Эльхан Аскеров – Случайный шаг (страница 30)

– То так, – рассмеялся Родомил. – Да только, ему что сабля, что меч, что оглобля все едино. Одной силушкой богатырской берет. А вот умений должных нет.

– А ежели ему булаву заместо меча дать? – заду мался парень. – Она ведь на молот кузнечный похожа. Знай, колоти.

– А ведь похоже, – подумав, одобрительно кивнул казак. – Скажи ему, как ее сделать. А не получится, так и ладно. Да и железо не пропадет.

– С охотой закончим, попробуем, – кивнул Беломир.

– Выходит, в местах ваших по сию пору самострел пользуют? – сменил казак тему.

– Его много где пользуют, – пожал парень плечами, припомнив, что это оружие имело хождение вплоть до изобретения огнестрела и некоторое время с ним даже успешно конкурировало. – У нас так все больше на охоте. Вот и сделал, чтобы тут испробовать.

– Стреляй всегда под лопатку или, ежели близко, в голову бей, под ухо. Тогда и гоняться за подранком долго не придется, и животине муки меньше. Наша охота – не забава, – принялся поучать Родомил.

– Добре, сполню, – коротко кивнул Беломир.

Кавалькада ушла в степь и к вечеру оказалась на месте. Широкий, но мелкий ручей вился по длинному распадку, уходя куда-то за холм. Оглядевшись, Родомил велел отступить за ближайшую возвышенность и разбивать лагерь. На водопой джейраны обычно приходили ближе к вечеру или ранним утром, так что время для подготовки у охотников еще было. Собрав по ямам и низинкам шары высохшего перекати-поля, казаки ловко развели костер и, раскатав кошму, принялись готовить ужин из того, что прихватили из дома. Продуктов, как заметил парень, они взяли с собой не много. Только на первый день, пока нет добычи.

Дальше они переходили на то, что смогли добыть. Тоже своего рода стимул подходить к делу серьезно. Перекусив, как говорится, чем бог послал, казаки разбили ночь на вахты и, распределив порядок несения службы, устроились ночевать. Беломиру, как самому молодому, досталась собачья вахта. Самые сложные и тяжелые часы на рассвете. Но парень и не подумал обижаться, понимая, что это своего рода проверка.

Проснувшись от легкого касания за плечо, Беломир легко поднялся и, умывшись водой из фляги, заступил на пост. Обойдя бивак по кругу и убедившись, что с лошадьми все в порядке, он уселся спиной к почти погасшему костру и принялся вслушиваться в окружающую обстановку. Как ни крути, а в предрассветные часы в степи высмотреть что-то было практически невозможно. Луна уже зашла, и темнота сгущалась до такой степени, что трудно было рассмотреть даже собственную вытянутую руку.

Но спустя примерно полтора часа небо на горизонте начало светлеть. Едва заметно улыбнувшись зарождающемуся дню, Беломир тихо поднялся и принялся осматриваться. Именно сейчас для степняков было бы самым удачным моментом подобраться к спящему лагерю. Но вместо возможного противника он вдруг увидел небольшое стадо джейранов. Примерно голов с полсотни. Еле слышно охнув, парень подскочил к кошме, на которой спал Родомил, и, тряхнув его за плечо, тихо сообщил:

– Стадо пришло.

Обратно десяток шел спустя три дня. За это время казаки взяли два десятка молодых самцов джейранов и возвращались весьма довольными. Что ни говори, а охота и вправду была удачной. А еще вся ватага дружно обсуждала очередную новинку от Беломира. В охоте арбалет показал себя выше всяческих похвал. В то, первое утро парень, разбудив Родомила, схватил свое оружие и, пока казаки просыпались и оправлялись, успел сделать три прицельных результативных выстрела.

Гул от распрямившихся плеч самострела был гораздо тише, чем хлопок тетивы о наруч лучника. Так что животные даже не поняли, что их убивают. А самое главное, тяжелый арбалетный болт, вонзаясь под лопатку джейрану, входил почти на полную длину, пробивая сразу сердце и легкое. В итоге раненый зверь просто падал на землю, не успев издать ни звука. Удар, падение, короткая агония, и все.

Самого парня животные не замечали. Пользуясь новинкой, он не вставал в полный рост, и наоборот, залег в траву, а для перезарядки просто перекатывался на бок. К тому же Беломир находился выше стада и укрывался за склоном. В общем, вовсю пользовался полученными когда-то знаниями ведения боевых действий из засады. Стадо обратилось в бегство только после того, как упал третий джейран.

Увидев этот результат, казаки только головами качали. Луками такой добычи бы не случилось. Это они поняли сразу. Спустив кровь, казаки выпотрошили туши и, набив их специально заготовленной смесью трав, опустили в ручей. Только так можно было сохранить ее до возвращения в станицу.

К удивлению Беломира, вода почти во всех встреченных ручьях и родниках была очень холодной. От чего так происходило, он так и не понял. Ясно, что многие из них брали свое начало в горах, но в степи вода, даже проточная, все равно должна была нагреться.

Отнеся этот вопрос к очередной загадке местной жизни, Беломир выкинул все из головы и сосредоточился на деле. Начало положено, но трех туш на станицу было слишком мало. Так что охота продолжалась. Разделив команду на две части, Родомил отправил половину казаков в другое место. Самого же парня он оставил радом с собой. Понимая, что до полного доверия со стороны станичников еще далеко, Беломир даже не пытался возражать.

Вечером того же дня они взяли еще пять особей. К удивлению парня, стада шли к этой водной артерии регулярно. Похоже, джейраны точно знали, где находится ближайший водопой, и старались не уходить от него далеко. Впрочем, это были только его собственные догадки. Охотой в прошлом он никогда не занимался всерьез. Да и не до того было. Особенно сразу после возвращения из армии. Прежде всего нужно было хоть как-то устроить собственный быт.

К концу третьего дня Родомил, съездив в лагерь второй ватаги, объявил, что десятку нужно возвращаться в станицу. Требовалось передать добычу и только после вернуться, чтобы продолжить. Оглядев загруженных коней парня, казак одобрительно кивнул и, вздохнув, тихо спросил:

– Сколь себе оставишь?

– Тушу Векше свезу и одну Беляне отдам, остальное, как сход решит, – чуть подумав, решительно заявил Беломир.

– Далее с нами пойдешь? – оживился казак.

– Обязательно, – кивнул парень.

На этом этапе ему нужно было сделать все, чтобы в станице его приняли за своего. Влиться в местную жизнь. Одиночка тут будет обречен. Так что его решение не было спонтанным или случайным. Беломир успел продумать нужную линию поведения. К тому же они с Векшей успели договориться, что джейранов им на зиму хватит и трех. Дальше приятели собирались заняться добычей кабанов и оленей. К тому же предстояла еще охота на дроф и перелетную дичь.

Свернув лагерь и погрузив все добытое на заводных коней, десяток не спеша двигался в сторону дома, когда Беломир, приметив за склоном холма странные клубы пыли, молча принялся взводить арбалет.

– Ты чего? – насторожился Родомил, заметив его манипуляции.

– Пыль, – мотнул парень головой в нужную сторону. – Или стадо, или степняки.

– Слишком мало для стада, – всмотревшись, тихо проворчал казак, потянув саблю из ножен.

Ехавшие следом казаки, увидев его движение, тут же принялись готовиться к возможным неприятностям. Уложив на ложе болт, Беломир оглянулся на своих заводных коней и, чуть подумав, решил не торопиться. Отвязать цуг было не долго. Достаточно было просто дернуть за конец ремня. Десяток не торопясь развернулся цепью, готовясь ко всему, и события не заставили себя ждать. Из-за холма рысью выскочил десяток степняков, и едва завидев охотников, они с ходу ринулись в атаку.

Похоже, эти бандиты и вышли в степь только за тем, чтобы кого-то ограбить. На весь десяток имелось только три заводных коня. Все степняки были в доспехе и вооружены, словно для боя. Со щитами, пиками, саблями и, само собой, луками. Так что атаковали они давно привычным и отработанным способом. Оказавшись слишком близко от противника, они тут же опустили пики и пришпорили коней. Для луков было слишком близко.

Понимая, что без щита он верхом легкая добыча, Беломир вскинул арбалет и, прицелившись в самого богато одетого всадника, нажал на спуск. Степняк, понимая, что на него смотрит какое-то оружие, привычно закрылся щитом, но для блочного арбалета это было слишком слабым препятствием. Болт, пробив обшитую кожей доску, вошел главарю в грудь. Силой удара его просто вынесло из седла. Понимая, что времени на перезарядку нет, Беломир бросил самострел на луку седла и выдернул из стакана у стремени свою пику.

Левой рукой перебросив повод своего коня ему через голову, парень соскользнул на землю и, сделав пять шагов вперед, взял пику двумя руками. Скакавший рядом с главарем степняк, видевший выстрел парня, чуть подтянул левый повод, направляя своего коня прямо на него. С первого взгляда становилось понятно, что это опытный боец. Бросив поводья на луку седла, степняк ловко прикрылся щитом и направил наконечник пики Беломиру в грудь.

Выждав, когда голова его коня окажется в шаге от наконечника пики, парень сделал полшага вперед, одновременно нанося хлещущий удар по конской морде. Ранить животное он не собирался, но лошадь – животное пугливое и, получив такой удар, тут же постарается отскочить подальше. На том парень и строил свой расчет. Тем более что подобное он уже проделывал. Прием нехитрый, но весьма действенный.