Элиан Тарс – Аномальный наследник. Том 10 (страница 43)
Самолёт продолжал безмятежно бороздить широкие поля из облаков. Мы старались пролетать вдали от крупных населённых пунктов и военных баз. Однако дважды нас замечали на радарах и связывались с нами, чтобы выяснить принадлежность самолёта.
Без капли стеснения мы выдавали себя за имперских бояр. Один из плюсов боярской вольницы — коли не пересекаешь границу империи, не нужно никому давать полётный план или что-то похожее. Сел в свой самолёт, да и лети куда угодно. Если территория, конечно, в принципе не закрыта для полётов.
Когда до Енисейска оставалось лететь около двух часов, проснулась Соня. Отправилась меня искать — я как раз пил кофе с телохранителями. Воспитанные бойцы тут же повскакивали с мест, когда в зал вошла княгиня.
А она не постеснялась сесть с нами.
Я в двух словах рассказал ей о ситуации.
— Так что бои уже начались. Разведывательные. Заманиваем противника поглубже.
— Ты же собираешься сразу лететь в одну из точек? — серьёзно спросила Соня.
— Да, — я усмехнулся.
— Я полечу с тобой, — безапелляционно заявила княгиня.
Я не собирался ей отказывать в этом желании. Мог бы попробовать переубедить, но зачем спорить с княгиней на глазах у бойцов?
— Хорошо, — я кивнул. — Нашему княжеству очень повезло, что его прекрасная княгиня настолько самоотверженна, что готова отложить встречу с малюткой-сыном после долгой разлуки, ради того, чтобы лично прибыть на поле боя.
— Разве я могу поступить иначе? К тому же, с князем Енисейскому княжеству, на мой взгляд, повезло ещё больше, — она улыбнулась.
Через полтора часа мы начали облачаться в космодоспехи.
А ещё через двадцать минут двенадцать космодесантников вылетели из самолёта.
— Всё это напомнило мне старый добрый анекдот, — заявил Ярый, откинувшись на спинку кресла. Обведя присутствующих взглядом он, не дожидаясь, пока кто-нибудь выкажет хотя бы толику заинтересованности, продолжил:
Ярый весело засмеялся над своей шуткой.
— Бах!
По столу ударил тяжёлый кулак генерала Лежалого.
— Смешно тебе? — впился он взглядом в Ярого.
— Чуть-чуть, — кивнул тот в ответ. — Тоже мне… вояки.
Генерал Лежалый тяжело задышал, раздувая ноздри.
— Не кипятись, генерал, — быстро проговорил Ярый. — Успокойся. Береги себя, ты нам нужен! А что до обстоятельств… Так ведь в самом деле необычно, столько пленных. Наши машинки и громкоговорители сработали на ура. А голос его сиятельства… Ну вы сами знаете, как он умеет убеждать.
Генерал выдохнул и, мотнув головой, потянулся за чашкой чая.
— Мы должны благодарить богов и нашего князя, что всё так сложилось, — сделав глоток, проговорил он. — Никому не хочется сражаться со своими. Считай, с соседями. Хорошо, что у них мозгов хватает бросать оружие. А чем прокормить их мы найдём.
Говоря это, генерал не заметил возмущённый взгляд зампотыла.
— Его светлость прибыл! — доложил собравшимся в штабе офицерам запыхавшийся солдат.
— Хватит расслабляться! — рявкнул генерал. — Лучше ещё раз повторите свои доклады.
— А чего их повторять? — хмыкнул всё тот же Ярый. — Его светлость всегда лучше нас знает, что и где произошло.
Генерал побагровел, распахнул было рот, но не успел ничего сказать — из коридора уже слышались быстрые и уверенные шаги, принадлежать которые могли лишь князю.
— Эх, тяжёленький денёк выдался, — проговорила Соня и, изящно прикрыла зевок левой ладошкой. На правой же её руке лежал Архей. После того как мы вернулись домой и приняли душ, жена не выпускала нашего сына из рук.
— Главное, что всё закончилось хорошо, — сказал я, садясь рядом с ней на диван и протянув ей стакан с молочным коктейлем. Свободной рукой я нащупал пульт от телевизора, — Ну, решила, что будем смотреть?
— Хм… хм… хм… — напоказ задумалась Соня. За то время, что мы провели вместе, я прекрасно изучил её привычки и знал, когда играет. — Чтобы выбрать… Чтобы выбрать… Может быть, фильм про Зорро, а?
— На ночь, приключенческий? — изобразил я сомнение.
— А почему бы нет. Ведь этот фильм дорог нам обоим… Разве нет? — она мило улыбнулась.
— Ну Зорро, так Зорро, — я не смог ей отказать.
— Я рада, что несмотря ни на что, мы можем вот так побыть все вместе и отдохнуть, — прошептала Соня, когда начались вступительные титры.
— Я тоже рад, — также шёпотом ответил я.
За сегодня я передел много дел. В том числе успел сразиться с недоброжелательно настроенными пришельцами, провести несколько рабочих совещаний, переговорить по закрытому каналу связи с другими князьями…
Теперь я хочу отдохнуть. Выкинуть всё из головы. Отвлечься…
И побыть с самими близкими мне людьми.
Насладиться моментом и набраться сил.
Чтобы завтра вновь окунуться с головой в хлопоты.
Нам нужно подготовить достойный ответ Канцлеру. Приложить все силы, чтобы эта глупая междоусобная война поскорее закончилась нашей победой.
Глава 27
Второго июля две тысячи десятого года, через неделю после того, как мы с Соней вернулись в княжество из Новочеркасска, я стоял на асфальте аэропорта Енисейска и наблюдал за тем, как вертикально садится чёрный самолёт.
Садится очень тихо по сравнению со своими серийными аналогами.
Я смотрел на это модернизированное чудо техники и прокручивал в голове то, что произошло за последнюю неделю.
С одной стороны, произошло много чего.
С другой, не очень.
А если конкретно — то в разных частях нашей огромной страны имперские войска стоят напротив войск княжеств.
Не сражаются.
Тип противостояния, называемый в литературе просто «стояние», в очередной раз показывает, что мы с Канцлером мыслим очень схоже. Он явно велел имперским войскам не сражаться без необходимости. Ту же просьбу я и передал своим союзникам.
Вот и получается, что армии в разных частях империи стоят, смотрят друг на друга да подъедают припасы.
Пожалуй, единственные боевые столкновения внутри страны, если где и происходят, так это на границах моего княжества и Красноярской губернии. Но для противника они идут без особой пользы. Мы же пополняем запасы пленных, записываем видео, где они счастливо улыбаются и передают приветы родным и выкладываем эти видео в «Триединство», чтобы родные могли это увидеть…
К слову, о «Триединстве». В нашем общественном интернет-пространстве поднялась волна, которую мы специально не вызывали, но на которую рассчитывали.
Народ русский оплакивает убиенную императорскую семью. Для обычных людей, которые из поколения в поколение привыкли жить с определённой картиной мира, где Рюриковичи испокон веков защищали империю от сыплющихся на неё проклятий недругов, уничтожение императорского рода стало страшной трагедией и предвестником ещё более страшных бед. Триединство наводнили видео, заметки и целые сообщества людей, которые пытаются осмыслить, что и как произошло, что же теперь делать. А на улицах городов люди организовывают колонны плача, жгут костры в память о Рюриковичах…
И гнев народный оборотился против Годуновых. Правда, активно пока ещё только в интернете. Четыреста лет Годуновы утверждали свою власть в качестве Рода Хранителей. Народ чтил и уважал их как защитников императора, а через него и всей страны. Но эти защитники не справились со своей главной задачей. И теперь наиболее радикально настроенные индивидуумы требуют от Годуновых соответствующего искупления, а менее радикальные удовлетворились бы просто ссылкой на дальнюю окраину империи, чтобы Годуновы отмаливали себе прощение за этот страшный грех. А кое-кто убеждён, что именно Годуновы и убили императора. Мол, тесно им стало на вторых ролях, захотели возвыситься. Как в сказке про Старуху и Золотую Рыбку.
Обычные люди, мелкие дворяне, местечковые бояре, в отличие от высшей аристократии, не испытывают особого пиетета перед Годуновыми. Точнее, испытывали нечто похожее, когда был жив император. Как к преданным слугам и защитникам императора — священной фигуры. Однако же на этом всё. Ты так долго выставлял себя идеальным защитником и провалился? Будь добр, присядь на кол.
Отчасти именно поэтому так много солдат сдаётся нам в плен. Армия — это далеко не одни высшие командиры из высшей аристократии.
Канцлер пытается повлиять на общественное мнение. Гнёт свою линию, запускает в интернет всё новых и новых политических обзорщиков, продвигающих нужные ему идеи, и показывает по телевизору наши Московские предприятия — мол, смотрите, мы их бескровно захватили и теперь предприятия предателей вновь служат империи. Мы никого не убили. Мы хорошие. А предатели проигрывают.
А почему бескровно? А потому что опять мы с Канцлером на одной волне. Мы с союзниками велели своим Слугам и вассалам, работающим в Москве, сдаваться, понимая, что внутри столицы конкретно сейчас не сможем «бодаться» с Годуновым, ведь, по сути, Москва и Подмосковье — это его княжество. Ну а сам Годунов опять же велел своим не проявлять особой жестокости.