнув Бергову книгу в стену. — Ты, проспавший всю жизнь идиот, который корчит из себя мерзавца Джонсона⁈ Открою Восьмое Море! Я самый крутой капитан! Тьфу на тебя!

Её плевок даже не долетел до меня. Я же скривился и покачал головой:

— Сама капитан, а плюёшь на корабле…

— Иди в морскую задницу!

— Бывал я в самых отдалённых и труднодоступных местах многих морей… — припомнил я.

— Ты… Ты… Ты меня бесишь! Я ненавижу тебя и презираю! Знаешь, какой тип самый худший из предателей⁈ — неожиданно спросила она и выжидательно уставилась на меня.

Я замер и честно ответил:

— Я вообще удивлён тому, что у предателей есть деление на типы. По мне, предатель — он и у морского чёрта на рогах предатель.

— Худшие предатели — отвернувшиеся! Те, кто проигнорировал беды своих товарищей! Те, кто не пришёл на помощь тогда, когда должен был! Солнечные алти не помогли нам! Хуже них только капитан Джонсон, который заставил нас поверить в счастливое будущее и сдох, не сдержав обещание!

— Эм… — удивлённо протянул я, застыв в оцепенении. Несколько секунд мне потребовалось, чтобы отойти от шока и осторожно спросить: — Тебе не кажется, что в твоих словах не очень много логики?

— Иди в задницу! — привела она контраргумент.

— По-твоему, солнечный алти, который вообще был младенцем, а затем беспробудно спал много лет во время всех этих печальных событий или же капитан Джонсон, умерший из-за предательства, куда более страшные враги, нежели Джекман Барбаросса? Который и устроил геноцид вашего племени?

— Отвали! — рявкнула она, но вроде бы уже не так уверено.

— И в итоге, ты помогаешь Бари с его грязными делишками, помогаешь ему и дальше портить мир… Развивать то зло, которое и уничтожило ваше племя. При этом обвиняешь капитана Джонсона, который приложил немало сил ради свободы алти и других людей?

— Он обещал нам помощь, защиту и дружбу, — выплюнула она каждое слово. — А в итоге его корабль забрал жизни наших близких! Он обманул нас! Он создал этот корабль! Он виноват во всём!

— Он был мёртв!

— Смерть — не повод нарушать клятву!

Я тяжело вздохнул в очередной раз.

— Да, я тоже слышал это пафосное высказывание, от которого за километр несёт желанием скинуть с себя ответственность на кого-то другого. Желательно того, кто не может тебе ответить.

— Да что ты вообще знаешь об ответственности! Ты бесполезное тело! А твоё племя не пришло на помощь своим братьям!

— Вот, — я указал на неё. — Ты ходишь по кругу. Но так и не ответила, как ты вообще можешь вилять хвостиком перед Бари после всего, что он сделал?

Её глаза недобро сверкнули.

— О… будь уверен, этот ублюдок ещё получит своё!

— А вот в этом я не сомневаюсь, — кивнул я.

Она замерла, забавно приоткрыв ротик. До неё начал доходить смысл моих слов.

— Ты хочешь… его смерти?

— Если упростить, то да.

— Хм… тогда отпусти меня! Мы… я тоже хочу его убить!