Эли Макнамара – Магазинчик счастья Кейт и Клары (страница 33)

– Ну, простите меня, – подает голос Себастиан, – только вы не должны нас осуждать за то, что мы интересуемся вашей личной жизнью. Мне бы такую личную жизнь, которая служила темой пересудов!

– И я бы от такой не отказалась. Но когда я говорю, что эти двое – просто друзья, это действительно так.

– В самом деле? – вопрошает Себастиан. – У вас ничего нет ни с одним из них?

– Ничегошеньки.

– Мам, а хотелось бы?

Я смотрю на Молли. Ей надо ответить честно.

– С Джулианом – точно нет. Он действительно просто знакомый. Я называю его «другом», так как считаю, что собственных друзей у него немного, и поэтому встречаюсь с ним, чтобы помочь ему познакомиться с кем-нибудь здесь.

– А Джек? – спрашивает Молли. – Он ведь тебе нравится, да?

Я киваю.

– Джек… сложный, – я замолкаю. – Есть то, что нас сближает – что именно, я не могу объяснить, – но в то же время есть кое-что, что нас отталкивает друг от друга.

Этим «кое-что» был Джулиан. С того вечера в пабе прошло около недели, и все это время от Джека не было ни слуху ни духу, за исключением эсэмэски нынче утром, когда и он, и я обнаружили новые картинки.

Однако я не собиралась отказываться от идеи помочь Джулиану только потому, что Джек… даже подумать-то глупо… может ревновать.

– Отношения – сложная штука, – со знанием дела говорит Молли.

Я смотрю на нее. Неужели и ей это знакомо в ее-то пятнадцать лет?

– У вас с Чесни все хорошо? – интересуется Себастиан.

– Да, наверное, – пожимает плечами Молли.

Себастиан смотрит на меня, но я тоже пожимаю плечами.

– Хочешь об этом поговорить? – добавляет он.

– Не-а. Не особо. Сама разберусь.

– Ладно, тогда нам срочно нужны групповые обнимашки! – объявляет Себастиан. – Давайте, давайте, – подзывает он нас.

Вслед за Молли я неохотно подлезаю под его длинные костлявые руки и обнимаю их обоих.

– За отношения, – объявляет он.

– Не думаю, что групповые обнимашки требуют тоста, – говорю я.

– А у нас требуют. За отношения! – снова провозглашает Себастиан. – За исцеление тех, кто столкнулся с трудностями, – он хлопает по спине нас с Молли. – И за надежду для тех, у кого еще все впереди.

Мы обе хлопаем по спине Себастиана.

– И пусть в скором времени нам всем пошлют хорошего мужчину… – он делает торжественную паузу. – А пока будем перебирать варианты!

Клара смотрит в витрину магазина.

Артур все еще там – рисует, скрытый за мольбертом. Сколько еще ему нужно сидеть перед ее магазином? – ощущение такое, что прошло уже много дней.

– Как, должно быть, волнующе, когда тебя рисуют, – говорит миссис Хэррингтон, доставая из сумки кошелек, чтобы рассчитаться с Кларой за платье. – Я бы только и делала, что стояла у него за спиной.

– Он рисует не меня, а магазин, – Клара берет купюру и роется в поисках сдачи в деревянном ящичке, в котором хранится мелочь. – А точнее, всю улицу. Городской совет заказал ему несколько видов Сент-Феликса.

– Да, я знаю. Мой муж Джонатан – член совета и присутствовал на заседании, где решался этот вопрос. По-моему, запечатлеть город в его нынешнем облике – это замечательная идея. За последние годы он сильно изменился. Из маленького рыбацкого поселка превратился в быстро развивающийся курорт. Сейчас, когда война позади и с карточной системой наконец-то покончено, надо радоваться жизни.

– Конечно. Я и забыла, что ваш муж в городском совете.

– Да, уже давненько. Он очень гордится нашим городом.

– И по праву. Сент-Феликс – замечательное место для жизни и отдыха.

– Простите, если лезу не в свое дело. – Миссис Хэррингтон наклоняется над стеклянным прилавком и понижает голос: – Вы потеряли супруга на войне? – Она смотрит на тонкий золотой ободок на безымянном пальце левой руки Клары.

Клара медлит. Она терпеть не может, когда об этом ее спрашивают, и ненавидит лгать, но мысль о том, чтобы сказать правду, повергает ее в ужас.

Она смотрит на кольцо. Правда в том, что это кольцо ее бабушки, которое ей дала мама, когда она впервые приехала в Сент-Феликс к тете и дяде.

– Так тебе не будут задавать вопросов, – сказала мама.

– Да, – с подобающей печалью в голосе произносит Клара. – Но я бы предпочла не говорить об этом.

Миссис Хэррингтон похлопывает Клару по руке.

– Я вас очень понимаю. Мало кого не коснулась беда. Не верится, что с того дня, когда я потеряла своего дорогого брата во время высадки в Нормандии, прошло уже тринадцать лет.

– О, я не знала – мне очень жаль. – Сейчас Кларе не по себе – у этой женщины есть настоящая причина для скорби.

– Он умер как герой… подобно многим до и после него. Я соболезную вашей потере, Клара. Должно быть, Мэгги очень не хватает отца.

– Мы справляемся, – говорит Клара с заученной бравадой, которая обычно действует безотказно.

– Вы молодец. – Миссис Хэррингтон в последний раз хлопает Клару по руке и берет со стеклянного прилавка пакет, завернутый в коричневую бумагу. – Огромное вам спасибо. Оно просто замечательное. Не знаю, как вам удается шить такое на этой маленькой машинке. – Она смотрит в угол магазина, где на столике стоит черный «Зингер» с очередным незаконченным творением.

– Это все машинка, а не я, – улыбается Клара. – Надо приниматься за работу – ее уйма. Очень рада, миссис Хэррингтон, что платье вам понравилось.

– Пожалуйста, зовите меня Аннабел.

– Аннабел.

– Спасибо еще раз. Хорошего дня, Клара.

Клара провожает покупательницу до дверей и прощается.

Она видит, как та переходит улицу, останавливается возле Артура и, улыбаясь, смотрит поверх его плеча на картину. Затем она прощается с ним и идет вниз по улице, довольно сжимая в руках сверток с новым платьем.

Когда Клара снова переводит взгляд на Артура, он широко улыбается ей из-за мольберта и, прежде чем она успевает понять, что делает, улыбается ему в ответ.

– Хотите чаю? – спрашивает Клара, не зная, что еще придумать.

– Охотно, – говорит Артур. – Пожалуйста, с молоком и двумя кусками сахара.

Откидываясь на спинку стула, я невольно улыбаюсь и поворачиваюсь к Джеку. Он тоже улыбается.

– Они помирились, – радостно говорю я.

– Будем надеяться, – говорит Джек. – Давно пора.

– Может, и нам помириться? – тихо спрашиваю я. – Не люблю, когда мы ссоримся.

– А мы ссорились? – с невинным видом вопрошает Джек.

– Учитывая, что с того вечера в пабе мы почти не разговаривали, то да.

– Я был занят – только и всего.

– В самом деле? – с ноткой сарказма говорю я. – Больше, чем обычно?

– Вообще-то да. Я готовлюсь к приезду Бена.

– Ах да. Я совсем забыла. Он скоро приезжает?

– Да. Его мать отправляется со своим новым другом в круиз или типа того, поэтому, когда Бен сказал, что хочет летом пожить со мной, она была просто счастлива. Вряд ли она была готова оставить его дома одного.