Эльхан Аскеров – Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход (страница 103)

– Так ведь пропьёт он его, шельма, – удручённо вздохнул купец. – Вот ведь наказанье божье. Пока трезвый, мастер, хоть в ноги кланяйся. А как запьёт, так до исподнего всё спускает. И ведь не прогонишь. Родич, будь он неладен.

– А вы ему инструмент только для работы выдавайте. А как закончил, так укладку под ключ, – чуть подумав, посоветовал Матвей. – Дома-то небось и ключница имеется?

– А как без неё, – развёл купец руками.

– Вот ей и велите. Выдавать только для работы, а после забирать и прятать.

– Дельно, – с интересом одобрил купец. – Вот, держи, – принял он решение, доставая из кармана лопатник и протягивая парню ассигнацию в пять рублей. – Благодарствуй, мастер, – попрощался он, забирая укладку.

– Эй, а я как же? – вдруг возмутился мастеровой. – Я ж прежде тут стоял.

– Так ты, мастер, думать изволишь, а человек покупает. Да ты не шуми. У меня ещё одна имеется, – успокоил его Матвей, доставая второй комплект.

– А что, купец этот у тебя уже брал товар какой? – заинтересованно уточнил мастеровой.

– Замки берёт. Второй год подряд, как приедем, так он сразу все кучей забирает, – кивнул парень. – Серебром платит, а берёт.

– Серебром?! – изумлённо ахнул мужик. – Это что ж у тебя за замки такие?

– Замки хитрые. Не всякий вор вскроет, – усмехнулся Матвей. – Так что? Будешь стамески брать?

– А-а, – обречённо махнув рукой, сдался мужик. – Беру. Всё одно инструмент добрый нужен.

– Верно решил, мастер. Без доброго инструмента и работа не в радость, – улыбнулся парень, быстро сворачивая укладку и затягивая завязки.

– А тебе-то откуда знать? Небось в кузне всего инструмента, молоток да клещи с кувалдой, – огорчённо фыркнул мужик.

– Мастер ты вроде добрый, а вот человек глупый, – презрительно усмехнулся Матвей. – У нас одних станков в кузне четыре штуки. Ещё и пятый делать собираемся. А ты, кувалда. Нет у нас кувалд. Только молоты. Понял, дядя?

– Да ты не серчай, это я так, в сердцах, – вдруг резко побледнев, пролепетал мужик, суетливо выкладывая на прилавок мятые купюры и разную мелочь.

– Передохни, Матвей, – тронув парня за плечо, велел Григорий и принялся пересчитывать деньги.

– Чего это он? – удивлённо хмыкнул парень, отходя.

– Ты, Матвейка, норов-то научись уже в узде держать, – негромко посоветовал Григорий, отпустив мужика.

– А чего не так-то? – продолжал недоумевать парень.

– Рожи ты своей не видел, когда тот дурень про кувалды брякнул, – усмехнулся кузнец. – Я уж грешным делом подумал, ты его прямо у прилавка порешишь. Ажно глаза красным полыхнули. И вправду Лютый.

– Так фамилия обязывает, – выкрутился Матвей, растерянно ероша себе чуб, как обычно бывало в момент задумчивости.

– Пойди, погуляй, – слегка подтолкнул его кузнец. – По рядам пройдись, бабам нашим гостинцы присмотри. Глядишь, уймёшься.

– Так ведь торг только начался, – осторожно напомнил Матвей.

– Да ты уж все расходы своими придумками оправдал, – рассмеялся отец. – Ступай с богом. Я теперь и сам управлюсь. Деньги-то есть?

– Имеются, – отмахнулся парень, выходя из-за прилавка.

Оглядевшись, Матвей направился прямым ходом в ряды, где торговали всякой мануфактурой и в том числе имелась пара ювелирных лавок. Тут торговали местные мастера. А если точнее, представители местных ювелиров. Понятно, что выставлять в таком месте особо дорогой товар никто не станет, но всякие цепочки, колечки и серьги найти проблемы не составляло. Во всяком случае, это была гарантия того, что под видом золота покупателю не впарят полированную латунь или медь.

Обручальные кольца им с Катериной кузнец отлил своими руками, так что покупать кольца парень не собирался. А вот серьги или цепочки в планах стояли. В конце концов даром, что ли, об их мастерской уже легенды начали ходить в казачьей среде. Так что, входя в первую лавку, Матвей уже имел в голове примерный план действий. Молодой продавец характерной внешности, едва завидев парня, чуть поморщился, но тут же взял себя в руки и, подойдя, вежливо поинтересовался:

– Чем могу служить, господин казак?

– И вам шалом, уважаемый, – не удержался Матвей от лёгкого хулиганства. – Хочу невесте с матерью подарки купить. Покажите серьги и цепочки шейные, если вас не затруднит.

Не ожидавший такого захода продавец на несколько секунд завис, но тут же, тряхнув головой, проявил завидное самообладание, начав выкладывать на прилавок поддоны с различными украшениями. Внимательно осмотрев весь предъявленный товар, Матвей попросил отложить три комплекта серёг и принялся рассматривать их поочерёдно, представляя мысленно лицо невесты. В итоге выбрав каплевидные серьги с бирюзой, он отложил их в сторону и принялся подбирать подарок матери.

– Интересно вы выбираете, сударь, – осторожно высказался продавец.

– Я перед собой лицо представляю, а после на серьги смотрю. Ежели подходят, откладываю. А нет, так и обратно, – коротко пояснил Матвей, продолжая перебирать товар.

– Я так понимаю, серьги вы выбрали невесте. Тогда, может быть, для матери брошку взять? – осмелился предложить продавец.

– Брошки, это для престарелых тётушек, а у меня мать казачка в самом соку. Надо будет, и из винтаря стрельнет, и шашкой срубит, и землю вспашет. Так что придержи советы для бестолковых, – отмахнулся парень.

– Ой, Мойша, сколько раз тебе повторять, не открывай рот, если не знаешь, что за человек перед тобой, – послышался старческий голос и в лавку через заднюю дверь вошёл пожилой мужчина в чёрном лапсердаке.

– А что не так, дедушка? – насупился продавец.

– Вот дурной, – всплеснул старик руками. – Да он только вошёл и с ходу смог тебя озадачить, просто поздоровавшись. Заметил, как ты рожу скривил. Я ведь прав, молодой человек? – повернулся он к парню.

– Ну не драться ж мне с ним, – усмехнулся Матвей в ответ. – Уж простите, уважаемые, но вы мне не противники.

– Мойша, принеси там из шкапа укладку мою, – окинув парня задумчивым взглядом, велел старик.

– Но, дедушка!

– Делай, что сказано, шлемазл, – пристукнул старик сухим кулачком по прилавку. – А вы, юноша, присядьте пока вот сюда. На стульчик. И я рядом с вами. Уж очень вы занятный молодой человек…

Но договорить старик не успел. Дверь лавки распахнулась, и на пороге возник крепкий мужик средних лет, с порога заоравший:

– Мойша, жидовская морда, тебе что сказано было?!

– Пасть захлопни и исчезни, пока я тебе язык не вырвал, – негромко прорычал Матвей, глядя на мужика через плечо.

– Ты, казак, горя ищешь? – тут же взвился неизвестный, шагнув в лавку.

– Сказано, заткнись, – чуть надавил голосом парень, разворачиваясь к нему.

В задней комнате лавки что-то со звоном упало и, дребезжа, прокатилось по полу. Удивлённо хмыкнув, Матвей покосился в ту сторону, не выпуская мужика из поля зрения. Вышедший из-за прилавка старик бесстрашно встал перед неизвестным и, выпрямившись во весь свой небольшой рост, твёрдо спросил:

– Кто вы такой и с чего решили, что это кабак, а не лавка? Подите прочь!

– Закройся, пёс пархатый, – рявкнул мужик, протягивая руку, чтобы смести старика с дороги.

Матвей, ожидавший чего-то подобного, перехватил конечность мужика и, сжав пальцы, слегка выдернул неизвестного на себя. Уже начавший движение мужик, не ожидая такой выходки, покачнулся и в итоге оказался в стороне от старика.

– Да ты, мать твою, сдохнуть решил? – заорал мужик, откидывая полу своего армяка.

Дожидаться продолжения Матвей не стал. Резкий удар внутренним ребром ладони в горло заставил неизвестного поперхнуться словами и отшатнуться. Сделав короткий шаг вперёд, Матвей всадил кулак ему в челюсть, по всем правилам рукопашного боя. От бедра. Лязгнув зубами, мужик рухнул на пол как подрубленный. Присев над ним, парень быстро обыскал тело и, забрав револьвер и кистень, поднялся.

– Юноша, надеюсь, вы его не убили? – растерянно поинтересовался старик, рассматривая лежащее тело, подслеповато щурясь.

– Жив, курилка. Вон, нога дёргается, – презрительно фыркнул Матвей. – Так что там с товаром? – вернулся он к делу.

– Мойша! Мойша, шлемазл, где ты там? – громко спросил старик, заглядывая в заднюю дверь.

– Иду, дедушка, – послышалось в ответ и в лавку как-то неловко, боком, протиснулся продавец, неся в руках плоскую шкатулку.

Положив её на прилавок, он увидел лежащее тело и, испуганно икнув, резко побледнел.

– Извольте, юноша, – открывая крышку шкатулки, предложил старик. – Это лучшее, что я могу вам предложить. Можно, конечно, заказать что-то особенное, но, увы, это будет долго, а вы, как я понимаю, будете здесь только пока идёт ярмарка.

– Правильно понимаете, почтенный, – кивнул парень, склоняясь над товаром.

Изящная цепочка необычного плетения сразу привлекла его внимание. Осторожно взяв её в руки, Матвей повертел украшение из стороны в сторону и, повернувшись к старику, поинтересовался:

– Вот эта сколько встанет?

– Прямо я бы отдал её за сорок рублей, но для вас, юноша, она стоит двадцать пять, – улыбнулся тот. – Так и знал, что вам понравится. Это работа моего внука.

– Мои поздравления, почтенный. Ваш внук настоящий мастер, – улыбнулся Матвей, делая комплимент искусству ювелира.

– Я вижу, вы и сами не чужды работы со всяким железом, – вдруг ткнул старик пальцем в один из ожогов на запястье парня.