Элеонора Бостан – Дар (страница 83)

– Антон? – Рита сама не знала, зачем говорит это, просто ее разум пытался принять и смириться с тем, что было уже известно сердцу. И она просто чувствовала потребность хоть что-то сказать, молчание убивало. – Антон, Господи!

Они, наконец, приблизились к нему настолько, что могли видеть капли, стекающие по мертвенно бледному лицу и ярко рыжие пряди, которыми играл ветер – это единственное, что шевелилось, вопреки их тайным и робким надеждам, грудь лежащего человека оставалась неподвижной. Как и сердце в ней. А где теперь твоя душа, мой друг, подумала вдруг Аннета, видишь ли ты нас сейчас? Страшно ли тебе или легко?

– Он… он… Боже! – Рита села в траве рядом с Антоном, прикрыв рот рукой, и горько заплакала. Они знали, что их ждет, но теория и практика как две параллельные линии, которые идут рядом, но никогда не пресекаются.

Аннете тоже было страшно, инстинктивный древний страх пред мертвыми давил в груди черным комом. Но она тоже села рядом, с нежностью и грустью вглядываясь в знакомое лицо. Он ничуть не изменился, казалось, что он просто спит, глаза были закрыты, а из-за ветра казалось, что ресницы чуть подрагивают во сне. И он выглядел таким умиротворенным, да, болезненно худым и бледным, но на лице был покой.

Еще одна молния с шипением ударила совсем рядом, на миг погрузив мир в ослепительную белизну, обе девушки вздрогнули и теснее прижались друг к дружке. Прогрохотал гром, и земля снова пошла волнами. Возможно, она сейчас разверзнется и поглотит нас вместе с монетой, подумала Аннета, но почему-то эта мысль не вызвала вообще никаких эмоций. Не думая, она протянула руку и взяла ладонь Антона. Она была холодной, не такой, как рука замерзшего человека, это был могильный холод смерти.

– Прощай, мой друг, – слезы потекли сами, мешая видеть, но она итак уже видела достаточно, так что это было благом. – Прости, что не спасли тебя. Прости, что не понимали. Теперь мне все ясно. Спасибо тебе за это и за всё, что ты сделал для нас. Это больше, чем ты думаешь.

Она наклонилась и поцеловала его в лоб, нежно обвив лицо руками и разглядывая его в последний раз. Она знала, что это и есть прощание, а все остальное, если и будет – будет формальностью.

– Лети к ангелам, светлая душа, – прошептала она, рядам плакала Рита, сотрясаясь от горечи слез. – Мы будем тебя помнить. И любить.

– Мы здесь, мы с тобой, – прошептала Рита, проводя рукой по огненным волосам, в этой тьме они были единственным ярким пятном. Совсем как их обладатель, подумала Рита, и слезы потекли еще сильнее. – Мы сделаем все, как ты хотел. Спасибо за твой свет, что ты дарил нам. Спасибо за тепло. Твое сердце согревало нас. Твое храброе сердце.

Она пыталась справиться с собой, но задыхалась от душивших ее рыданий, Аннета молча погладила ее по руке, это помогло собраться.

– Покойся с миром, мой любимый друг, – Рита тоже наклонилась и нежно поцеловала его в лоб, – пусть тебе будет хорошо, легко и свободно там, где ты сейчас.

Еще минут они смотрели на Антона, прощаясь, стараясь запомнить каждую черточку его лица, потом переглянулись, заплаканные, но тоже умиротворенные. Они выполнили обещание. Они отдали ему последний долг. Однако, у них, возможно, оставалось еще одно дело.

– Мы должны проверить! – крикнула Аннета почти в самое ухо подруги, и то, ветер почти унес ее слова, – нельзя, чтобы он умер напрасно!

Рита все поняла, кивнула и указала взглядом на сумку, лежащую в траве с другой стороны тела.

– Я посмотрю там! – прокричала она в ответ и замялась, но через секунду продолжила. Теперь уже было не до секретов или стеснения. – Не могу… пожалуйста, сделай это ты!

Уточнять не требовалось. Аннета коротко кивнула, но, когда Рита попыталась двинуться к сумке, удержала ее за руку. Та повернулась, вопросительно глядя на подругу.

– Обещай мне кое-что! – сквозь вой ветра прокричала Аннета, глядя прямо в глаза, – Поклянись здесь на этом месте рядом с Антоном, что если найдешь ее в сумке, не выбросишь сразу. Мы сделаем это вдвоем. Я тоже коснусь ее.

Понимание и ужас блеснули в глазах, на мгновение Рита стала еще белее, если это вообще было возможно. Но взгляд Аннеты был твердым, как и ее хватка.

– Клянись! – повторила она. – Через что пройдешь ты, через то же пройду я! Я не останусь без тебя. Я тебя не брошу!

Секунду они смотрели друг другу в глаза, а ветер трепал мокрые волосы и одежду, ливень накрывал их пеленой, а молнии били то справа, то слева, но они не замечали ничего вокруг. Не было ничего, кроме бессловесного диалога двух душ. А потом Рита кивнула.

– Клянусь! – крикнула она. – Но только, если и ты поклянешься!

– Я клянусь! – прокричала Аннета, отпуская руку подруги, и молния блеснула в ее глазах.

Они разделились – Рита так же на четвереньках поползла к сумке, Аннета, глубоко вздохнув – все же, шарить по карманам мертвых людей ей еще не доводилось – протянула руку и начла с ближнего ей кармана куртки.

– Прости, – прошептала она, и ливень с ветром тотчас растворили ее слова, – ты знаешь, для чего я это делаю, ты бы и сам так поступил. Ты не сдался, и мы не допустим, чтобы ты умер зря.

– Здесь ее нет! – сквозь рев стихии прокричала Рита. Она повернулась к подруге и перевернула сумку вверх ногами, демонстрируя, что монеты там нет. Ключи, платок, солнечные очки, наполовину пустая бутылка воды и баночка с таблетками – вот и все, что ей удалось найти.

Собрав волю в кулак, Аннета продолжила поиски, проверяя карманы брюк и нагрудный карман куртки. По мере того, как она продвигалась, радость и какое-то сумасшедшее чувство триумфа захватывало ее. Монеты нигде не было, а это могло значить только одно – он успел, он сделал то, что планировал, он совершил невероятный поступок. И возможно, эта буря была как раз гневом тех сил, что потерпели такое неожиданное поражение.

– Ее нет! – радостно закричала Аннета, а потом задрала голову к черному небу, подставила лицо дождю и начла смеяться. Она понимала, что это истеричный и напряженный смех, выход пережитых эмоций, но черт возьми – а возможно именно черт и взял свое сокровище назад, подумала она, представляя, как монета падает в озеро без дна, в черную вечную тьму – она никогда не испытывала такого облегчения и такой уверенности, что теперь все будет хорошо, что уже ничего не страшно. – Рита, ее нет!!

Рита уже подползла обратно к подруге, смеясь и плача, они обнялись над мертвым телом, ощущая неописуемый и ни с чем несравнимый вкус победы.

– Ты сделал это, – прошептала Аннета, глядя на Антона. – Ты – настоящий герой.

– Посмотри, что я нашла в его сумке, – прокричала Рита и подняла пузырек с таблетками.

– Ну да, – кивнула Аннета, вид этого пузырька немного омрачал радость. От него веяло обреченностью. – Он ведь…

И тут до нее дошло. Она протянула руку и взяла пузырек.

– Он не успел, – прошептала она, ни к кому не обращаясь, проводя пальцами по гладкой пластиковой пленке, – Он запечатан!

– Он запечатан! – повторила она, но уже повышая голос, – Значит…

– Да! – Рита снова улыбалась, хотя в лазах еще блестели слезы. Прямо позади нее ударила молния. – Он не убил себя!

Раскат грома над головой вызвал очередное волнение земли, но на этот раз оно не прошло. Поверхность пошла волнами и начала трястись и вибрировать. Девушки в ужасе вскрикнули, но их голоса потонули в новом звуке – откуда-то, с неба или с земли, определить было невозможно, пошел гул. Низкий и жуткий, он походил на предсмертный вой самой планеты. Рита и Аннета вцепились друг в друга, крича от ужаса и дико озираясь по сторонам, и вдруг увидели.

На холме, там, где стояла лавочка, молния превратилась в столб света. Шипя и извиваясь, он вдруг двинулся вниз, к озеру, выжигая все на своем пути. И этот электрический канат, соединяющий небо и землю, был живым, он двигался не прямо, аккуратно обошел лавочку, зацепив самый ее край – и камень там испарился, просто исчез, как будто кто-то отрезал его лезвием и унес с собой – он шел прямо на них, сомнений в этом не было ни у одной. Земля под ногами напоминала палубу корабля, попавшего в страшный шторм, гром иногда слабо прорывался сквозь этот жуткий гул. И вот тогда девушки поняли, что больше не владеют собой. Паника накрыла с головой обеих, не осталось ничего, кроме парализующего ужаса и животного желания жить.

– Бежим, Рита! – Аннета сама не слышала своих слов, но сумела преодолеть оцепенение. Вскочила на ноги и дернула за руку Риту, застывшую с выпученными от ужаса глазами. – Он доберется до нас! Вставай же, черт возьми!

Еще миг Рита как зачарованная смотрела на неумолимо приближающийся раскаленный добела гигантский зигзаг. А в голове билась мысль: нам не убежать, это конец, он погонится за ними. И если это произойдет, я лишусь рассудка.

– Вставай же! Сейчас же встань! – сердце просто выскакивало их груди, ужас, какого она никогда не испытывала в жизни, душил и одновременно накачивал тело какой-то дикой энергией. Энергией, чтобы бороться за жизнь.

Молния-столб приближалась, шипение и запах сгоревшей травы ударили в нос. Аннета поняла, что это их последний шанс, что счет пошел на секунды, наклонилась, схватила подругу под мышки и, что было силы, рванула вверх. А когда обе оказались на ногах, потащила ее за собой. Сделав пару неуверенных шагов по идущей волнами земле, Рита вдруг очнулась, пронзительно закричала и рванула вперед, не выпуская из руки руку Аннеты.