Элеонора Бостан – Инстинкт Убийцы. Книга 3. Остров Черной вдовы (страница 18)

Она медленно повернулась и посмотрела Фатиме прямо в глаза.

– Обычно мы не сталкиваемся здесь. Что-то, может, природа, разводит нас, потому что источник тут только один и черпать из него можно только в одиночестве. Но раз уж ты здесь, и я здесь – значит, такова воля судьбы.

Фатима спокойно смотрела на нее, не отводя глаз, собственно, ей и не хотелось, взгляд незнакомки не был тяжелым или смущающим. И то, что она сказала, разве не о том же 5 минут назад думала сама Фатима? Нет, теперь ей точно не хотелось уходить, и она уже почти не жалела, что ее одиночество так и осталось в планах. И она тоже верит в судьбу, подумала Фатима, с интересом разглядывая женщину, но та снова отвернулась, как будто сказала уже всё, что хотела сказать. Только вот Фатима так не думала, чувствовала, что самое интересное еще впереди. Она огляделась в поисках камня, чтобы сесть, раз уж ее любимое место было занято, и через несколько секунд уже сидела рядом с женщиной, так же обхватив себя руками, потому что ревущий ветер был просто ледяным.

Какое-то время они сидели молча, смотрели на облака и водную гладь. Фатима не чувствовала дискомфорта, и это ее сильно удивляло, всё же незнакомый человек в таком месте… но спустя пару минут прошло и удивление, остался только комфорт. И всё было замечательно, если бы не этот ледяной ветер, он врезался в Фатиму, как будто старался выбить и унести из нее всё тепло, а может, и саму жизнь. Надо было одеться потеплее, подумала она, сжимаясь на валуне и тщетно пытаясь сохранить тепло. Стараясь, чтобы это не было заметно, она бросала косые взгляды на теплый длинный жакет незнакомки и даже немного завидовала. Вот что значит местный житель, подумала она, знает все тонкости, а я типичный пример приезжей недальновидности. В этот момент она совершенно забыла про термос с горячим чаем и булочки, это помогло бы согреться. Женщина в жакете не шевелилась, но каким-то образом заметила, что Фатима замерзла, а может, просто знала это, она ведь успела рассмотреть девушку и сравнить ее легкую кофточку со своим толстым жакетом.

– Тут холодно, – сказала она, всё так же не сводя задумчивых глаз с горизонта.

– Это точно, – прошипела Фатима, растирая себя руками, но теплее не становилось, – надо было надеть что-то потеплее, но я не местная, как вы, наверное, уже и сами поняли.

– Здесь высоко и ветер усиливается. – Сказала женщина, по-прежнему не глядя на Фатиму, – мне тоже холодно, как и тебе. Но позволь спросить: холод ощущает твое тело или душа? Твоему сердцу холодно?

Что за странный вопрос, подумала Фатима, но в глубине души понимала, что ничего странного в нем не было, разве она не ждала чего-то подобного, разве не хотела такой беседы? Пока она обдумывала ответ, женщина ответила за нее:

– Твое тело мерзнет сейчас, всё так, но твое сердце пылает, – она слегка улыбнулась, и улыбка у нее была доброй и скромной, – оно горячее, твое сердце, и даже здесь я чувствую этот жар. Люди с холодными сердцами не приходят сюда, им нечего подпитывать.

Пожалуй, она права, подумала Фатима и снова ощутила какое-то головокружение, но оно не было неприятным. И уж точно эта незнакомка не напрягала ее, Фатима уже не хотела, чтобы она уходила, что-то в груди снова завибрировало. Нежно и тихо, но эту вибрацию она уже знала и научилась верить ей. Что-то важное ждет меня, поняла она, и я не должна это пропустить.

– Вы такая странная, – сказала Фатима, и эта фраза не прозвучала как грубость, в установившейся атмосфере комфорта она была искренней и не более.

– Странная, – повторила женщина и снова улыбнулась, на этот раз шире, и повернулась к Фатиме, – скажем так: не больше, чем ты. Да, не больше. И скажу еще кое-что: не вижу в этом ничего плохого.

Договорив, она снова отвернулась и задумчиво уставилась на море. Несколько минут они сидели молча, обе смотрели на открывающийся со скалы вид. Фатима хотела заговорить, но не знала, что сказать, и это было так необычно. Я должна ждать, подумала она, слушать и ждать – два самых главных таланта, доступных только мудрецам. «И даже самые мудрейшие лишь слушают и ждут, потому что право Говорить и Решать принадлежит лишь Богу», – так говорил давным-давно один необычный человек, научивший Фатиму почти всему, что она сейчас знала. Многие знания были как бомбы с таймером, сквозь года она пронесла их с собой, и они взрывались, когда приходило их время, пополняя ее мудрость и ее знания о себе и о мире.

– Ты вся дрожишь, – наконец нарушила молчание женщина, – но не бойся этого холода.

Она вновь пристально посмотрела на Фатиму, ее горящие глаза как будто прожигали ее насквозь, выведывая все тайны ее души.

– Это холодный мир, – сказала незнакомка, и Фатима, затаив дыхание, внимала каждому слову. – Таким уж его создал Господь. Но если холод добирается до сердца – человек умирает. Не обязательно физически, хотя бывает и так.

Она смотрела прямо на Фатиму, и ее черные глаза сверкнули.

– Запомни хорошенько то, что я сейчас скажу: найди человека, рядом с которым тебе тепло, это единственное средство, единственный способ согреться. А значит, единственный способ не умереть. И я сейчас не про физическую смерть говорю, потому что гораздо страшнее смерть души, смерть сердца.

Она оценивающе окинула взглядом Фатиму и добавила:

– Но тебе, я уверена, не нужно ничего разжевывать. Раз ты здесь – значит, должна быть здесь и услышать то, что услышишь.

– Вы говорите про любовь? – спросила Фатима, разговор и эта женщина всё больше увлекали ее. Она – как колдунья из сказки, подумала Фатима, но злая или добрая? А может, и то, и другое, потому что в реальном мире добро и зло уже давно срослись головами, как сиамские близнецы.

– Любовь. – Она снова отвернулась к горизонту, – любовь не всегда дает это тепло, как и дружба. Любовь бывает такой холодной, даже взаимная любовь. И тогда надо бежать, потому что такая любовь погубит. Знаешь, она такая разная, такая сложная…

Она покачала головой, показывая, что ей не дано проникнуть во все эти сложности и постичь их.

– Этот мир вообще гораздо сложнее, чем кажется. Но одно я знаю точно: найди свой источник тепла и никогда не покидай.

На этот раз Фатима задумчиво отвернулась и уставилась на море. Она понимала каждое сказанное слово, понимала не только умом, но и сердцем, и понимание это причиняло боль. Да, ей было холодно, все эти годы она мерзла, лишенная единственного источника тепла. У нее было горячее сердце, поэтому она выжила, но да, она всё еще не могла согреться, и всё еще помнила, как это приятно, согреваться теплом чьей-то любви, теплом сердца.

Некоторое время они сидели молча, каждая была погружена в свои мысли, а потом Фатима спросила:

– А вы? – она просто не могла не спросить. Эта женщина, казалось, знает очень и очень многое, а Фатиме очень нужен был проводник, потому что по таинственным землям Сердечных Дел, она еще не ходила. – Вы нашли свой источник?

Она не ответила сразу, улыбнулась теплой и нежной улыбкой, это и был ответ, но женщина добавила:

– Нашла и потеряла. Мне очень повезло, потому что сердце у этого человека было такое горячее, такое пылающее, что его тепло греет меня до сих пор, хотя он давно покинул меня.

Они снова помолчали.

– Это жакет моего мужа, – нарушила тишину незнакомка, – я всегда надеваю его, когда иду сюда. Скорее всего это мои грезы, но эта вещь до сих пор хранит его запах, а может, его хранит моя память, а это волшебное место просто делает чудо для меня.

– А почему он покинул вас? – спросила Фатима, ей было комфортно с этой женщиной, она чувствовала, что может спрашивать всё, не переходя грань – эту грань она тоже чувствовала. – Он умер, так?

– Да, уже 7 лет как умер. – Она всё так же задумчиво наблюдала, как ветер гонит темные облака над водой. – Вечный вопрос: что лучше, любить и потерять или не любить совсем? Только трусы выберут втрое, трусы и мертвецы. Живое сердце хочет любить и готово платить за это. Всё в этом мире кончается, но то, что было настоящим, продолжится там, где бесконечность и свет. Он говорил так, и каждое слово – истина для меня.

– Кем он был? – спросила Фатима, завороженная ее словами, они повторялись в ее голове, и она подозревала, что теперь никогда не забудет их.

Женщина снова улыбнулась и хмыкнула:

– Мой муж был человеком, которому и целого мира мало, – она посмотрела на Фатиму, и та увидела гордость в ее глазах. И любовь. – И в то же время, достаточно горсти песка, капли воды, одного солнечного лучика.

Незнакомка предостерегающе подняла палец:

– И не спрашивай, я не буду объяснять. Ты либо понимаешь, либо нет.

Фатима и не собиралась спрашивать, итак всё прекрасно понимала.

Налетел очередной ледяной порыв, и Фатима снова обхватила себя руками, чтобы удержать хоть немного тепла, а вот женщину, сидящую рядом, ветер, похоже, не беспокоил. Она как будто и не замечала его, только периодически куталась в толстый жакет, но это скорее для того, чтобы ощутить запах любимого человека, поняла теперь Фатима, и какая-то тоненькая серебряная игла кольнула ей сердце. Любовь – это слабость, так она привыкла считать, но эта женщина не выглядела слабой, совсем нет, она выглядела сильной и непоколебимой, как эта скала, как ветер, как бушующий под ними прилив… и всё же она любила. Мне предстоит еще многому учиться, вдруг поняла Фатима, и многое узнавать. Открыв и постигнув одну грань жизни, она вдруг обнаружила, что у жизни их миллионы. Ну, как минимум две она уже узнала.