Элеонора Бостан – Инстинкт Убийцы. Книга 3. Остров Черной вдовы (страница 19)

– О, я знаю, как согреться, – совершенно неожиданно она вспомнила про свой термос с чаем и булочки. Вот что значит – нужный момент, подумала она, радуясь, что захватила с собой легкий обед и – невероятно – радуясь тому, что разделит его с этой дамой.

Стараясь не обращать внимания на холодные объятия ветра, Фатима сняла с плеча сумку и начала доставать содержимое. Незнакомка повернулась и с легкой улыбкой наблюдала за ее действиями.

– Вот, – Фатима налила в кружку-крышку чай и протянула женщине, – надеюсь, вы не откажете мне и разделите со мной не только время и место.

– Спасибо, – женщина чуть наклонилась за кружкой, и это напоминало легкий поклон, – мне будет очень приятно это сделать, действительно. И ты можешь смело пить из самого термоса, больше одной кружки я всё равно не выпью, а брезгливость, по моему мнению, говорит о человеке скорее хорошо, нежели плохо.

– И я так думаю, – согласилась Фатима, восхищаясь тем, как просто и изящно эта дама вышла из щекотливой ситуации.

Булочек, в отличие от кружек, было две, так что никакой неловкости больше не возникло. На скале опять воцарилась тишина, нарушаемая лишь ревущими волнами и свистящим ветром. Обе молчали и смотрели на море, Фатима наслаждалась каждой минутой, горячий чай действительно согревал, булочка была свежей и вкусной, а вид пред глазами – просто фантастический. Ветер разрывал облака, создавая причудливые фигуры своей невидимой сильной рукой, некоторые напоминали узоры, некоторые были похожи на фигуры зверей, а один раз Фатима даже увидела букву, совершенно точную и отчетливую букву М. Что бы это могло значить, думала она, ощущая, как приятное тепло, попадая внутрь, растекается по телу, и значит ли это вообще что-нибудь?

– Видишь букву? – неожиданно спросила женщина, как будто прочитала ее мысли.

– Да, – ответила Фатима, не сводя глаз с облака.

– О чем-нибудь тебе она говорит?

– Нет, а должна?

– Только не говори, что не веришь в знаки, – усмехнулась дама, тоже глядя на облако, не желающее растворяться, – я просто не поверю. А обман меня оскорбит.

– А может, это не мой знак, – возразила Фатима, она не привыкла, чтобы ее видели насквозь, поэтому чисто инстинктивно запротестовала, но не стала отрицать. Невидимую грань она по-прежнему чувствовала очень хорошо.

– Твой. – И никаких сомнений в голосе, – я это чувствую. Знаю.

– Почему? – не унималась Фатима, теперь она повернулась и в упор смотрела на женщину, – почему вы так уверены?

– Потому что мы здесь ради тебя, – и тут она снова предостерегающе подняла палец, но не повернулась, – и не вздумай спрашивать, объяснять я не буду. Просто знаю и всё.

Они снова замолчали. Буква еще несколько минут упорно держалась в небе, а потом поддалась ветру и растаяла, став очередным размытым пятном. У Фатимы голова шла кругом, но вместе с тем она чувствовала какую-то ясность, какую-то предопределенность, но не обреченность, это чувство было другим. Приятным.

– Когда делишь с кем-то что-то свое, это сближает, – сказала вдруг женщина, – будь то чай, хлеб, время или место, или жизнь. Ведь все эти мелочи, в конце концов, и есть составляющие жизни, так что протягивая человеку кусочек, отломанный от своего, ты протягиваешь ему свою жизнь, говоришь: вот, возьми, Я удостаиваю тебя такой чести и делю с тобой самое ценное – мою жизнь.

Фатима слушала, глядя на облака, может, искала там новый, более понятный знак, но она чувствовала это, то, о чем говорила незнакомка – разделив трапезу, они стали как будто ближе.

– Спасибо тебе за такую честь, – сказала дама, возвращая Фатиме кружку, – за добро надо платить добром. Никогда не бери больше, чем отдаешь – таково правило.

Фатима молча приняла кружку, кивнув и улыбнувшись, не хотела перебивать.

– И раз уж мы стали немного ближе, значит, Судьба того хотела, поэтому, скажу как есть. Я ждала тебя, еще не зная, что это ты и как ты выглядишь. Просто не хотела уходить, чувствовала, что нужна тому, кто придет ко мне, так распорядилась Судьба, а у этой дамы стальной характер и такая же рука.

– Да, она учитывает всё до мелочей, – продолжала женщина, – пылинка никогда не упадет без причины и без ее ведома. Вот что такое Судьба или Бог. Это уже как кому больше нравится.

Фатима, завороженная, смотрела на нее, ощущая себя ребенком, к которому вдруг пришла фея-крестная и буднично заговорила о чудесах.

– Видишь ли, у меня есть дар, – сказала дама, глядя Фатиме прямо в глаза, – и Судьба утверждает, что он тебе нужен. Здесь и сейчас.

Она развернулась к Фатиме:

– И я делаю это с чистым сердцем и от души, и в этом тоже Судьба, потому что иначе мой дар не работает, иначе он бесполезен.

Фатима молча смотрела на эту странную женщину, она всё больше казалась ей призраком, колдуньей, пришедшей из сказочных миров. Ее ждало волшебство этой женщины, она хотела подарить его Фатиме, и разве могла она отказаться? «Судьба утверждает, что он нужен тебе». Ее дар, ее магия. Судьба свела их, а она ничего не делает напрасно. И даже если бы у меня был шанс уйти, я бы осталась, поняла Фатима, и если бы она сама не предложила, возможно, я бы попросила ее использовать свою магию для меня. В логичном и скучном мире так мало необъяснимого. Да, все эти чудеса показывают по телевизору, пишут в газетах, но почему-то случаются они всегда где-то и с кем-то, но не рядом и не с тобой. А каждому из нас нужно чудо, подумала Фатима, хотя бы одно за жизнь.

– Но прежде, чем начать, – произнесла дама, сверкая своими черными глазами, – я должна спросить: принимаешь ли ты меня и мои мысли? Веришь ли ты мне? Потому что нельзя дать человеку то, что он не принимает.

– Я не знаю, о чем вы говорите, – честно ответила Фатима, – но я верю.

И в эту секунду она действительно верила во всё.

Женщина кивнула, ее лицо снова осветила легкая безмятежная улыбка, Фатима не сводила с нее широко раскрытых блестящих от предвкушения глаз.

– Да будет так, – сказала дама, – во всем воля Судьбы. Воля Бога.

Она сидела, спрятав руки под жакетом, а теперь достала их, и Фатима увидела колоду карт, зажатую в одной руке. Она появилась, как кролик из шляпы фокусника, где она прятала ее раньше? А может, она всё время держала карты в руке. Но это были необычные карты, они были больше и, хотя Фатима могла видеть только «рубашки», она не сомневалась, что на обратной стороне совсем не тузы и короли с дамами.

– Судьба, – усмехнулась незнакомка, – она всё знает наперед и гораздо лучше нас.

Она приподняла руку с колодой:

– Я ведь не таскаю их с собой 24 часа в сутки, – сказала она, – и сюда я не всегда их беру. Только иногда, когда чувствую, что им надо «зарядиться». Это место, оно ведь волшебное, вот я и беру карты сюда, и они «заряжаются» энергией, делающей предсказания возможными.

Она взяла колоду двумя ладонями, не сводя с Фатимы глаз.

– В другой день, ты, может, и застала бы меня здесь, но без них. А может, без них ты меня и не увидела бы, потому что иначе наша встреча не имела бы смысла, а я уже говорила, Судьба бессмыслицы не терпит.

– Так вы гадаете? – спросила Фатима, испытывая смешанные чувства, – а себе?

– Никогда. – Дама твердо покачала головой, – разве может хирург, даже самый блестящий, делать себе операцию?

Она иронично приподняла бровь, давая понять, что такое просто невозможно.

– Знаете, – начала Фатима, она решила играть в открытую, быть честной с этой женщиной, она это заслужила. – Я не верю в гадания. Я верю в судьбу.

Ей стало неприятно, она подумала, что незнакомка обидится, а ей так не хотелось ее огорчать. Но женщина совершенно не изменилась в лице, а когда заговорила, чувствовалось, что она привыкла к такой реакции. И что знает она гораздо больше Фатимы.

– Да, Судьба. – Она посмотрела в глаза Фатиме, и взгляд ее был спокойным и мудрым. – Когда она говорит, все мы замолкаем. Нельзя изменить дорогу, но можно ее осветить. Чтоб не набить слишком уж много шишек.

Дама продолжала смотреть на Фатиму, а она задумалась. Разве она сама не противоречит себе? Она сказала, что верит женщине, а теперь вдруг заявляет, что не верит в гадания, не верит в ее волшебство. Но самое главное – она ведь только что сама сказала, что верит в Судьбу, а значит, всё, что происходит, происходит по ЕЕ воле.

Незнакомка терпеливо ждала, пока Фатима примет решение, на ее красивом лице невозможно было прочитать ничего.

– Я жду твоего решения, – спокойно произнесла женщина, когда поняла, что короткая битва в душе ее спутницы закончилась, – нельзя дать человеку то, что он не принимает.

– И не думай, ты не обидишь меня, – добавила дама, как будто прочитав ее мысли, – то, что я делаю, я делаю от чистого сердца, по-другому нельзя. И Судьба или Бог, всегда знают всё лучше и знают наперед, тогда как мы, люди, слепо тыкаемся в стену, почему-то решив, что там есть дверь. Многое из того, что кажется понятным – туманно, и наоборот, то, что непонятно сейчас, становится таким простым и ясным со временем.

Она усмехнулась.

– Когда поймешь эти простые истины, уже никогда и ни на что не реагируешь так остро.

Налетел очередной порыв, ударил ледяной рукой, забирая те крохи тепла, которые помог сохранить чай. Фатима повернула голову, взглянула на море, на темное тревожное небо над ним, и внезапно приняла решение. Твердое и осознанное, никакого транса или тумана в голове, она точно знала, чего хотела.