Эльхан Аскеров – Зигзаги судьбы (страница 28)

– Наливай, браты. Помянем раба божия, Романа свет Архипыча.

Судя по мелькнувшим одобрительным улыбкам бойцов, решение парня им пришлось по душе, так что дальше поминки покатились спокойно. Без сбоев. Сам Егор, понимая, что крепкого спиртного ему и по возрасту, и в силу контузии принимать не стоит, обходился легким молодым вином, специально для этой цели купленным. Из состояния мрачной задумчивости Егора вывел вопрос десятника.

– Егор Матвеич, Роман себе Василя на смену готовил. Примешь ли, иль прикажешь кого другого денщиком найти? – аккуратно осведомился казак, кивая на крепкого мужчину лет пятидесяти, со шрамом на левой скуле.

К удивлению парня, бороды Василий не носил, обходясь лихо закрученными усами. Посмотрев казаку в глаза, Егор вздохнул и, мотнув головой, твердо ответил:

– Дядька знал, что делал. Раз он решил, так тому и быть. Тебя как по батюшки-то, казак? – повернулся он к сменщику.

– Батьку Михайлой звали, – спокойно отозвался тот.

– Вот и добре. Об остальном после побаим, Михалыч, – кивнув, грустно улыбнулся парень.

– Мне Архипыч обо всем поведал. Так что покоен будь, Егор Матвеич, не подведу, – глядя парню в глаза, заверил казак.

– А я и не сомневался. Архипыч знал, что делает, – кивнул Егор.

Поминки закончились уже в полной темноте. Поднявшись, Егор попрощался и устало поплелся к себе. Вино, хоть и легкое, но все равно свое действие имело. Так что после сытного ужина и выпитого парня потянуло в сон. Михалыч, едва заметив, что он встал, тут же вскочил и, надев папаху, поспешил следом. Проводив парня до самых дверей покоев, казак отправился к себе.

Утро Егор начал с тренировки. Несмотря на грусть и легкое похмелье. Закончив разминку стрельбой в тире, он отправился мыться и завтракать, когда слуга сообщил, что с ним желает говорить полицейский дознатчик. Чуть пожав плечами, Егор велел убрать со стола и подать чаю. Вошедший мужчина лет сорока вежливо поздоровался и, присев к столу, принялся задумчиво перебирать принесенные бумаги. Потом, глотнув поданного напитка, дознатчик вздохнул и, в упор посмотрев на парня, тихо спросил:

– Скажите, Егор Матвеевич, вы могли не убивать их?

– Не мог, – коротко мотнул парень головой. – Стреляли они из кустов, когда мы с дедом и денщиком моим чай пили. Из меня вон доктор полдня пулю вынимал, – качнул Егор перевязанным плечом.

Из-за ранения он вынужден был на некоторое время стать левшой. Даже есть приходилось левой, не говоря обо всем остальном.

– И вы, стреляя в ответ, сумели попасть в них, даже несмотря на то, что они были в кустах? – иронично усмехнулся дознатчик.

– Сомневаетесь, значит, – зло усмехнулся Егор. – Что ж. Идемте, – скомандовал он, поднимаясь.

– Куда? – не понял тот.

– В тир. У меня тут для тренировок в стрельбе специально тир устроен. Вот и посмотрим, кто из нас лучше стреляет, – жестко усмехаясь, ответил парень.

– То, что вы стрелок отменный, я и без того знаю. Но как вы по ним в кустах попали? – зашел дознатчик с другой стороны, даже не делая попытки подняться.

– Дым, – коротко ответил Егор.

– Чего, дым? – не понял полицейский.

– При стрельбе из ствола вместе с пулей дым вылетает. Вот по нему и понял, откуда били, – коротко пояснил Егор.

– Это откуда ж вы таким приемам научиться успели? – растерялся дознатчик.

– Я каждый божий день с тренировки начинаю. И на фронте побывать успел. А ваши корнеты ничем кроме мамзелек и попоек не интересуются. Вот и результат.

– Выходит, вы сразу на убой стрелять стали? – последовал новый вопрос.

– А я их должен был в угоду вам к столу пригласить?

– Егор Матвеевич, я пытаюсь понять, была ли у вас иная возможность, кроме как убить стрелявших, – посуровев лицом, жестко произнес дознатчик. – От того и приговор суда будет.

– А вы уверены, что тот суд вообще будет? – презрительно усмехнулся Егор, начиная понимать, к чему все идет.

– А как же? – откровенно растерялся дознаватель от такого вопроса. – Вы ж ажно трех молодых людей из солидных семей убили. Обязательно будет.

– А то, что случилось все на территории нашего имения и что стрелять они в нас начали, даже не поздоровавшись, и что человека моего убили, меня самого ранили, не в счет? – зашипел Егор, чувствуя, как перед глазами встает розовая пелена от бешенства. – Решили меня виноватым выставить? Не получится. Сегодня же велю адвокату своему все бумаги в этом деле проверить, чтобы ни слова лишнего написать не смогли.

– Вы не смеете со мной в подобном тоне разговаривать! – вскинулся в ответ дознатчик. – Я вам не мальчишка! И дело это я обязательно до суда доведу.

– Ну-ну, попробуйте. Да только я приговора ждать не стану. И тебя, и заказчиков твоих кровью умою, шкура продажная, – прохрипел Егор, еле сдерживаясь, чтобы не броситься в драку.

Сообразив, что разговора не получится, дознатчик захлопнул свою папку и, вскочив, быстрым шагом покинул дом. Отдышавшись и взяв себя в руки, Егор кое-как перевел дух и, залпом допив остывший чай, глухо проворчал:

– Совсем плохой стал. Скоро за косой взгляд на людей бросаться начну. Но тут надо что-то делать. Похоже, добром для меня эта история не закончится.

Выйдя из столовой, он быстро прошел в кабинет к деду и, оторвав его от чтения очередной газеты, быстро поведал все, что уже успело произойти.

– Вот, значит, как, – мрачно протянул Иван Сергеевич и, сложив газету, властно велел: – Кликни слуг. Прикажи подавать одеваться. Пусть мундир несут, – добавил он, тяжело, поднимаясь. – Покоен будь, Егорушка. Нарочного к Игнату я уже отправил. Просто так мы этого дела не оставим.

Спустя два часа, карета увезла его в Москву, а сам Егор решил остаться пока дома. В нынешнем своем состоянии он вполне мог чего-нибудь натворить. Так что лучше пока побыть дома. Одному. Но его чаяниям не суждено было сбыться. Вошедший слуга сообщил, что его желает видеть полковник Василевский. Удивленно хмыкнув, Егор велел привести его в свой кабинет и отправился туда, не забыв прихватить дедову газету. Знать, что происходит в стране, было необходимо.

Присев к столу, полковник устало расправил усы и, оглаживая бороду, тихо спросил:

– Неужто надо было убивать их, Егор Матвеич?

– Надо было для вашего спокойствия дать себя убить? – зло уточнил Егор, демонстративно потерев пострадавшее плечо.

– Господь с вами, юноша. Я ж не о том, – качнул полковник головой. – Я к тому, что разве никак иначе нельзя было?

– Хотите прикажу свезти вас на место, сами все увидите, – мрачно предложил парень. – Мы ж и не думали о таком. Поели да принялись чай пить, когда из кустов пальба началась. Первой пулей меня зацепило, а после – Архипыча, дядьку моего, когда он бросился деда закрывать собой. Выходит, они нас обоих убить решили. Да только не поняли, что это не так легко будет. Я ведь не просто так каждое утро с тренировки начинаю и с оружием упражняюсь до кровавой юшки из носу.

– Да уж. О дуэли вашей уже вся Москва шумит, – растерянно усмехнулся полковник. – А полиция что говорит?

– А купили уже полицию, – презрительно фыркнул Егор. – Дознатчик, вон, часа три назад был. Грозился, что обязательно дело это до суда доведет. Так что у вас ежели бумаги какие имеются, привозите побыстрее. А то после снова придется профессоров просить. Меня-то уже не будет.

– Что значит купили? – вдруг возмутился полковник. – До какого суда? Они там что, вовсе ума лишились?

– А то вы не знаете, как у нас это случается, – ехидно отозвался Егор, махнув рукой. – На той стороне кучка титулованных подонков, с мошной солидной, вот и попросили того дознатчика вежливо, барашка в бумажке поднеся.

– Ладно. Посмотрим, кто, кому и чего поднес, – зло выдохнул жандарм, резко поднимаясь и нахлобучив фуражку, стремительно выйдя из кабинета.

История эта крепко выбила всех из колеи. Иван Сергеевич, бросив все дела, занимался только этим нападением, наняв целую свору адвокатов и нанеся визит самому генерал-губернатору Москвы. В итоге, дело начало пробуксовывать, и полиция принялась применять приемы, о которых Егор слышал еще в своем прошлом. Не дошло только до личного запугивания парня и прессхаты. Вот тут у них руки были коротки. К тому же еще и жандармы принялись выяснять обстоятельства дела, регулярно требуя у полиции материалы.

Устав сидеть дома, да еще и не имея возможности тренироваться в полную силу, Егор решил немного покататься. Велев Никите запрячь коляску, он прихватил Михалыча, и вся троица не спеша покатила в город. Побродив по магазинам, Егор заглянул в несколько оружейных лавок и, убедившись, что ничего особо нового тут нет, отправился в знакомую кофейню, пить кофе с какой-нибудь сладостью. Все случившееся настроения не добавляло, так что нужно было хоть как-то поднять себе настроение.

Персонал заведения, едва завидев парня, тут же засуетился, и вскоре он уже сидел за своим любимым столиком. У окна. Наслаждаясь напитком, Егор с задумчивым видом пялился на улицу, пытаясь придумать себе хоть какое-то занятие для души и настроения. Но ничего умного в голову пока не приходило. Внимание парня привлекла знакомая карета, подкатившая к тротуару. Заказав еще чашечку напитка, парень принялся с интересом наблюдать за седоками этого транспорта.

Из кареты выбралось семейство графов Ухтомских и направилось прямо в кофейню. Удивленно хмыкнув, Егор глотнул напитка и сделал вид, что ничего не видел. Вошедшее семейство, о чем-то оживленно переговариваясь, заняло столик в середине зала, и Вера Ильинична, не спеша осмотревшись, вдруг замерла, увидев сидящего у окна парня. Заметив ее расширившиеся глаза, граф оглянулся через плечо и, с ходу узнав Егора, растерянно качнул головой. Понимая, что делать вид, что ничего не замечает, будет неправильно, парень поднялся и, подойдя, вежливо поздоровался сразу со всеми: