Элеонора Максвелл – Месяц с олигархом (страница 2)
И вот очередь дошла до неё. Она подняла руку без энтузиазма. Ведущий указал на неё.
– Валерия Добровольская, «Современная хроника». – Её голос прозвучал чётко и сухо, без привычных журналистских интонаций. – У меня два вопроса, Максим Ильич. Первый: в рамках подготовки к проекту выкупаются участки, на которых уже более полувека находятся посёлок рыбаков и небольшой частный приют для животных. Какие гарантии вы можете дать, что эти люди и животные не окажутся за бортом вашего «рая будущего»? И второй, практический: по нашим данным, основным подрядчиком по вывозу и утилизации строительного мусора назначена компания «Эко-Стандарт плюс», которая имеет три судебных дела о незаконных свалках. Не кажется ли вам, что фундамент рая не должен состоять из токсичных отходов?
Гробовая тишина повисла в зале. Кто-то сзади ахнул. Фотографы перестали щёлкать затворами. Все взгляды метались между ней, дерзкой в своих потрёпанных ботинках, и им, на сцене.
Романов не нахмурился. Не смутился. Он… заинтересовался. Его брови слегка поползли вверх, а в уголках губ заплясали весёлые искорки, как будто он наконец-то увидел в этой пресной луже настоящую рыбу. Хищную.
– «Современная хроника»… – протянул он, изучая её. – А, Добровольская. Статьи о социальном дне. Читал. Жестко. – Он сделал паузу, давая напряжению в зале достичь пика. – На первый вопрос: гарантия – это я. Все, кто законно проживает на территории «Аркадии», получат не просто компенсацию. Они получат новые дома внутри проекта. На других условиях, конечно. Но лучше. Им будет что терять. Это всегда хороший стимул не мусорить.
Лера едва не фыркнула. «Им будет что терять». Идеальная формула контроля.
– Что касается «Эко-Стандарт плюс»… – Он пожал плечами, и это движение было на удивление простым, человеческим. – Я благодарен за наводку. Не в курсе. Разберусь. Если информация подтвердится, компания будет немедленно отстранена. Мой рай не потерпит халтуры даже в аду. – Он снова посмотрел прямо на неё. Взгляд уже не был отстранённым. Он был прицельным. – У вас острый глаз, Валерия. И, судя по всему, не менее острый язык. Мне такие люди интересны.
В зале пронёсся вздох облегчения, смешанный с завистью. «Олигарх её заметил!» – кричали их лица.
Лера лишь кивнула, делая в блокноте пометку: «Гарантия – это я. Мессианский комплекс? Или просто привык быть богом в своей вселенной?»
Пресс-конференция пошла дальше, но энергия в зале изменилась. Романов отвечал теперь с какой-то едва уловимой искрой, будто игра началась по-настоящему.
Когда всё закончилось, и журналисты ринулись к фуршету, Лера собиралась незаметно исчезнуть. Но к ней подошёл молодой человек в безупречном костюме и с таким же безупречным выражением лица.
– Валерия Добровольская? Меня зовут Артём, я помощник Максима Ильича. Максим Ильич просил передать, что был впечатлён вашими вопросами. И хочет предложить вам более… глубокое погружение в проект «Аркадия».
– Глубокое погружение? – переспросила Лера, пряча блокнот в рюкзак.
– Эксклюзивный доступ. На месяц. Вы будете в курсе всех процессов, увидите всё изнутри. Без купюр. Как вы и хотели.
Она смотрела на него, понимая, что это не предложение. Это первый ход в партии. Романов принял её выстрел и ответил приглашением на своё поле. На свою территорию. Где все правила диктует он.
– «Без купюр»? – скептически повторила она.
– Максим Ильич считает, что правда, какой бы она ни была, – лучший пиар. Особенно если её рассказывает талантливый журналист. – Артём протянул ей белый конверт из плотной бумаги. – Здесь всё: программа, условия, ваш пропуск. Завтра в восемь утра за вами заедет машина. Первый пункт – частный аэродром. Вы летите с Максимом Ильичом на место будущей «Аркадии».
Лера взяла конверт. Он был тяжёлым. Буквально.
– А если я откажусь?
Артём улыбнулся профессиональной, ничего не значащей улыбкой.
– Максим Ильич не сомневается, что вы не откажетесь. Вы же журналист. Ищете правду. Вот ваш шанс увидеть её в самом эпицентре.
Он кивнул и растворился в толпе.
Лера стояла одна в шумящем зале, сжимая в руке конверт. Она чувствовала себя так, будто только что подписала контракт с дьяволом. Но дьявол, что самое противное, оказался чертовски умным, обаятельным и… живым. Именно тем, кем он смотрел с той фотографии.
Она вышла на улицу. Вечерний воздух был прохладен и пах дождём. Она достала телефон и набрала номер Игоря.
– Ну? – тут же снял трубку босс. – Как прошло? Сделала сенсацию?
– Он пригласил меня. На месяц. Полный доступ, – монотонно произнесла Лера, глядя на поток машин.
На том конце провода воцарилась торжественная тишина, а затем Игорь выдохнул: «Блин… Я же говорил! Он клюнул! Ты звезда, Лера!»
– Он не клюнул, Игорь, – тихо сказала она. – Он просто открыл дверь в свою клетку и предложил зайти добровольно. Чтобы посмотреть, что будет.
– Какая разница? Это твой шанс! Ты въезжаешь в самое сердце системы! Пиши всё! Каждый его вздох! Каждую пачку сигарет, которую он курит, когда никто не видит!
Лера не ответила. Она отключилась и опустила телефон.
Разница была. Колоссальная. Раньше она наблюдала за богами издалека, через прицел своих статей. Теперь она должна была жить среди них. Дышать одним воздухом. И самое страшное – понимать, что боги, оказывается, могут уставать. Скучать. И смотреть на тебя с таким интересом, от которого холодеет спина и предательски учащается пульс.
«Завтра в восемь утра, – подумала она, разминая в руках злополучный конверт. – Частный аэродром. Ну что ж, Романов. Поглядим на ваш рай с близкого расстояния. Посмотрим, выдержит ли он мой кислотный взгляд».
И где-то в глубине, под слоями цинизма и гнева, шевельнулся крошечный, непрошенный червячок любопытства. Каков он на самом деле, человек, который может купить всё, кроме, пожалуй, одного – человека, который его не боится?
Она поймала себя на этой мысли и злостно усмехнулась самой себе. Вот с этого всё и начинается. С банального любопытства к дракону. А заканчивается, как правило, в его пасти.
Но было уже поздно retreat. Дверь захлопнулась. Игра началась.
Глава 3.
Правила игры без правил
Чёрный Mercedes с тонировкой «под ночь» приехал ровно в восемь. Не в семь пятьдесят девять, не в восемь ноль одну. Ровно в восемь. Пунктуальность как демонстрация абсолютного контроля над временем и пространством. Леру это раздражало ещё до того, как она села в салон, пахнувший кожей и чем-то холодным, почти медицинским.
Водитель – не Артём, а суровый мужчина с бычьей шеей и взглядом сканирующего устройства – молча кивнул и повёз её через пробуждающийся город к окраинам. Лера смотрела в окно, пытаясь удержать в голове образы своего мира: заспанные лица в метро, очереди в забегаловках за дешёвым кофе, серое небо над панельными кварталами. Скоро всё это сменится на… что? Она не знала, и эта неизвестность скребла нервы.
Аэродром оказался не гламурным терминалом для миллиардеров, а утилитарным ангаром где-то в промзоне. Но возле ангара стоял он – не самолёт, а какое-то серебристое стрекозиное чудо с плавными линиями. «Gulfstream», – мелькнуло в голове у Леры. Она специально не гуглила модели, чтобы не погружаться в этот мир раньше времени, но даже она знала эту марку.
Романов стоял, прислонившись к трапу, в тёмных джинсах, чёрной футболке и простой кожаной куртке. Он разговаривал с пилотом, жестикулируя, и смеялся – не светским смешком, а по-настоящему, от души. Увидев машину, он махнул пилоту и пошёл навстречу.
– Валерия. Правда, приехала, – сказал он, когда она вышла из машины. Его голос звучал с оттенком лёгкого удивления, будто он на самом деле допускал, что она может не появиться.
– Вы же не сомневались, – парировала Лера, перекинув рюкзак через плечо.
– Сомневался. Вы из тех, кто любит жесты. Могли отказаться на принципе. – Он оценивающе оглядел её: тот же пиджак, те же ботинки. – Я рад, что вы не отказались. Заходите.
Внутри самолёт был… не таким, как она ожидала. Никакого позолоченного китча, барокко или хрустальных люстр. Всё было выдержано в стиле хай-тек: натуральная кожа, матовые металлические поверхности, приглушённый свет. Пространство было просторным, но не пустым. На столе лежали развёрнутые чертежи, ноутбук с графиками, бумажный экземпляр «Братьев Карамазовых» с потрёпанной обложкой и закладкой где-то в середине.
– Присаживайтесь где хотите, – сказал Романов, скидывая куртку на кресло. – Кофе? Или сразу по делу?
– Кофе, пожалуйста. Чёрный. – Лера выбрала кресло у иллюминатора, напротив стола с чертежами.
Романов что-то сказал стюардессе, невидимой в передней части салона, и опустился в кресло напротив, откинувшись. Он смотрел на неё так открыто, изучающе, что это граничило с бесцеремонностью.
– Вы вчера задали хорошие вопросы, – начал он. – Некорректные, местами грубые, но в сути – правильные. Мне стало интересно.
– Рада, что хоть что-то может вас заинтересовать, помимо миллиардных проектов, – не удержалась Лера.
Он усмехнулся.
– Видите ли, миллиардные проекты – они как сложные шахматные партии. Интересно первые десять ходов. Потом всё становится предсказуемо. А люди… люди всегда непредсказуемы. Вы, например.
Стюардесса принесла два дымящихся стакана с кофе в стильных керамических чашках. Аромат был божественным.