Элиан Тарс – Возвращение в Сумрак [СИ] (страница 52)

В порыве чувств он дёрнул двумя руками за ворот своей рубахи, затрещала ткань, разлетелись пуговицы, и Хельг обнажил волосатую грудь.

— Ничего лишнего! С душой нараспашку! — выкрикнул он.

Женщины-офицеры из числа гостей одобрительно захлопали.

Я рубаху снял аккуратнее. Гомон стал громче, и вот мы уже с громилой Хельгом стоим друг напротив друга.

Я не уступал ему ростом, всё-таки по меркам цивилов Хельг был очень высоким.

Однако я был уже его в плечах. Он вообще — гора мяса.

Да уж, среди выдающихся капитанов гораздо чаще встречаются такие вот перекаченные громилы, чем среди обычных людей.

— Ну что, начали? — улыбнулся я.

— А давай! — радостно выкрикнул он.

Он рванул вперёд и нанёс мощный хук левой. Я поставил блок и атаковал прямым ударом, но мой удар Хельг заблокировал и попытался обвить мои руки.

Я избежал захвата и врезал ему левым в печень.

— Окх… — выдохнул он отпрыгнув. — А ты хорош!

— Ты тоже!

Он вовремя напряг мышцы и смог погасить силу моего удара.

Улыбаясь во весь рот, я рванул вперёд.

Мы кружили друг вокруг друга под завывания толпы, осыпая друг друга ударами. По какой-то непонятной причине, ни один из нас не бил ногами. Это казалось неправильным. А вот кулачный бой и захваты — самое то.

Но как раз от захватов мы оба уворачивались. Ровно до тех пор, пока не вошли в клинч.

— Ральф просил помочь тебе… мы согласились… — тяжело дыша, проговорил он. — Но теперь я вижу… ты в самом деле… один из нас! Брат! Я готов… помогать… тебе!

Перестав давить мою шею, он попытался достать меня правым апперкотом прямо в лицо!

Сжав его левую руку, я довернул корпус и перебросил громилу через себя.

Хлопнувшись на траву, он, глядя на меня и звёздное небо, расхохотался.

— Взаимно, брат, — с улыбкой сказал я, протянув ему руку.

Я помог встать Хельгу, и мы пошли к столу. Я поймал взгляд Самира — молчаливого сухонького мужика с длинной, острой бородкой, тот с невозмутимым видом мне кивнул.

Ровно точно так же он вёл себя и раньше, когда был молодым капитаном.

Широко улыбнувшись, я показал ему большой палец — ровно точно так же на его молчаливые кивки отвечал капитан Джонсон.

Самир на миг округлил глаза, а затем снова невозмутимо кивнул.

Веселье продолжилось, народ поздравлял меня с победой, а Хельга хвалили за попытку и красивый бой.

В один момент я заметил, что кое-кому не терпится поговорить со мной тет-а-тет и вышел из-за стола прогуляться к озеру. Такое практиковалось тут сплошь и рядом. Усевшись на пенёк и любуясь водами Лореляйя, которые под светом фонарей и звёзд казались особо таинственными из-за своего лазурного свечения, я принялся ждать.

— Капитан, — не оборачиваясь поздоровался я.

— У вас глаза на затылке? — усмехнулся бывший офицер Алиссийского флота Тьерри Буше. Я лично возвёл его во временный чин, но власти этот чин подтвердили. Редко происходит обратное.

— Может быть, — хмыкнул я и только сейчас обернулся. Взгляд зацепился за его погоны, выделяющиеся на синем камзоле. — Не жалеете о выборе?

Он сразу понял, о чём я, и мотнул головой:

— Ничуть. Иначе мне пришлось бы сдавать ваш подарок в аренду — никто бы не позволил новоявленному капитану ходить на малом линкоре.

— Представляю, скольких трудов стоило вам сохранить корабль, и уйти со службы всей командой, — я внимательно посмотрел на него, давая понять, что ожидаю откровений.

— Мне были известны кое-какие секреты, в том числе те, что я нашёл в вещах своего бывшего капитана. В конце концов эти секреты очень сильно заинтересовали моё бывшее начальство. Поделившись ими, я, по сути, выкупил свободу своей команде. Правда, пришлось дать пару клятв и подписать парочку бумажек… Но сейчас я в самом деле свободный капитан. Я обязан вам своей жизнью и командой. Обязан и кораблём. Я не забуду этого и с радостью окажу помощь… во всех ваших начинаниях.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Я думал о том, что капитану Буше я не писал. Писал я письмо Урсуле. Но она отправила его, и он прибыл на остров лишь сегодня днём, так что в стычке с эскадрой Олиморы не успел поучаствовать.

По сути, мы сейчас впервые говорим с тех пор, как он оказался на Лореляйе. Ранее лишь поздоровались.

— Что ж, поздравляю вас с началом новой вехи в жизни. И рад, что вы с нами, — поднявшись, я протянул ему руку.

— Можете рассчитывать на меня, капитан, — твёрдо ответил он и не менее твёрдо пожал мою руку.

А затем улыбнулся.

— Что? — не понял я.

— Простите, — проговорил он. — Но, как вы заметили в нашу первую встречу, я алиссиец и привык подмечать многие любопытные моменты. Сейчас, например, я слышу вопрос, который вы хотите задать, но отчего-то сдерживаете себя. Так вот, отвечу: увы, я не знаю, какие у неё сейчас дела. Мы оба были в Лорьене, когда она получила от вас письмо. Она сказала, что не может сейчас идти в Седьмое море. Но знала, что я стал свободным капитаном, так что попросила меня отправиться к вам, вместо неё. Я… говорил ей до этого, что хочу отплатить вам за ваше добро.

Я молча кивнул.

— Уверен, — улыбнулся он, — вам будет любопытно услышать, что она выглядела грустной, когда говорила, что не может прибыть сюда сама. Она хотела явиться на ваш зов. Очень хотела.

Я не сдержался и улыбнулся:

— Вы дразните меня, мой друг?

— Нет, что вы, — он мотнул головой. — Просто наслаждаюсь реакцией.

Я снова молча кивнул.

Несколько секунд он смотрел на меня, а затем перестал улыбаться.

— Хорошо, признаю, затянул, — проговорил Буше. — Урсула просила передать вам письмо. Пожалуйста, держите, — он достал из кармана конверт и протянул мне. — А сейчас, пожалуй, я вернусь к столу. Проголодался.

Он снова хитро улыбнулся и поспешил оставить меня в одиночестве.

Повертев в руках конверт, я сосредоточил взгляд на словах, написанных каллиграфическим почерком на языке алти:

«Сосредоточь здесь кровь и силу».

Под словами был нарисован небольшой круг.

Забавно, обычно просят использовать лаванду-виброскоп и указывают, какого именно размера нужна пластина. Ведь обычные люди не могут напрямую воздействовать структурными вибрациями на объект. А что до крови — это да, обязательный ингредиент, ведь отправитель вкладывает в письмо кусочек бумаги из Дерева Памяти. Грубо говоря, достаточно одной капли крови на лист, чтобы он запомнил человека. А затем листочек можно рвать на части.

Свою бумагу Урсула передала мне через…Шона.

Почему-то подумала, что он самый безобидный? Неважно. Главное, когда я её спрашивал про бумагу, ещё там, на острове Невезения, она лишь хмыкнула. А через пару дней после нашего расстояния Шон передаёт бумажку и смущённо говорит, что просили выждать сорок восемь часов.

Свою бумагу ей я отправил внутри собственного письма, чтобы она могла дать ответ.

Но!

Она просит использовать силу! Описка? Имела в виду всё-таки «силу через лаванду-виброскоп»?

Вряд ли… Стало быть, она уверена в том, что я использую структурные вибрации напрямую и уверена, что такое использование не испортит защиту письма?

Пару секунд я колебался, а затем проиграл своему любопытству, порезал палец, приложил рану к кругляшку на конверте и пропустил через палец структурные вибрации.

Конверт распахнулся.

Я торжествующе хмыкнул. Урсула владеет знаниями, недоступными большинству людей.

Вытерев кровь с пальца, чтобы не марать письмо, я достал лист и погрузился в чтение: