Элеонора Барон – Невольница. Жгучая страсть правителя (страница 6)

Глава 8

Пришла в себя я уже на берегу, на спине, в позе морской звезды. Кто-то лежал, привалившись ко мне, и чьи-то руки этого кого-то, угадай, спрашивается кого, блуждали по моему телу. Гладили костяшками пальцев. Захватывали грудь большой ладонью. Сжимали. Крутили соски. Обводили их пальцем.

Вот что ему от меня надо. Я мысленно застонала.

– Ты очнулась, Киса, у тебя ресницы подрагивают.

Но я притворилась, что ещё не пришла в себя, хотела себе ещё хоть минутку передыха, прежде чем я опять открою глаза и увижу этого адреналинового маньяка.

А он хмыкнул, и его рука резко спустилась ко мне между ног. Этого движения мне хватило, чтоб открыть глаза и плотно сжать ноги.

Он лежал рядом ,оперевшись на руку и нависнув надо мной.

– Уберите руки. Укушу.

– На тебе ошейник — ты уже не сможешь обернуться.

– Зубы у меня и в этой ипостаси есть, будет у вас уже две дырки на плече.

Он расхохотался, но руку убрал, она перебралась на мой живот и начал мягко сжимать мою пухлость.

Я скосила глаза на его плечо. А где рана? Я же чётко помню, кровь ручьём лилась. Видимо, такое недоумение нарисовалось на моём лице, что он опять расхохотался.

– Киса, мы- радхары, мы хоть не оборотни, но заживает у нас как на собаках.

– Руку уберите, хоть не оборотень, и прекратите меня лапать.— я дерзила, сама безумно боясь этого психа. После его выкрутасов на корабле его в десяти метрах от себя было страшно держать, а тут рядом лежать и позволять себя тискать.

– Командир, всех, кого можно вытащили. Будем надеяться, второму кораблю удалось пройти через ураган. Что с девками делать?

– Связать одной верёвкой и вести.

– А эту?

– Эту,—его рука опять схватила мою грудь–эту к себе привяжу.

– Послушайте, Волгар, мне кажется, я слышала крае уха, что меня нельзя того, ну это, трогать. Что вас наказание будет ждать тогда.

Он опять расхохотался. Нет, ну что я такого смешного сказала.

– Киса, тебе не говорили, что ты забавная, и мягкая такая и нежная. И я угадал насчёт грудей –. Он склонился над моими губами, практически касаясь их свои ртом – у меня на них нюх, на полные тяжёлые груди с большими коричневыми сосками, и на губы, пухлые, нежные, и на язычок. Розовый, шершавый.

Его рука опять рванула ко мне между ног и нырнула к пещерке.

– Ба, Киса, да ты жаркая девочка.

– Да отстаньте вы от меня – я, смутилась от своей реакции на его поползновения, а еще больше на то, что он понял это. Покраснев, оттолкнула от себя жадные руки и вскочила. Мы были на берегу. Останки корабля жалкими обломками лежали тут же. Около них плавали деревяшки, мешки.

На берегу сидело с десяток рабынь, чудом спасшихся с погибшего корабля и радхары, воинов тридцать-сорок. Я их не считала. Когда я встала, все взгляды устремились на меня, абсолютно голую дамочку. Конечно, такую нудистку, грех не полапать. Тем более Волгар был прав – грудь у меня была заметная, очень привлекающая внимание.

Выволокла обрывки мешков и стала мастерить из них себе одежду. Благо мешковина была хлипкая. Организовала себе свободный топик и набедренную повязку. Закрутила узлом волосы на макушке и закрепила двумя щепками.

И уставившись в море, выругалась. Всё-таки у меня стало получаться материться. Дикая вторая сущность стала откладывать на меня неприлично грубый отпечаток. В море на горизонте показалось несколько чёрных точек, чётко державших курс на нас. Точнее, появилось у меня такое предчувствие, что на мою метку.

Волгар, поднявшийся и вначале с интересом наблюдавший за моими попытками прикрыться, ещё корабли не заметил, потому как увлечён был другим. Обошёл вокруг, разглядывая мой первобытный наряд, потом резко выбросил одну руку и схватив за плечо, прижал меня спиной к себе, а вторая нырнула проверить доступ под топик, потом под юбку. Я попробовала выбраться из этой хватки, и ткнуть пальцем в преследователей, двигающихся на нас прямым курсом, как опять в меня сзади что-то уткнулось. В голове промелькнули со скоростью света мысли:

– Нет —это ненормально, так быстро возбуждаться. Интересно, а адреналиново-сексуальные психопаты бывают? И сама себе ответила:

– Да полно. И в моём мире. Этот Волгар, сто пудов, родившись в моём мире, стал бы тем, кого я всегда обходила по широкой дуге, но которые липли ко мне как репейники в больнице. Байкеры и бандиты. Одни после аварий, другие подстреленные. И те и другие затянутые в коже, огромные и повёрнутые на сексе. На кровати лежат загипсованные, бинтами обмотанные, а руки туда же лезли – ко мне под халатик. Видимо, карма у меня – такой тип личности привлекать.

Юра был полностью другим. За то и огребла от него по полной. Чем-то он мне анаконду напомнил из этого мира, меня передёрнуло.

А Волгар уже склонился надо мной, и его губы с языком блуждали по моей шее. Да сколько можно.

К своему удивлению, я поняла, что тело опять реагирует на этого маньяка. Нет. Я не такая. В той жизни имеется в виду. Там у меня не было такой реакции на приставания, и вообще все эти вещи даже в постели с мужем, чтоб ему повесится на собственном галстуке, воспринимались на перетерпеть. А тут. Это что такое? Соски начали твердеть, внизу стало влажно, мне захотелось заскулить от стыда за себя. Такую распущенную, оказывается, девку.

И тут я осознала, что происходит. И мне, пардон, совсем дурно стало. У оборотней на человеческую сущность ну прямо очень накладывалась звериная.

И когда у второй начиналась течка – у первой мозги сносило до такой степени, что если у девушки был ухажёр, который ей нравился, то конфетно-букетные отношения грозили сразу перерасти сразу в постельные отношения. Поэтому оборотниц отцы в такое время закрывали дома под замком, чтоб в зубах щенков не принесли.

И что делать то мне теперь? Может меня тоже где-нибудь запрут? И мрачно ответила:

—Только, чувствует моё сердце, с собой в спальне. Ой, ну угораздило меня. Тера, вообще-то, надо было предупреждать о том, что написано мелким шрифтом в конце нашего договора.

Глава 9

Отца у меня не было уже, не в этом мире, не в том. А мужик вот он сзади меня своей палкой упирается, руками груди мнёт. И я, с течкой начинающейся,от которой хочется встать на четвереньки, выгнуться, подставляя попу, и качаться на волне наслаждений. Тьфу. Ненавижу море. Ненавижу волны. Ненавижу воду.

А у этого точно что-то есть от оборотней, так на запах самки текущей реагирует. И Фарнир, мать его. Опять ругнулась. Да что со мной такое. Я не такая. Я— интеллигентная. Ругаться неприлично. И течка, не течка, но ноги мы раздвигать не будем. Ох, да не надо с ними так играть, они уже сами готовы топик продырявить, и буду ходить с сосками, торчащими наружу. И так мешковина вся драная. Дёрнулась было, но меня опять притиснули.

Стоп, а на волка я так не реагировала. На него у меня, простите за слог, ну вообще не встало. Это у него от меня башку сносило. Видимо, на ту же течку. А вот с Волгара меня несёт. Нет, нет, нет. Это просто физиология. У него на мою специфическую жизненную ситуацию, а у меня на что? У мужиков течки не бывает. Поняла. На адреналин им выделяемый, и я как животное чувствую его. Нет стоп, при выбросе адреналина половое возбуждение пропадает, а здесь совсем наоборот. Значит у него неправильный адреналин, и вырабатывает его неправильный мужик.

Да что же происходит. На берегу перед кучей народа меня откровенно тискают. При этом весь народ вообще не обращает на это внимание, но хотя бы в кустики бы отошли.

Нет, в кустики не надо, там тогда у меня все границы разом снесутся. Лучше здесь, а лучше вообще уберите руки и от меня, мужчина и палкой прекратите тыкать в спину, синяк скоро будет.

Я хоть и мягкая, но нежная. Ну надо же попасть в тело один в один моё. Да даже лицами мы С Терой были как сёстры, только цвет глаз разный. У меня карие, а у неё жёлтые. И волосы я стригла под аккуратную карешечку, а здесь копна ниже попы.

Я извернулась и развернулась, уткнувшись руками в грудь радхара. Эта поза , видимо, ему тоже понравилась, и он обхватив меня за попу, прижал к себе.

– Послушайте, Волгар,- забормотала я- я сейчас очень забочусь о вашей дальнейшей судьбе. И не прижимайте меня так к своему, этому, органу.

Он заржал. Уже не ужасный волк, а жеребец, и судя по величине члена, в предках у него явно кто-то из этих парнокопытных побывал.

– Я слышала, что меня нельзя насиловать, так как я девственницей должна остаться, поэтому прекратите свои поползновения. И тыкания.

– Детка,—он склонился к моему уху–о каком насилии ты говоришь? Ты, конечно, храбришься как котёночек и шипишь, но тело твоё готово меня уже принять. И по поводу девственницы, знаешь, сколько есть способов ублажить мужчину без проникновения?

– Не знаю и знать не хочу – покраснела я, отпихиваясь от этого маньяка. Секс просвет ещё мне будет тут проводить.

– Как ты мило краснеешь, детка. Ты не представляешь, как ты меня заводишь.

И тут голос:

– Командир, корабли на горизонте.

Мы обернулись. Так и есть, на нас на всех парусах двигались хищные, хорошо узнаваемые силуэты волчьих транспортников. Четыре штуки.

Волгар раздул ноздри, глаза сощурились, и он, оценив ситуацию, бросил:

– Уходим в джунгли. Быстро.

Потом повернулся ко мне:

– Детка, ничего личного, только чтобы ты не потерялась.