Элиан Тарс – Первый Предтеча 2 (страница 7)

— Я держу слово, — спокойно ответил я.

Она посмотрела мне в глаза долгим взглядом, кивнула и осторожно сказала:

— Ну вы это… Не забывайте Дуняшу. Хоть раз придите, покажите, какое чудо расти будет. Я ведь всё равно волноваться буду…

— Навещу, — твёрдо сказал я. — Но позже.

Она отвернулась к переноске с реликварием, не в силах надолго от него оторваться, и, разглядывая птенца, произнесла:

— Идите уже, господин Северский. А то передумаю ещё, старая дура. Но как тут передумаешь? Мой малышочек…

Я убрал шкатулку во внутренний карман. Даже сквозь её толстые стенки пробивалось тепло яйца.

Итак, ещё один важный этап по подготовке к воскрешению Руха пройден. Пора переходить к кульминации…

Вот только Руна Ощущения говорит, что просто это не будет — на рынке вновь начинается какая-то суета.

Глава 4

Возвращаясь той же дорогой, я едва узнал место, где остались тела бандитов. Ближайшие лавки то ли поспешно закрылись, то ли их владельцы благоразумно решили исчезнуть на время. А возле тел уже толпились две группы — человек по двадцать в каждой. Между ними кипел яростный спор: голоса звучали всё громче, резкие фразы гремели одна за другой.

Во главе одной группы стоял здоровенный мужик со шрамами на лице, которого я уже видел здесь несколько дней назад. В руке он держал странную штуковину, похожую на короткий металлический прут. Он нервно то выдвигал его, то складывал. Я присмотрелся и уловил слабое мерцание энергетических узоров на его оружии. Судя по всему, это какая-то артефактная телескопическая дубинка.

— … Ты сейчас точно доиграешься, Игнат! — донеслось с противоположной стороны. — Вас ведь всех предупреждали!

Слова принадлежали главарю второй группы. Он выглядел не так внушительно, как Игнат: смуглый, слегка полноватый, в чёрной рубашке, нарочито заправленной в брюки так, словно специально хотел подчеркнуть упитанный живот. Однако внешность была обманчива: Дар его был неплохо развит. Правда, до мощи Игната ему всё же было далеко — Дар укрепления плоти у здоровяка очень мощный, я отметил это ещё в прошлый раз.

— А ты точно этого хочешь, Черный? — хмыкнул в ответ Игнат. — Тут тебе не Брагино. Больно много суетиться ты стал…

Ага, теперь ясно. Черный и его ухари — брагинские, значит Игнатовские — южные.

Бойцы обеих сторон готовы были в любой момент сорваться в бой. Я чувствовал всеобщее напряжение. Чувствовал, как энергия бурлит в телах главарей. И чувствовал страх обычных бойцов, которые понимали, что могут не пережить следующие несколько минут.

Кто-то из толпы заметил мое приближение. Какой-то местный невзрачный мужичок в засаленной куртке дернулся и шепнул что-то на ухо Игнату. Тот медленно повернул голову в мою сторону.

Одновременно с другой стороны молодой парнишка подлетел к Черному и нашептал что-то уже ему.

Понятно — у обеих группировок на рынке есть свои глаза и уши. И сейчас осведомители сообщили хозяевам, кто именно прикончил тех пятерых.

Игнат медленно развернулся ко мне. Шрамы на его лице сложились в зловещую улыбку.

— А вот и он, — одобрительно произнес Игнат так, чтобы услышали все. — Сам пришел.

Второй главарь — Чёрный — тоже уставился на меня:

— Это ты их убил? — процедил он с ненавистью. Взгляд его метнулся к топору в моей руке.

— Я, — ответил ровно, подходя ближе. Я остановился на расстоянии от обеих группировок и продолжил: — Эти храбрецы впятером избивали одного каллеку. Жить им больше не зачем.

— Мне плевать, кого они там били, — прорычал он, шагнув ко мне. — Это были мои люди. И теперь ты…

— Погоди-ка, Чёрный, — перебил его Игнат, мотнув головой. — В последний раз повторяю: рынок — не ваш, территория — не ваша. Твои брагинские дикари уже несколько дней здесь беспредельничали. Скажи спасибо, что Андерсон терпелив. Но поверь мне на слово, Черный, терпение его отнюдь не безгранично. А уж про меня ты знаешь, — холодно осклабился он и усмехнулся: — у меня его вообще нет. Они это заслужили. И вы заслужите, если…

Но Чёрный словно и не слушал Игната. Он прожигал меня своим тяжелым и пронзительным взглядом, будто надеялся прочитать мои мысли или, по крайней мере, заставить меня отвести взгляд.

Разумеется, у него не получилось ни то, ни другое.

— Пятеро людей, — сказал наконец он, не отрывая от меня глаз. — Это косяк. Огромный косяк. Смертельный. Как будешь расплачиваться, парень?

— Ничего он тебе не должен, Чёрный, — хмыкнул Игнат. — Он нам услугу оказал — твоих шавок прибил.

На сей раз Игнат задел его за живое. Чёрный резко повернулся в его сторону и рявкнул:

— Шавки — это по твоей части, Пес! Или ты забыл? Говоришь, рынок не наш? А давно ли он вдруг ваш, а? Тебе напомнить, о чем мы в последний раз на Стрелке…

Но теперь уже Игнат не слушал оппонента. Он вдруг уставился на мой перстень, сощурив глаза в узкую щелку. И пока Черный что-то эмоционально вещал, но Игнат вдруг спросил меня:

— А тебя как звать-то, дружище?

И уставился на меня тяжелым взглядом. И взгляд этот был гораздо тяжелее, чем у Чёрного.

— Антон Северский, — спокойно ответил я.

Улыбка медленно сползла с его лица.

— Ты!!! — Игнат взревел так, что дрогнули ближайшие прилавки. От него во все стороны хлынула волна густой Силы. Дар укрепления плоти активировался на полную мощность, и Игнат, будучи не в состоянии обуздать эмоции, яростно топнул ногой о землю.

Брусчатка под его ступнёй лопнула. Трещины разбежались во все стороны, один из торговых лотков накренился и с грохотом рухнул.

И началось…

Напряженный до предела огневик из Брагинских не выдержал — мужик принял выброс Силы Игната за начало атаки, и тут же швырнул в него сгусток пламени.

Огонь ударил Игната в плечо, подпалив куртку. Тот даже не покачнулся, только рыкнул и махнул рукой своим. Южные уже давно были готовы атаковать и, получив сигнал командира, рванули в бой.

Да и брагинские сразу поддержали начинание своего огневика. Вспыхнули Дары, загрохотали выстрелы пистолетов, у кого-то под курткой оказался короткоствольный автомат…

Но в основном, конечно бились в рукопашную… Два потока тел схлестнулись над мёртвыми телами, превращая пятачок в месиво из кулаков, ножей и магии. Что занятно, стрелков обеих сторон почти сразу обезвредили. Грамотно.

Правда, во всей этой кутерьме был один человек, не обращавший на нее никакого внимания. Игнат, злобно хмурясь, шёл прямо на меня.

— Слышал о Стальном Псе, тварь? — бросил он.

— Вороны на помойках как-то упоминали, когда мусор выбрасывал, — отозвался я, прощупывая его Источник.

А заодно прикидывал в голове, как выстоять против такой мощи. И не просто выстоять, а победить так, чтобы не пострадало яйцо жар-птицы в нагрудном кармане.

Игнат все так же не обращал внимания на мелькающие вокруг тела, и, когда, один из брагинских попытался перехватить его, почти не глядя Стальной Пес врезал ему локтем в висок, отправив недотепу в полет с проломленной башкой.

Дубинка в руке Игната с щелчком раздвинулась, превращаясь в полуметровый стержень. Узоры на её поверхности налились багровым светом.

Пес атаковал быстро и стремительно — его дубинка со свистом рассекла воздух. Я ушёл в сторону, и багровое свечение пронеслось рядом со мной. Но враг и не думал останавливаться. Он лишь усилил свой натиск.

Я отступал, уклонялся и присматривался к его технике. Топор Святогора холодил ладонь, словно отзываясь на близость боя.

Игнат замахнулся снова, и я впервые встретил его удар топором. Там, где металл соприкоснулся с дубинкой, расцвёл морозный узор. Игнат отдёрнул руку, на его оружии остался тонкий слой инея.

Ледяной топор, значит… Самое то, что сейчас нужно!

— Ты завалил Федора, — прорычал Игнат между атаками. — Завалил Генку и его бригаду. Завалил людей Залесского.

— Они выбрали не ту сторону, — отозвался я, отбив в сторону его выпад.

Но Игнат словно был готов к этому — тут же атаковал вновь. И ударил с такой силой, что аж воздух загудел. Я снова парировал атаку, но почувствовал, как отдача прошла по всему телу. Шкатулка в кармане качнулась, и я инстинктивно отступил, прикрывая рукой левый бок.

— Пёс! — раздался крик откуда-то из гущи драки. — Брагинские в приоритете! Андерсон же велел!

Игнат на мгновение крутанул головой в бок. Там его люди теснили северных, но делали это с огромным трудом. Главарь брагинских отмахивался ножом сразу от двоих, а его огневик поджёг чей-то прилавок, за которым укрылось пара стрелков.

Пёс рыкнул и снова повернулся ко мне. В его глазах плескалась ярость.

— Ты, — процедил он сквозь зубы, — положил моих людей.

— Они пытались меня убить, — отозвался я, концентрируя Силу.

Игнат взмахнул дубинкой, и с её навершия сорвался сгусток багровой энергии. Атака получилась неконтролируемой — Сила просто отозвалась на ярость владельца. Так что сгусток энергии просто полетел в сторону…

Туда, где стояли ряды с животными.