Эльхан Аскеров – Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход (страница 46)

– К змеиной балке они рвутся! – заметив их манёвр, громко объяснил десятник. – Там солончак и ямы зыбучие. По тропе только по одному пройти можно. В балку спустятся и станут нас, как перепелов, отстреливать.

– Дядька Михей, бери половину десятка и на перехват, а я с остальными вдогон, – предложил Матвей, чуть придержав коня.

– Добре, – чуть подумав, отозвался десятник и, выкрикнув пять имён, повернул коня в степь.

Судя по всему, опытный боец отлично знал эти места и вполне мог обойти бандитов, отрезав их от нужной точки. Ведь это только на первый взгляд кажется, что по степи можно проехать где угодно. На самом деле двигаться с такой скоростью можно было только или по уже известной местности, или короткой рысью. Степь изначально изрезана всяким низинками, каменными выходами, а то и просто сурчиными норами. Так что гнать лошадей по неизвестной местности своего рода рулетка. В лучшем случае потеряешь только коня. В худшем запросто свернёшь себе шею при падении.

Убедившись, что пятёрка казаков движется в нужном направлении, Матвей сосредоточился на скачке. Буян шёл ровным, широким галопом, дыша, словно мехами воздух качая. Степняки, заметив, что казаки разделились, предприняли очередную попытку оторваться, бросив двух заводных коней. Расстояние между бандитами и преследователями медленно, но заметно сокращалось. Но Матвей продолжал вести свою пятёрку по следу.

Знавшие степь, как свою юрту, степняки не просто так шли, вытянувшись в цепочку. Похоже, рядом с тропой были какие-то опасности для коней. Брошенные лошади начали сбрасывать скорость, но продолжали тянуться следом за остальной группой. Матвей, помня, что в нынешних условиях любой поход должен приносить хоть какой-то доход, оглянулся и, увидев взмыленную кобылу одного из бойцов, скомандовал:

– Илья, их лошадей сгуртуй и за нами рысью.

– Понял, – коротко кивнул парень, сдававший экзамен вместе с Матвеем и отлично понимавший, что его конь такой скачки не выдержит.

Таким образом Матвей давал ему возможность участвовать в погоне и хоть как-то сохранить статус, или, как тут говорили, лицо. Вроде и приказ выполнил, и не виноват, что лошадь у него слабая. Ну, или уже старая для подобной скачки. Матвей и сам хорошо помнил, скольких мучений и приключений ему стоило приобрести своего Буяна. Между тем расстояние до банды сократилось метров до трёхсот. Парень уже отлично видел, что девушек везут в середине цепочки и бросать добычу бандиты не собираются.

Заметив, что банда снова начала закладывать поворот, Матвей вытянул из-за спины карабин и, загнав патрон в патронник, накинул повод на луку седла. Буян, услышав знакомый звук, прянул ушами и чуть сбавил скорость, начав двигаться ровным, не очень тряским галопом. Чуть сжав колени для упора, Матвей поднял оружие и, поймав ритм скачки, плавно спустил курок. Грохот выстрела разнёсся по степи широко, но не долго.

Скакавший первым бандит, схватившись за плечо, покачнулся в седле, но сумел удержаться. В ответ степняки ответили несколькими разрозненными выстрелами, но все пули прошли мимо. Привычно передёрнув затвор, Матвей воспользовался тем, что поворот бандиты ещё не прошли, и снова выстрелил. На этот раз в одного из тех, кто тащил за собой лошадь с пленницей. Картинно всплеснув руками, бандит выпал из седла.

Скакавший следом за ним степняк подхватил повод его лошади и, хлестнув плетью, заставил прибавить шагу.

– Ну, тварь, ты у меня точно кровью умоешься, – зло выдохнул Матвей, снова загоняя патрон в патронник.

– Хватит реветь, кулёмы, – грубовато проворчал десятник, останавливаясь рядом с саженными с коней девчонками.

– Погоди, дядька Михей. Дай им в себя прийти, – вежливо осадил его Матвей. – Не каждый день их воруют.

– Ну, тоже верно, – чуть смутился казак. – А вы чего нас не дождались? С чего ты вдруг палить начал?

– Понял, что могу дотянуться. К тому же не знал, успеете вы до балки или нет, – пожал парень плечами.

– Малость не поспевали, – скривился десятник. – В общем, добре ты всё решил. Так старшинам и скажу.

– Благодарствую, дядька Михей, – вежливо склонил Матвей голову.

– Эх, жаль, что пластунов наших побили. Лет через пять ты б у них точно десятником стал. Думать умеешь.

– Так мне по мастерству думать положено, – нашёлся Матвей на неожиданную похвалу.

– Ну, мастерство, оно само по себе, а бой сам по себе будет.

Слушая их разговор, остальные казаки только переглядывались, понимая, что именно в эту минуту решается вопрос о повышении в звании одного из самых молодых казаков станицы. Да, после этот вопрос будут обсуждать старшины и ещё некоторое время присматриваться к возможному десятнику, но предложение опытного бойца никто не забудет.

Всё получилось спонтанно. Нагоняя бандитов, Матвей ссаживал их с коней одного за другим, не давая степнякам стрелять в ответ. Стоило только кому-то взяться за оружие, как парень тут же менял прицел. Ему словно сам чёрт ворожил, помогая всаживать пули туда, куда он и целил. Когда счёт выживших дошёл до двух, бандиты бросили заводных коней с пленницами и, развернувшись, попытались дать бой. Но тут не подвели оставшиеся в строю молодые казачки.

Глядя на стрельбу случайного командира, они так же взялись за оружие, но бить врага с ходу не решались, опасаясь зацепить девчонок. Но теперь, когда кони с пленницами оказались в стороне от основного места событий, не оплошали. Дружный залп просто вынес двух оставшихся бандитов из седла. Велев парням проверить тела и собрать добычу, сам Матвей проехал немного дальше и, убедившись, что свежих следов на тропе не имеется, вернулся к своей пятёрке.

Ещё минут через двадцать подъехал десятник со своими бойцами, и Матвей первым делом, вместо доклада, спросил, не проверял ли он балку на предмет возможной засады. Растерявшись от такого напора, Михей только кивнул, коротко буркнув:

– Пусто там. Похоже, прав ты был, когда сказал, что на девок они случайно налетели.

И только потом, опомнившись, принялся задавать вопросы, выясняя, как всё было. Выводив коней и отерев их пучками травы, казаки занялись трофеями. Освобождённых девчонок напоили водой из фляг и, усадив на брошенные на землю бурки, оставили в покое. Те, едва убедившись, что опасность миновала, тут же занялись обычным женским делом. Заревели в два голоса, слезами смывая последствия перенесённого стресса.

Понимая, что это пошёл откат, Матвей махнул на них рукой. Утешать женщин он никогда не умел. И вот теперь вернувшийся десятник привычно наводил порядок во вверенном ему подразделении. Разобравшись с трофеями и отловленными конями, казаки начали готовиться в обратный путь. Но на этот раз им придётся ехать не быстрее, чем лёгкой рысью. Кони после уже случившейся скачки не могли двигаться так быстро.

– Матвей, чего из добычи брать станешь? – окликнув парня, поинтересовался десятник.

– Да чего там брать. После долю получу, и ладно, – окинув всё добытое быстрым взглядом, отмахнулся парень.

– Там вон вроде пистоли толковые, – не согласился десятник.

– Капсюльные. Куда они мне, – фыркнул Матвей. – Были бы стволы подходящие, мы б с отцом и сами тех же револьверов наделали.

– Вы и такое можете? – изумился казак.

– Да чего там уметь, – махнул Матвей рукой. – Корпус отлить да барабан под патроны. Больше времени подходящие пружины сделать займёт. Только стали нужной нет. А обычную ставить, так они быстро портиться станут. Часто менять придётся.

– Погоди. Так вам, чтобы револьверы делать, только стволов да пружин не хватает? – не поверил десятник.

– Ага.

– Ну, вы, кузнецы, и доки. И булат, и огнестрел всякий, – растерянно покрутил казак головой. – Я там у вас ещё и станки всякие видал. Гриша гуторил, тоже сами делали. Верно ли?

– Так и есть. До беды своей, когда с батей на ярмарку ездили, я в одной артели железоделательной те станки и увидел. Вот и решили с ним попробовать себе такие же сделать.

– А чего он прежде не пробовал? – тут же отреагировал казак.

– Так ему вещи их интересны были. Товар всякий, что на продажу. А мне сами станки. Вот и вышло, как вышло, – развёл Матвей руками, старательно наводя тень на плетень.

– Ну да, пацаны, они всегда приметливее, – понятливо кивнул десятник. – Добре. По коням, казаки. Дотемна надобно в станицу вернуться, – скомандовал он, закругляя разговор.

Девчонок снова усадили в сёдла, и отряд двинулся в обратный путь ровной, короткой рысью. Немного отдохнувшие кони шли спокойно, и только Буян то и дело порывался прибавить ходу.

– Да уймись ты, заполошный, – выругался Матвей, чуть натягивая повод.

– Доброго коня тебе батька сторговал, – вздохнул ехавший рядом с парнем казачок.

– На булат сменяли, – коротко поведал Матвей, кивая. – Князь, что сторговал, сказывал, полукровка доброй крови.

– Что, всамделишний князь? – удивлённо ахнул казачок.

– А чего такого? – не понял Матвей. – Он там по своим делам был, а мы как раз коня искали подходящего. Вот он наши клинки увидел, и загорелось ему. Спервоначалу не поверил, что настоящий булат, а после, как спытали, сам у кого-то знакомого Буяна и нашёл.

– А что за князь, откуда? – не унимался собеседник, явно сгорая от любопытства.

– Горец. Грузин. Но, видать, настоящий, ежели с ним жандармский подполковник приезжал.