Элиан Рейнвендар – Восхождение падшего легиона. Сердце бури (страница 5)

– Они не будут сражаться! – Варг ткнул пальцем в сторону лагеря. – Они будут прятаться за нашими спинами! Они будут плакать и просить еды! А когда придут солдаты Империи, они разбегутся, как тараканы! И мы останемся одни. Опять. Как в тот день у Реквиемского моста.

Последние слова повисли в воздухе, тяжелые и ядовитые, как удар ниже пояса. Каэлан побледнел. Реквиемский мост. Место, где старый Легион принял свой последний бой. Место предательства.

– Это не тот день, – тихо, но с железом в голосе сказал Каэлан. – И я не тот командир.

– Нет? – Варг усмехнулся, и в его усмешке не было ничего веселого. – А по-моему, очень даже похоже. Тогда нас тоже окружили. Тоже предали. И тогдашний командующий тоже пытался договориться, найти честный путь. Чем это кончилось, мы оба помним.

Он сделал шаг к Каэлану, и теперь они стояли нос к носу, два полюса одного и того же проклятого братства.

– Я не позволю тебе повести нас в ту же пропасть, Каэлан. Мои люди не умрут ради твоих иллюзий. Если ты не можешь принять тяжелые решения, тогда уйди с пути и позволь тому, кто может, взять на себя ответственность.

– Ответственность? – Каэлан не отступил ни на дюйм. Его голос стал тише, но от этого только опаснее. – Ответственность – это не в том, чтобы быть палачом для слабых, Варг. Это в том, чтобы найти способ спасти как можно больше. Да, это грязно. Да, это тяжело. Но это наш долг.

– Долг? – Варг покачал головой, и в его глазах читалось что-то похожее на жалость. – У меня один долг. Перед теми, кто доверил мне свою жизнь. Перед Ориком, который лежит в этой грязной яме. Перед всеми, чьи имена вырезаны на стелах у Реквиемского моста. Мой долг – отомстить. И если для этого нужно пройти по трупам, я пройду. С тобой или без тебя.

Он резко развернулся и, не оглядываясь, зашагал прочь, в сторону, где его ветераны, хмурые и молчаливые, чистили оружие и смотрели на него ожидающе. Они слышали спор. Они понимали.

Каэлан остался стоять у могилы. Он смотрел на спину уходящего Варга, и в его груди бушевало противоречие. Ярость от его слов смешивалась с леденящим душу осознанием – а что, если Варг прав? Что если его прагматизм, его готовность идти по головам, и есть единственный путь к выживанию? Мягкость, которую он пытался культивировать, не была ли она просто слабостью, маской для его собственной нерешительности?

Он опустил голову и посмотрел на свежую могилу. Два человека. Всего два. Но он знал – если они продолжат идти путем Варга, могил станет больше. А если пойдут его путем… может статься, могилой станет весь лагерь.

Первая трещина прошла не между ними. Она прошла через самое сердце их сопротивления. И Каэлан с ужасом понимал, что эта трещина будет только расти, пока однажды не расколет Легион надвое.

Туман медленно отступал перед слабым, водянистым солнцем, превращаясь в жемчужную дымку, что цеплялась за верхушки елей и стелилась по склонам холмов. Лагерь просыпался, и вместе с ним просыпались все его проблемы. Стон больных из импровизированного лазарета, устроенного Лирой под огромным навесом из брезента, натянутого между двумя арками. Приглушенный плач детей. Резкие, уставшие окрики тех, кто пытался навести хоть какой-то порядок в хаотичном море палаток и шалашей. И над всем этим – всепроникающий, тошнотворный запах гнили и отчаяния.

Каэлан стоял на своем обычном посту у входа в руины, наблюдая за этим муравейником. Его тело требовало сна, разум – покоя, но ни того, ни другого он позволить себе не мог. Спор с Варгом висел в воздухе тяжелым, невысказанным облаком. Он видел, как ветераны Варга, собравшись у своего конца лагеря, смотрели на суетящихся беженцев с откровенным презрением. Он видел, как новоиспеченные ополченцы, те самые, что вчера клялись в верности, теперь робко поглядывали в сторону Варга, в чьей прямолинейной жестокости была своя, пугающая привлекательность. Раскол был уже не потенциальной угрозой. Он стал фактом, таким же осязаемым, как грязь под ногами.

Именно в этот момент из леса, окутанного остатками тумана, появились двое. Они двигались не так, как беженцы – не устало волоча ноги, а быстро и осторожно, используя каждую складку местности, каждое укрытие. Это были лазутчики. Лис и Сова, как их звали в отряде. Брат и сестра, выросшие в этих лесах и знавшие каждую тропинку. Они были грязны, исхудалы и смертельно усталы, но в их глазах горел огонек, который Каэлан не видел уже давно. Огонек не просто удачно выполненного задания, а настоящей, живой надежды.

Их сразу же проводили к Каэлану. Лира, почуяв нечто важное, оторвалась от своих больных и присоединилась к ним, вытирая руки окровавленной тряпкой. Варг, заметив движение, неспешно направился к группе, его лицо не выражало ничего, кроме скептицизма.

– Полководец, – начал Лис, младший из двоих, его голос срывался от волнения. – Мы были на Ржавых Болотах. У самой кромки Тумана.

– Что нового от Малкаора? – глухо спросил Варг, скрестив руки на груди. – Он прислал нам приглашение на чай?

– Не от Малкаора, – вступила Сова. Ее голос был тише, но тверже. Она вытащила из-за пазухи сверток, завернутый в промасленную кожу, и протянула Каэлану. – Мы наткнулись на лагерь. Но не имперский. И не бандитов.

Каэлан развернул сверток. Внутри лежало несколько странных предметов. Обломок стержня из тусклого, почти черного металла, испещренного мелкими, словно выжженными, рунами. Несколько засушенных растений, которые Лира тут же узнала – «Кровавый зуб» и «Призрачный мох», редкие и крайне ядовитые алхимические компоненты, растущие только в зонах сильного магического загрязнения. И клочок пергамента с схематичным чертежом, на котором было изображено нечто, напоминающее огромный насос или кузнечные мехи, соединенные трубами с символическим изображением Багрового Тумана.

Лира выхватила пергамент из рук Каэлана, ее усталость будто испарилась.

– Боги… – прошептала она, вглядываясь в чертеж. – Смотрите. Они не просто изучают Туман. Они его… канализируют. Закачивают. Это схема конденсатора. Очень сложного.

– Кто «они»? – потребовал ответа Каэлан, его взгляд перешел с Лиса на Сову.

– Они называют себя Алхимическим Консорциумом, – сказал Лис. – Мы подобрались близко, подслушали. Они… торговцы, Полководец. Но торгуют они не зерном или тканями. Они торгуют самой Слизью Тумана. Сдают его внаем.

Варг фыркнул. – Внаем? Кому? Сумасшедшим?

– Всем, у кого есть золото, – ответила Сова. – Мы видели, как один из их обозов отправился на север. В сторону владений барона Крелла. Тот, что воюет с соседом за железные рудники. Им движут не солдаты, а… машины. Паровые повозки, но без дров и угля. Из их труб шел не дым, а тот самый Туман. Только бледный, как будто разбавленный.

Лира подняла на Каэлана взгляд, полный ужаса и озарения.

– Это объясняет… все. Эти слухи о новых видах оружия у мелких тиранов. О том, что почва на некоторых полях чернеет и перестает родить. Они не просто используют Туман. Они его распыляют. Делают из него товар. Оружие массового поражения, которое можно купить за мешок золота.

– Но… как? – Каэлан смотрел на обломок стержня. – Туман… он разъедает все живое. Как они могут его контролировать?

– Они не контролируют его, – Лира ткнула пальцем в руны на металле. – Смотри. Это не руны управления. Это руны сдерживания. Как на тюремной решетке. Они не командуют Слизью. Они ее заключают в бутылку и продают бутылку тому, кто хочет выплеснуть ее на головы врагов. Они не владеют огнем. Они торгуют зажженными факелами в пороховом погребе.

– И где их главная база? – спросил Варг, и в его голосе впервые зазвучал не скептицизм, а интерес. Обычный, понятный враг был ему куда ближе, чем метафизическая угроза.

– Мы не смогли выяснить, – покачал головой Лис. – Их лагерь на Болотах – лишь передовой пост. Но мы слышали разговоры о «Главном Слиянии». О месте, где они не просто качают Туман, а… очищают его. Делают концентрированным. И у них там проблемы. Один из алхимиков, старый, с безумными глазами, кричал о «шуме в Сигнале». О том, что «Источник стал нестабильным».

Слово «Источник» повисло в воздухе, словно удар грома. Все замерли. Даже Варг выпрямился.

– Источник? – тихо переспросил Каэлан. – Тот самый, что создал Малкаор?

– Возможно, – Лира сжала в руке обломок стержня так, что костяшки ее пальцев побелели. – Если Консорциум научился подключаться к силе Источника… или если сам Источник является генератором всей этой энергии… тогда они знают о нем больше нас. Возможно, они даже знают, где он находится.

Мысль была одновременно пугающей и ослепительной. Все это время они искали ключ к разгадке Тумана в древних текстах, в легендах, в памяти призраков. А ответ, возможно, лежал не в прошлом, а в настоящем. Его держали в руках алхимики-авантюристы, видевшие в апокалипсисе лишь новую бизнес-модель.

– Это меняет все, – прошептал Каэлан.

– Да, – хрипло сказал Варг. – Теперь у нас есть цель, которую можно атаковать. Не призрачную идею, а конкретного врага с складами, машинами и золотом. Врага, которого можно раздавить.

– Нет, – резко возразила Лира. – Не атаковать. Проникнуть. Узнать. Они могут обладать знаниями, которые нам жизненно необходимы! Если они нашли способ хоть как-то взаимодействовать с Туманом, даже таким ужасным способом, это уже прорыв! Мы должны поговорить с ними.