Элиан Тарс – Аномальный наследник. Том 10 (страница 42)

— О? — удивлённо протянул Волынский. — Серьёзно?

— Серьёзно. А теперь довольно слов.

— Хах! Согласен!

Он вмиг восстановил огненный доспех, который пестрил прорехами после атак Оболенского.

Ну а я… уже успел сконцентрировать массу жи́вы и альтеру вокруг правого кулака. Туго сплетённые в шар золотые молнии трещали, разгоняя мою уверенность в победе почти до сотни процентов.

Я рванул вперёд.

Волынский тоже сделал шаг, запуская в меня огненный вал.

Выставив вперёд кулак с молнией, я ворвался в огонь. Наплевав на боль, пролетел его насквозь, и мой кулак врезался крепкое предплечье Волынского…

Во все стороны разлетелись золотые молнии.

— А-а-а!!! — заревел от боли единственный маршал Российской империи.

Мои молнии смогли обжечь огненного Гуру.

Послышался треск костей.

Я увидел звериную ярость в глазах противника. Он вцепился мне пальцами в горло. Кость на его руке была полностью уничтожена, кисть падала на траву….

А он и не думал сдаваться.

— Кха… — он выплюнул кровь, когда тугие золотые молнии пробили ему живот.

Только тогда он потерял контроль над жи́вой и обмяк. Падал на меня…

Я не стал отходить, подхватив тело маршала.

— Ты обещал… не вредить им… позаботься о них… — прошептал он, закрывая глаза.

— Не помню, чтобы обещал именно это, — вздохнул я, вонзив в бочину Волынского иглу шприца.

Глава 26

Даже если у кого из высшей аристократии и оставались сомнения, что война нашего альянса и блока Канцлера неизбежна, то теперь они были совершенно развеяны.

Ночные бои по итогу проходили аж в десяти точках княжества Новочеркасского.

И завершились нашей победой.

По крайней мере, так мы объявили аристократам, оставшимся в гостях у князя Новочеркасского и до сих пор сохраняющим нейтралитет. Такую позицию передали и нашим агентам, стирающим пальцы о клавиатуры во имя постов в «Триединстве».

По факту же всё оказалось несколько сложнее. Да, потери врага выше наших. Да, некоторые из нападавших сдались в плен и начали охотно сотрудничать с дознавателями княжества Новочеркасского, которым велели использовать с такими людьми исключительно мягкие методы. Да, некоторые гости отказались бежать ночью из княжества, хотя возможность у них была. Тем самым они продемонстрировали свою позицию в развернувшимся конфликте.

Тем не менее потери с нашей стороны, пусть и сравнительно небольшие для столь жаркой битвы, но все же имеются. Есть и раненые — например, у великого княжича Казанского — брата великого князя и одного из Гуру княжества — сломана рука, повреждены внутренние органы, добавилось отверстие в брюшной полости… Так что минимум на две недели Тимур Кириллович Ромодановский выбыл из обоймы профессиональных бойцов княжества.

Однако, как бы цинично это ни звучало, потери среди бойцов — обычное явление для военного конфликта. Куда хуже другие последствия — чуть больше половины проканцлерской высшей аристократии, гостившей в Новочеркасске, удалось сбежать. Точнее воины Канцлера поспособствовали их освобождению.

Но! Если посмотреть на это с другой стороны, то сбежать удалось не всем. Война с Канцлером только началась, а он уже нашими стараниями лишился части своей верной руководящей верхушки. Плюс кое-кто перешёл на нашу сторону, восхищенный успехами…

Как бы то ни было, я считаю, что хоть эта война только началась, наша победа в ней уже вырисовывается весьма не иллюзорно.

Примерно с такими мыслями на следующий день я произнёс речь перед оставшимися в Новочеркасске влиятельными аристократами. Их можно было разделить на условные пять группы: полноценные союзники; те, кто открыто выразил нам свою поддержку, готов сотрудничать, но пока не готов отправлять бойцов; нейтралы, которые заинтересованы в том, чтобы присоединиться к нам, но пока не решаются этого сделать; более робкие и вёрткие нейтралы, которые до последнего будут пытаться угодить и вашим, и нашим. Ну и последняя, пятая группа — сторонники Канцлера, которым не удалось сбежать. Но они пытались и, учитывая все обстоятельства, сейчас считаются политическими пленными. Наручники мы на них не надевали, в казематы не сажали, однако телохранителей лишили и держим под наблюдением, пусть и в комфортабельных домах.

Учитывая разношёрстность состава, наши встречи проходили в разных форматах с разным набором участников — обсуждать военную стратегию с теми, кто не предоставил войска, нет смысла.

Кроме того, многие желали побеседовать со мной тет-а-тет… Ну или хотя бы пара на пару — я с Софьей, собеседник со своей женой…

В общем, пришлось хорошо поработать языком.

Наш импровизированный съезд в Новочеркасске продлился три дня. Всё-таки на более долгий срок не стоит оставлять княжества и генерал-губернаторства без владык.

Мы уехали. В Новочеркасске остались лишь местная аристократия во главе с князем и княгиней, да те, кого мы официально признали пленниками.

— Скорее бы увидеть Архея, — мечтательно проговорила Соня, привалившись к моему плечу, когда наш самолёт набирал ход на взлётной полосе аэродрома Новочеркасска.

— Уже скоро, — улыбнулся я, — потискаешь малыша, порадуешься.

Она посмотрела на меня с лёгким укором.

— Что? — не понял я.

— Не только потискаю, а накормлю нормально. Знаешь, как все эти дни я места себе не находила, что моего любимого сына кормит какая-то тётка?

— Положим не какая-то, а прошедшая строгий отбор милая женщина-кормилица, — попытался успокоить ее я.

— Пусть так, — буркнула Соня. — Но всё равно больно.

Семь секунд она дулась, а затем чмокнула меня в нос.

— Прости, дорогой. Просто устала за эти дни. По Архею соскучилась. Но я рада, что нам удалось побыть вместе, пусть и при таких обстоятельствах.

Спустя всего три минуты она задремала на моём плече.

Я тоже попытался уснуть. И, вроде бы это у меня даже получилось, если бы спустя двенадцать секунд моей полудрёмы я бы не почувствовал приближение Вадима.

Приоткрыв один глаз, я увидел его напряжённое лицо.

Я начал осторожно перекладывать Соню, она недовольно заворчала во сне

— Всё хорошо, в туалет отойду, — тихо проговорил я.

А спустя ещё минуту я оставил небольшой ВИП-зал нашего самолёта и переместился в другой, предназначенный для сопровождающих.

— Ну?

— Шарапов связался со мной, — доложил Вадим, который в последние дни, пока я «возился» с аристократами, в очередной раз испробовал на своей шкуре роль моего личного секретаря. — Враг выдвинулся. Атакуют по трём направлениям.

— Ясно, — спокойно ответил я. — Как наши?

— Преисполнены уверенностью, — усмехнулся Вадим. А затем серьёзным тоном добавил: — Но это небезосновательно, господин. Я верю, что легко и просто наше княжество не взять! К тому же у врага, по нашим данным, лишь один Гуру. Командующий, который вряд ли полезет в первых рядах. И…

— Хватит, дружище, — перебил я, коснувшись его плеча. — Не нужно меня успокаивать. Я согласен с аналитиками, сейчас наше княжество сильнее, чем во время нападения клана Анже. А характер угрозы отличается. Всё будет нормально.

Я перевёл взгляд на карту Енисейского княжества и соседних территорий, открытую на экране ноутбука Вадима. Три направления, значит… Всё, кроме северного. Мы знали, что так будет. Знали, что часть войск из Томской и Иркутской губерний стянуты в Красноярскую и понимали зачем.

Канцлер переходит к активным действиям. Уничтожив Александритов, он уничтожит корень и ствол сопротивления. Без меня созданный альянс с высокой долей вероятности рассыплется. Останутся лишь самые преданные — Оболенские, Платовы… Может быть, Троекуровы и Ромодановские. Но на этом всё. А если Канцлеру ещё и удастся в целости и сохранности захватить завод по производству космодоспехов… Он вообще тогда будет козликом скакать от радости.

Но вот ведь какая штука — сильные высокоранговые бойцы — очень ограниченный ресурс. Они всегда нужны на границах. Особенно, сейчас, когда вероятность войны с Британцами и Франко-Испанцами выросла до девяносто восьми процентов. Каждый день теперь приходят все новые и новые настораживающие сведения о передвижениях войск этих империй.

Так что ослаблять защиту границ в угоду тому, чтобы прийти за моей головой, нельзя — если враг организует стремительное нападение, то даже за полдня сможет загнать Российскую империю в такую яму, из которой потом будет очень сложно выкарабкиваться.

Внешние границы, наоборот, необходимо укреплять. Как, впрочем, и внутренние. Ведь в относительной близости от Москвы много княжеств. Тверь, считай, вообще на заднем дворе находится. Правда, и имперских военных баз вокруг столицы столько же, сколько мух в вазочке с вареньем, оставленной на улице в тёплый летний день.

Эдакая буферная зона.

И в данный момент эта зона ощетинилась стволами, готовясь защищаться от могучих противников. На фоне которых княжество Енисейское выглядит довольно скромно. Если бы не космодесантники, нас бы, наверное, вообще ни во что бы не ставили.

Исходя из всего этого, Канцлер решил задавить нас не качеством — всё-таки сложно постоянно собирать мобильные сильные отряды, а количеством.

Хорошо, что нам удалось сохранить втайне детали победы над силами клана Анже.

А ещё лучше, что после той битвы мы обзавелись и новыми козырями.