Элиан Тарс – Первый Предтеча 2 (страница 10)

— Не давал? — строго спросил я.

— Никак нет! — выпалил Петрович. — Куда ж я против вашего слова. Только лоб ему холодной водой протирал, как вы разрешили. Больше ничего не делал.

Я одобрительно кивнул и хлопнул старика по плечу:

— Молодец. Нечего отравленного другой отравой мучать. Той, что несведущие по глупости своей лекарством считают.

Я запрыгнул в кузов. Святогор лежал на матрасе и весь блестел от пота. Его мышцы подергивались мелкой дрожью, а под полузакрытым веком зрачок метался из стороны в сторону.

Положив ладонь пациенту на лоб, я провел глубокую диагностику и поморщился. Худо дело — стимулятор, который Святогор принял перед последним боем, уже закончил свою работу, и теперь тело бойца расплачивалось за использование заемной силы. Печень, и без того изъеденная старым проклятием, превратилась в мертвый кусок плоти. Каналы Силы вокруг нее почернели — токсины расползались по организму, медленно отравляя кровь.

— Игоша, — позвал я, не отрывая руки от лба Святогора. — Тащи печень из холодильника. Ту, что в синем контейнере.

Когда Игоша рванул в дом, Петрович подошел ближе и неуверенно спросил:

— Может, в больницу его, а? Прокапают, посмотрят… Я просто боюсь, что он того гляди…

— Спокойно, старый, — ровным тоном произнес я, на корню гася зарождающееся беспокойство Петровича. — Задачка не из простых, но мы справимся. После дряни, которой он наглотался, любые лекарства его только быстрее добьют. Печень уже умерла — и духовно, и физически.

— Духовно? — робко переспросил дед.

— Каналы Силы внутри органа выгорели полностью. Даже если перелить кровь и заменить печень обычной хирургией, новый орган не приживется. Тело одаренного отрыгнет чужую плоть, если не будет энергетической совместимости.

— Е-мое! — присвистнул Петрович. — И как же тогда…

— Нужен эликсир из функционально аналогичного органа, напитанного Силой, который свяжет печень с телом Святогора.

А про себя я подумал — не зря же утром у травниц вместе с полынью еще полезных трав прикупил. Как знал, что понадобятся! Правда, не ожидал, что так скоро.

Тяжело дыша и запинаясь, Игоша вернулся к машине, прижимая к груди синий контейнер. Несмотря на мое лечение и значительный прогресс, в бравого молодца он еще не скоро превратится. Интенсивные физические нагрузки пока даются ему большим трудом.

— Вот, Антон Игоревич, — протянул он мне контейнер. — Тяжелая какая.

Я открыл крышку и внимательно уставился на печень пепельника. Эти твари питались токсичными испарениями Срезов, да и сами несли в себе ядовитые шипы. За тысячелетия эволюции их печени научились нейтрализовать практически любой яд.

Если все сделать правильно, в идеале Святогор получит устойчивость к большинству известных отравляющих веществ.

При условии, конечно, что бывший армейский капитан выживет, а его организм полностью восстановится.

— Петрович, — обратился я к старику не глядя. — Расскажи, что там с нападавшими.

— Двое их было, Антон Игоревич. Хотели машину осмотреть. Ну, как осмотреть — один сунулся к борту, хватанул за ручку двери и получил от ваших Рун так, что отлетел метров на пять. Второй кинулся ему помогать, ну и ему прилетело. Первый в себя уже так и не пришел, а второго я попинал — рассказал, что работают на…

— Стального Пса, — договорил за него я. — Ты это уже по телефону говорил. Они точно ему не доложили?

— Да когда ж им, — усмехнулся Петрович. — Они же хотели похвастаться готовым результатом, а не промежуточным. У одного мобильник нашелся, я забрал. Но вообще-то оба померли в итоге — Руны ваши их высосали досуха. В подвале дома лежат…

Я невольно хмыкнул — инициатива наказуема. Зато двумя упырями меньше…

А еще забавно, что у нашего Петровича есть доступ в подвал многоквартирного дома. Помнится мне, там на двери замок висит…

Хозяйственный у меня гвардеец! И договороспособный.

Но, что сейчас важно, так это то, что у нас имеется небольшой запас по времени. Однако сильно расслабляться не стоит — рано или поздно Стальной Пес узнает, в каком квадрате пропали его люди. Алхимики-Ельцовы, к слову, уже знают, где мы живем — даже точный адрес имеют. Правда, им сейчас не до нас: наверняка готовятся к схватке с Даниловым.

Да и у Пса тоже сегодня непростой день.

Да, решено — нашей небольшой отсрочки вполне хватит для лечения Святогора и подготовке к выезду в Чертову Лапу. Можно почти со спокойной душой остаться здесь и не дергаться.

Я направился к перегонному столу, на ходу раздавая указы:

— Петрович, Игоша, на вас Святогор. Протирайте водой его, и не давайте кататься по полу, если вдруг его понесет. Но и крепко не передавливайте калеку, а то добьете ненароком. Я буду занят приготовлением эликсира, меня не трогать.

Места в кузове хватало и для алхимического оборудования, и для Святогора и для Игоши с Петровичем. Они решили заранее сделать еще один холодный компресс пациенту, и я не стал их отвлекать, сосредоточившись на работе.

Первым делом я налил дистиллированную воду в колбу и поставил ее греться. Рядом приготовил баночки с отсортированными травами. Далее разместил травы, купленные на рынке рано утром, рядом с посудой.

Люблю, когда перед работой все отсортировано и лежит под рукой.

Итак, второе зелье за день… Утром я готовил лекарство для птицы, и это требовало недюжинной точности. Сейчас передо мной совсем иная проблема — интеграция чужой энергетической структуры в поврежденное тело. Это мощнее и опаснее. Один неверный шаг, и пациент умрет от энергетического отторжения.

Ну, или «новая» печень просто отравит его организм. Или, если концентрат будет чересчур мощным, он тупо сожжет ему горло, во время приема.

А еще может быть…

Ладно, к лешему. Все будет нормально, успех неизбежен.

Я выложил на стол ингредиенты и поочередно занялся каждым из них.

Белый шалфей — пучок серебристых листьев с характерным пряным запахом. В эпоху Предтеч мы использовали его для фильтрации токсинов. Шалфей связывает токсины и не даёт им распространяться по телу. Современные люди, похоже, почти забыли об этих свойствах, применяя белый шалфей как приправу и ароматизатор.

Корень аира — восстанавливает поврежденные ткани на клеточном уровне, если правильно активировать его структуру с помощью Силы.

Следом я изучил содержимое баночек из чайного сбора Петровича. Выходило, что из них подходят только цветы земляники — будут стабилизировать энергетический баланс, не давая телу отторгнуть чужеродную структуру. Не лучший вариант для приготовления подобного лекарства, но сойдет. Выбора у меня все равно нет.

Ничего другого из чайного сбора сейчас не представляло ценности… Хотя стоп!

Ноздри защипало от запаха гари и пепла, когда я взял в руку щепотку мелких желтых цветков. Да уж… до сих пор полностью не привык к тому, что Структура теперь «шлет мне приветы» таким странным способом.

Чуть прищурившись я вгляделся в эти желтые цветочки. Зверобой… В эпоху Предтеч его добавляли в боевые эликсиры, чтобы те срабатывали быстрее. Он не лечит сам по себе, но усиливает действие других компонентов. Пригодится.

И наконец, печень пепельника. Главный компонент, с ним все понятно, с него и начнем.

Я нарезал печень тонкими ломтями, сложил в стеклянную реторту и залил холодной водой, после чего добавил несколько капель спирта.

Пока смесь настаивалась, я занялся корнем аира. Сперва очистил его от земли, промыл и измельчил ножом, затем ссыпал в медную ступку и растёр до кашицы.

Следующим был белый шалфей. Его я не измельчал, а только отделил листья от стеблей.

Святогор снова застонал, дергаясь. Петрович надавил ему за плечи, придерживая, а Игоша обновил тряпку на лбу.

Тем временем вода начала закипать. Я убавил огонь до минимума и добавил листья шалфея. Они сразу потемнели, отдавая в воду свои целебные масла.

Я активировал перегонный стол, пустив в рунные желоба тонкую нить собственной Силы. Медная плита налилась тёплым оранжевым свечением — пора ставить сюда реторту с печенью.

Жидкость забурлила, хотя огня под ней не было — это энергия стола разогревала содержимое изнутри, испаряя вредоносные компоненты. Печень начала отдавать свои соки, и раствор постепенно окрашивался в густой бурый цвет.

Когда цвет стал почти чёрным и больше не менялся, я процедил печёночный экстракт через марлю и слил его в чистую колбу. Получилась мутная тёмная жидкость с резким металлическим запахом. Именно в ней содержалась концентрированная способность пепельников нейтрализовать любые яды.

Отвар белого шалфея я добавил в печёночный экстракт. С помощью Структуры я вывел пропорцию — три части отвара шалфея на одну часть экстракта. Смесь зашипела, на поверхности появилась грязная пена.

И это нормально. Ведь пена — это токсины, которые связал шалфей. Я аккуратно снял её ложкой и выбросил в мусорное ведро.

— У-а-а-а!!! — неистово заорал Святогор. Его затрясло, ноги начали стучать, и хоть Петрович не отпускал его, бывший армейский капитан все равно попытался вырваться.

Делал он это неосознанно, разумеется. Тело человека хоть как-то пыталось избавиться от ядов.

Тщетно все это, разумеется.

Игоша рванул вперед и обхватил руками ноги Святогора, пытаясь удержать его своим малым весом.

«Потерпи немного, приятель», — подумал я про себя, не прекращая работать.

Я начал прикидывать следующий шаг. Гнездовой эликсир для птицы Воронова я готовил методом простой перегонки: нагревал ингредиенты, позволял столу отделить токсины от лекарства, а затем связывал компоненты Силой.