Элеонора Бостан – Дар (страница 79)

Антон боялся смотреть на часы, теперь, когда он полностью отошел ото сна, понимание того, что он сильно выбился из графика пугало. Вся его миссия оказалась под угрозой из-за того, что он так неожиданно провалился в сон. Ну как он сможет отправиться в мир иной, если здесь вдруг нарисуются Рита и Аннета? А ведь они наверняка уже мчатся сюда.

– А я не останусь, – твердо прошептал Антон, – с меня хватит. Пора на покой.

Сделав глубокий вдох, он зашагал к озеру, подгоняемый не только страхом, но и приятным возбуждением – после стольких лет ему очень хотелось взглянуть на это чудо природы. Тот незнакомец был прав: это озеро – чудо, и не только потому, что у него нет дна. Я выбрал правильное место, понял вдруг Антон, и этот сон – тому подтверждение. Здесь все должно закончиться и для меня и для проклятой монеты. Здесь было доброе место, и он очень надеялся, что этой доброты хватит для того, чтобы хоть на время запереть древнее зло монеты.

От лесополосы было совсем недалеко, но он стал задыхаться, уже пройдя десяток шагов, как будто последние силы вытекли из него и ушли в землю, пока он спал. Антон до последнего не хотел ползти, как пьяный клерк после корпоратива, он хотел прийти к озеру на двух ногах, гордо, как и подобает человеку, прийти несломленным… но озеро лежало в чаше между холмов, и чтобы подойти к нему, надо было преодолеть совсем пологий подъем, почти незаметный для здорового человека. Этот подъем и поставил точку в битве Антона и болезни. Сердце выскакивало из груди, он стал сильно замедляться и нервничал из-за этого, а стресс лишь усугублял его стояние. В глазах в очередной раз потемнело, а потом из носа ударил фонтан крови, совсем как в тот день, когда он оправдывался перед шефом, а монета уже начала разъедать его. Как будто совсем в другой жизни, сотни лет назад.

Антон тяжело опустился на колени, зажимая нос рукой, скорее инстинктивно – истечь кровью или наглотаться таблеток – разница невелика, но так он хоть умрет от естественных причин, и не станет самоубийцей. Он знал, что такого подарка судьба ему не сделает, нет, только не после того, как он получил дьявольский дар – монету. Больше всего он боялся, что откажет и второй глаз, и тогда он останется в темноте, вынужденный ползти на ощупь, как крот, выброшенный из норы. Но он твердо решил, что поползет, доберется до озера и сделает то, что должен… а остальное можно закончить и без зрения. На всякий случай, он посмотрел в сторону озера, запоминая направление, а потом, не отпуская руку от носа, медленно пополз вперед – время стало слишком дорогим, чтобы позволить себе потерять хоть секунду.

Капли начал падать чаще, ветер усиливался, неся запахи трав с холмов, над головой прогремел первый раскат грома, еще не совсем здесь, но грозовой фронт летел прямо на Антона. Достойное оформление финала подумал он, его начала бить дрожь, сумка волочилась за ним, как дохлый щенок на привязи, если польет, так хоть умоюсь, не придется девушкам смотреть на мое залитое кровью лицо. Тяжело и медленно поднимаясь на холм, Антон начал задыхаться и кашлять, и тут его ждал новый сюрприз – изо рта вылетали ярко-красные брызги. Неужели конец, подумал он почти с радостью, неужели время пришло? Надо успеть, пришла тут же мысль, надо поторопиться, бросить все силы на этот последний рывок.

Спустя, казалось, вечность – хотя умом он понимал, что это не так, – он оказался на вершине чаши и… Картина была прекрасной, ничего прекраснее он в жизни не видел! Под черным небом среди ярко зеленого бархата, как в ложе покоилась черная жемчужина, удерживаемая изящным креплением – новой кованой оградой, идущей по всему периметру озера. Раньше ограждение было простой сеткой, такими заборами огораживали дачи, правда, она была не такой высокой – по пояс взрослому человеку. Теперь же ее заменили на красивую кованую ограду, такой же высоты, но гораздо более подходящей этому месту. Ветер гнал по небу темные облака, трава на холмах шла волнами, но гладь озера оставалась совершенно неподвижной – оно находилось в низине и холмы защищали его. Этот эффект только усиливал ощущение магического и потустороннего, как будто озеро принадлежало другому миру и не подчинялось законам этого. Как раз то, что мне нужно, подумал Антон, понимая, что время не ждет, но не в силах отвести взгляд от завораживающего пейзажа. Мало того, что так давно здесь не был, так он еще никогда не видел это место в пасмурную погоду, а в предгрозовую – тем более. И мало кто видел, подумал он, это зрелище не для всех, это магия, она лишь для избранных. Чудеса не происходят на городских площадях, им нужно уединение.

Ветер трепал одежду, пронизывая насквозь, дождь все усиливался, а гром снова прогрохотал, уже гораздо ближе. Сейчас начнется, понял Антон, заставляя себя оторвать взгляд от озера. Он начал дрожать сильнее, то ли от погоды, то ли от того, что терял кровь – он смотрел сериалы наподобие «Скорой помощи» и понимал, что возможно у него началось внутреннее кровотечение. И если так, то ему, возможно, осталось не больше часа.

Это понимание принесло такую волну облегчения, что на глаза невольно навернулись слезы, он был так благодарен, что все, наконец, закончится. Кому, он не знал и не стал задумываться, он так устал, так много пережил, пора и закончить эту грустную историю. Глубоко, насколько позволял забитый кровью нос, Антон вдохнул свежий порыв ветра и начал свой последний спуск. Путь вниз получился более быстрым, отчасти потому, что в какой-то момент его единственная опорная рука угодила на шаткий камень, и Антон покатился вниз, благо спуск был очень пологим. И хотя больше никаких камней – к счастью – на пути его падения не было, а трава была мягкой, ему казалось, что каждая кость в его теле ломается, а мышцы превращаются в фарш.

– Зато сэкономил время, – прошептал Антон, остановившись уже почти в самой чаше.

Все болело, холод все усиливался, и теперь он понял, что этот холод идет изнутри. Что ж, значит, он внимательно смотрел сериалы. Изо всех сил пытаясь не стонать, Антон медленно сел, не обращая внимания – времени на это больше не было – на темноту в глазах, встал на четвереньки и снова пополз. Здесь он уже чувствовал слабый запах минералов, идущий от озера, неповторимый аромат, почти забытый за все эти годы. Да, во сне я запахов не ощущал, подумал Антон, только… Додумать он не успел, согнулся пополам, и изо рта хлынул поток крови. Нет, только не сейчас, в панике думал Антон, ощущая, как к этому «празднику жизни» примешивается тошнота от омерзительного вкуса крови, еще несколько минут, прошу! Это точно были происки монеты, теперь он в этом не сомневался. Поняв, что он собирается сделать, она тоже поставила на кон все, поднатужилась и ускорила процесс. И теперь он, возможно, умрет прямо здесь, в нескольких шагах от цели, а она останется в кармане, готовая найти нового хозяина.

– Нет, пожалуйста, – одними губами прошептал Антон, поднимая глаза к темному небу, – еще несколько минут. Дай мне закончить. Больше я ведь ничего не прошу.

Конечно, ничего не произошло, кровотечение не прекратилось, свет не воссиял над ним и монета не исчезла. Но, выплюнув порцию крови, он понял, что протянет еще какое-то время. А озеро было всего в паре десятков шагов. Для меня это все равно как путь в Китай пешком, подумал Антон, но снова ощутил нечто вроде душевного подъема.

Ему было так холодно, ветер, казалось, сдирал с него кожу. От крупных частых капель одежда на спине промокла и стала ледяной коркой, но самое печальное – его единственный оставшийся глаз начал сдавать позиции. По краям мир покрылся серой пеленой, и с каждой секундой она становилась все плотнее. Теперь хоть не ошибусь, подумал Антон, продолжая свое медленное, но упорное движение, надо просто ползти прямо, ползти на запах. Отбросив все мысли, он сосредоточился на том, чтобы переставлять руки и ноги, кровь из носа стекала по лицу и капала на траву, но и это больше не имело значения. Финишная прямая подошла к своему финишу. Скоро я брошу это страдающее тело, думал он, еще чуть-чуть и я получу свою награду. Он полз вперед, опустив голову и не позволяя себе тратить силы ни на что, кроме движения. Зря экономил воду, подумал он, но кто же знал? А лучше иметь и не хватиться, чем хватиться, но не иметь, так говорила ему мама.

Спустя какое-то время, он не знал, время тоже больше не имело значения, запах минералов стал настолько сильным, что забивал даже запах дождя и травы, а ветер заметно стих. Антон разрешил себе поднять глаза, и последнее ощущение триумфа заполнило его сердце – он был у озера, он добрался! Прямо перед ним на расстоянии вытянутой руки черная металлическая ограда, такая резная и воздушная, отделяла его от черной глади воды. Не удержавшись, Антон всхлипнул, закашлялся, выплюнул кровь, почувствовал, как слеза вытекает из оставшегося глаза, такая горячая и такая драгоценная – последняя слеза в жизни, полной слез.

Протянув руку, он схватился за холодные переплетения металла, подполз поближе и прижался к ним, уронив голову, никогда в жизни он не чувствовал такого удовлетворения, такого облегчения и такой приятной усталости. Отдохнув несколько мгновений, он с улыбкой начал подниматься, опираясь на ограду и радуясь, что она есть – без нее он был уже не встал на ноги. А то, что он хотел сделать, он хотел сделать со всей гордостью и достоинством, которые смог в себе найти. Встать получилось не с первой попытки, ноги подкашивались, и он чуть не упал – не хватало еще удариться головой о железные прутья, подумал он, – но смог устоять и снова начал подъем.