Элиан Тарс – Первый Предтеча 2 (страница 11)

Сейчас же требовалось иное. Нужно не просто смешать ингредиенты, а создать из них связующее звено между чужим органом и телом пациента. Эликсир должен стать мостом, по которому энергия Святогора потечет обратно в печень, и энергия печени встроится в его каналы.

По сути мы сейчас возрождаем его печень, соединяя ее с печенью пепельника. Крайне нетривиальный процесс, особенно для местной медицины.

Пришел черед цветков земляники. Я растёр их между ладонями, одновременно пропуская через них тонкую струйку энергии. Цветки засветились мягким золотистым светом, почти незаметным при тусклом освещении.

Я залил растертые цветки горячей водой и добавил спирта. Теперь нужно добавить туда каплю крови Святогора. Пришлось подойти к нему и уколоть палец, забрав оттуда кровь стеклянной пипеткой.

Кровь одаренного несет отпечаток его энергетической структуры. Добавив ее в эликсир, я создам ключ, который откроет телу Святогора доступ к чужому органу.

Капли упали в настой земляники, и только после этого я перелил его в колбу с печеночно-шалфейной смесью.

Итак, на подходе растертый корень аира, но если сейчас закинуть его в колбу, его вещества просто расслоятся. Сначала нужно внести в варево собственную энергию, чтобы связать все компоненты воедино и задать им правильное направление.

Я снова поставил колбу на перегонный стол и коснулся ладонью ее края, пуская Силу. С каждой секундой это давалось мне все сложнее — если хоть на миг расслабиться, мой Дар либо сломает колбу, либо закружит смесь и выплеснет ее с огромной скоростью. Своей энергией я буквально заставлял компоненты образовывать друг с другом энергетические связи.

Зелье забурлило, постепенно меняя цвет на зеленоватый. По поверхности пробежала рябь, а затем жидкость успокоилась и начала мерно пульсировать.

Фух…

Пришло время кашицы из корня аира. Она потекла в смесь тонкой струйкой, и я не прекращал ее помешивать. Аир создавал проводящую среду для восстановления тканей.

В ход пошел зверобой в качестве катализатора. Эту траву не варят, ведь она теряет полезные свойства при долгом и сильном нагреве. Именно поэтому я добавил его последним, буквально за несколько секунд до того, как эликсир будет готов.

Оказавшись в колбе, щепотка мелких желтых цветков зверобоя на мгновение вспыхнула под свечением перегонного стола, а затем цветы растворились без следа, отдав смеси всех себя и свою силу.

Что ж… Теперь точно готово.

Глава 7

Колено твёрдо упёрлось в холодный мрамор. Стальной Пёс Игнат, покорно склонив голову, вглядывался в замысловатый узор дорогой плитки под ногами. Кабинет хозяина буквально источал ауру богатства и власти: тяжёлые портьеры ниспадали до самого пола, картины в золочёных рамах украшали стены, а массивное кресло у стола больше напоминало величественный трон.

На этом троне и восседал сейчас Андерсон.

Это был невысокий сухощавый мужчина лет пятидесяти пяти с седыми волосами и холодными серыми глазами. На вид он больше походил на профессора или банкира, чем на человека, державшего в кулаке все южное подполье Ярославля. И именно эта обманчивая мягкость делала его по-настоящему опасным.

Игнат знал это лучше других.

— Ты подвел меня, Игнат, — голос Андерсона прозвучал ровно, без малейших эмоций.

— Прошу прощения, Господин.

— Я велел тебе дождаться, пока брагинские соберутся большими силами. Сказал устроить им показательный разгром на нейтральной территории, чтобы весь город увидел: Сенной рынок под нашей защитой. А что получил вместо этого?

Андерсон выдержал паузу, постукивая пальцами по подлокотнику. Игнат молчал, уставившись в пол.

— Вместо этого мой лучший боец гоняется за каким-то дворянином посреди общей свары. В итоге брагинские отделались малой кровью, а рынок превратился в арену, на которой ни одна из сторон так и не смогла одержать победу. Позор.

— Прошу прощения, Господин, — повторил Игнат сквозь стиснутые зубы.

Не решаясь поднять головы, он раздраженно думал, какая же сука так быстро на него настучала?

Хотя большого значения это, конечно же, не имело. Андерсон всегда быстро получал информацию, которая ему действительно была необходима.

— Прощения… — Андерсон покачал головой. — Ты хоть понимаешь, во что это вылилось? Дело теперь на контроле у имперцев. На рынке дежурят солдаты и спецотряды полиции. Ведется следствие. Уважаемые люди недовольны происходящим, и мне придется тратить время и ресурсы, чтобы их успокоить.

Игнат стиснул кулаки.

— Более того, — продолжил Андерсон, — в город приехал посланник от герцога Алвареса-Потехина. Придется и с ним беседовать, и объясняться.

При этих словах Игнат удивленно поднял голову.

— Герцога? — пробормотал он.

— Земля рынка принадлежит ему, — Андерсон скривился, будто произносил что-то неприятное. — Обычно ему плевать на такие мелочи, как Ярославль. Он получает свою долю и не лезет в дела. Но если герцог решит здесь все переиначить…

Он не договорил, но Игнат прекрасно понял мысль хозяина. Потерять часть контроля над Сенным рынком означало потерять огромные деньги. А еще лицо, репутацию и все прочие вещи, которыми так дорожил Андерсон.

— Это Северский, Господин, — глухо произнес Игнат. — Он…

— Ты говоришь это уже в пятый раз, — оборвал его Андерсон. — Знаю, что он положил твоих людей и что у тебя к нему личные счеты. Но это не оправдывает того, что ты бросил операцию ради собственной мести.

Игнат снова опустил голову.

— Эх, Игнат, Игнат… — Андерсон вздохнул, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на усталость. — Твой дед служил моему деду, а твоей отец — моему отцу. И сам ты был одним из лучших моих людей! Одним из самых преданных! Именно поэтому, когда твой буйный нрав стал создавать проблемы, я не избавился от тебя. Я вывел тебя из официальной гвардии и дал нечто большее.

Он встал с кресла и подошел к окну. За стеклом простирался красивый вид на реку.

— Я сделал тебя Смотрящим южных окраин. Отдал под твою руку не какой-то квартал, а кварталы. Дал власть, деньги, людей. Возможность развиваться и набирать себе новых бойцов. И как ты мне отплатил?

— Виноват, Господин.

— Виноват… — Андерсон обернулся. — Встань.

Игнат поднялся, расправив плечи. Даже в позе, выражающей покорность, он выглядел поистине внушительно: под два метра ростом, с могучими широкими плечами и рубцами шрамов, пересекающими лицо.

— Теперь к делу, — тон Андерсона сменился на деловой. — Рынок пока оставим в покое. Пусть уляжется пыль, пусть имперцы поиграют в охранников и уйдут. А брагинских мы прижмем в другом месте.

— Где именно?

— Склады на Полушкиной роще. Там у Черного перевалочный пункт для контрабанды. Накроем их дилеров, прикроем притоны на Перекопе. Пусть почувствуют, что мы не забыли и не простили.

Игнат кивнул — язык силы был языком, который он понимал лучше всего и в котором чувствовал себя уверенно. Пожалуй, не русский, а именно этот язык был его родным.

Андерсон же продолжил ровным тоном:

— А насчет Северского…

Игнат напряженно подался вперед.

— … про него можешь забыть.

— Что? — слово вырвалось раньше, чем Игнат успел себя остановить.

Андерсон посмотрел на него долгим холодным взглядом. Игнат осекся, отступил на шаг и склонил голову.

— Лесник очень зол на Северского, — спокойно продолжил Андерсон. — За то, что тот прикончил его племянника. Я дал ему добро на устранение. Теперь Северский — забота Залесского.

Игнат стиснул челюсти и едва сдерживался, чтобы случайно не выплеснуть Силу. Залесский! Чертов Лесник! Этот надменный дворянин, который смотрел на всех сверху вниз даже когда стоял на коленях.

В организации Андерсона Игнат с Залесским были на одном уровне. Оба Смотрящие, оба командовали своими людьми, оба отвечали перед Господином напрямую. Но это только внутри организации. В обычной жизни, на официальном уровне, Залесский оставался дворянином. А Игнат был никем — бывшим гвардейцем, которого выкинули со службы за излишнюю жестокость и импульсивность.

И Андерсон всегда это помнил. Всегда ценил Лесника чуть больше и доверял ему охотнее.

— Господин, — голос Игната охрип. — Северский положил моих людей. Моих!

— Знаю.

— Он унизил меня на глазах у всего рынка!

— Знаю, — повторил Андерсон, и в этом коротком слове было столько холода, что Игнат невольно замолчал. — И именно поэтому ты не будешь за ним охотиться. Ты слишком зол, слишком лично это воспринимаешь. А личное в нашем деле ведет к ошибкам. Или ты до сих пор не понял этого?

Он вернулся к своему креслу и сел, положив руки на подлокотники.

— Залесский подойдет к этому профессионально, — продолжил Андерсон. — Он хочет отомстить за племянника, но не настолько, чтобы потерять голову. А ты… ты уже ее сегодня потерял. Вот это и было унизительно.

Игнат стоял неподвижно, сдерживая клокочущую внутри ярость. Каждое слово хозяина было для него как удар под дых.

— Ты свободен, — Андерсон махнул рукой. — Займись складами. И постарайся в этот раз не разочаровать меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь