Елена Звездная – Академия Теней (страница 39)

– Не понравилось?

Понравилось… это и бесит. Мой первый поцелуй… Губы горят, сердце бьется так неистово, что в груди больно. Ноги ослабли, и стой я сейчас – валилась бы, не в силах устоять. Но все же…

– Я хотела не так, – прошептала, обиженно глядя на Штормхейда. – Все должно было быть… красиво. Чтобы я и он гуляли по рынку, держась за руки и выбирая красивые безделушки, чтобы он подарил мне цветы, и мы бы говорили и говорили, находя все больше общих тем и лучше узнавая друг друга. Чтобы в подходящий момент, под огромной круглой и яркой луной, он тихо спросил: «Можно я тебя поцелую?», а я бы робко ответила: «Да».

Рейвен замер. В его глазах что-то дрогнуло – тень понимания, смешанная с невыносимой, глубинной мукой.

– Неужели я совершенно не нравлюсь тебе? – он произнес это тихо, едва слышно, с такой затаенной горечью, что я невольно сглотнула.

И тихо солгала:

– Нет.

Несколько секунд мы так и стояли – я, ощущающая себя невесомой у него на руках, и он сокрушенный моими словами.

А затем он кивнул, и посмотрел вдаль, поверх меня, не глядя на меня более.

– Отпустите, – попросила едва слышно.

И на этот раз он подчинился – очень осторожно и бережно поставив меня на ноги.

Вдали слышались песни и музыка – похоже, праздник затянулся, надеюсь, никого не накажут за это.

– И все же тебе придется ответить на мой вопрос, – Рейвен продолжал смотреть вдаль.

Но было бы глупостью с моей стороны, сказать правду.

– И сними это кольцо… пожжжалуйста.

Приказ со вкусом просьбы – необычное сочетание.

Я посмотрела на свою руку, на ландыш, что был словно живой, а не выплавленный из металла, и честно ответила:

– Да ни за что – это самое красивое кольцо в моей жизни.

– Неужели? – Рейвен все же посмотрел на меня. – Богатая наследница, которой отец скупал лучшие украшения по всем ювелирным лавкам столицы, никогда не видела ничего лучшего?

– Никогда, – я продолжала откровенно любоваться колечком.- У меня действительно немало украшений, но я их практически никогда не ношу, а это колечко – снимать не хочется. Оно мое, как-то сразу в душе отозвалось. Знаете, очень редко встречаются вещи, глядя на которые понимаешь, что это то самое, что искала, чего хотела, о чем мечтала.

– О поцелуе при луне, – произнес с сарказмом.

Вскинув подбородок, дерзко ответила:

– Да, о поцелуе при луне. Я не прошу чего-то сверх меры, я всего лишь хотела нормальных чувств и отношений. Без давления, без собственнических замашек, без неизбежности очередного брачного договора, подписанного за меня королем. Хочу любить и быть любимой. Хочу медленно узнавать того, кто мне нравится, и чтобы чувства развивались естественно. И, Великие Боги Богатства, мне не нужен принц на белом коне, не нужен величайший теневой маг современности, не нужен кто-то с… – я оглядела магистра, – с запредельно красивым телом, широченными мускулами и рубашкой, которая только подчеркивает мышцы, а не висит… как у всех нормальных парней.

– А я… ненормальный? – Рейвен подался ко мне. – Серьезно?

– А что в вас нормального? – спросила с вызовом. – Вы себя в зеркале видели? Да по вам половина академии сохнет, и если не вся. Великий Штормхейд, самый одаренный теневой маг! Магистр, которого все боятся, но в случае опасности даже парни хотят, чтобы вы были рядом. И вот зачем мне такой муж, которого все хотят? Мне нужен мой, нормальный, обыкновенный, но желательно из сословия торговцев – так будет проще общий язык найти. И…

– А если я скажу, что не хочу принадлежать всем? – его голос, вибрирующий и низкий, заставил задохнуться на полуслове.

И Рейвен сделал хищный шаг, разом сокращая ту скудную дистанцию, что я пыталась между нами выстроить. И прежде чем я успела возмутиться или отступить, его рука – горячая, тяжелая – собственническим жестом легла на мою талию, рывком прижав к нему. Вторая ладонь, пахнущая грозой и чем-то неуловимо-мужским, легла на волосы на затылке, лишая возможности отвернуться.

– И знаешь… – он чуть склонил голову, и его дыхание, горячее и властное, коснулось моих губ. – В твоей язвительной критике проскальзывает удивительно много восхищения мной.

Он склонился к моим губам так близко, что я чувствовала каждое его рваное дыхание. Его взгляд, все еще темный, подернутый дымкой недавнего безумия, теперь горел чем-то иным – пугающим и откровенным.

– Значит, обыкновенный парень из торговцев? – прошептал он, и его губы едва коснулись моих, дразня, обжигая. – Который будет дарить тебе полевые цветы и робко краснеть при виде твоей улыбки? Сейди, ты лжешь себе так же отчаянно, как и мне.

– А если не лгу? – не смогла удержаться.

– Лжешь. Доказать?

Он не стал ждать ответа. Да и какой ответ я могла дать, когда само пространство вокруг нас, казалось, сжалось до размеров его объятий? Рейвен накрыл мои губы – медленно, тягуче, с какой-то искаженной, мучительной нежностью, которая была в сто крат опаснее его недавней ярости.

Это не был тот сокрушительный порыв, что случился минуту назад. Теперь это было искушение. Вкрадчивое, заставляющее каждую клеточку моего тела предательски отзываться на его близость. Его язык лениво обвел контур моих губ, выманивая ответный вздох, и я, сама того не осознавая, подалась навстречу. Руки, которые должны были отталкивать, бессильно запутались в складках его рубашки, пальцы судорожно сжали дорогую ткань.

– Твое сердце, Сейди… – прошептал он, едва отстранившись, но продолжая удерживать мое лицо в своих ладонях. – Оно бьется в унисон с моим. Разве обычный парень заставит тебя так… дышать?

Дышала я… неожиданно тяжело.

Он коснулся губами кончика моего носа, затем виска, вызывая волну мурашек по коже. И следующий поцелуй больше не был поединком – он стал признанием, которое Рейвен вырывал из меня вместе с остатками здравого смысла.

– Такая нежная, – хриплый шепот и еще одно касание его губ, – такая сладкая, – снова поцелуй, – такая манящая…И такая чувственная. Никто и никогда не отзывался так, на мои прикосновения, как ты, Сейди.

Я вздрогнула, попыталась оттолкнуть его, отстраниться – но бежать было некуда, а нежные руки Штормхейда, оказались крепче стали.

– И куда же ты собралась бежать? – он шептал, касаясь моих губ. – Далеко?

– Да, далеко. Подальше от вас, – почему-то я сказала это тоже шепотом.

– Беги, – выдохнул он.

И отстранившись, посмотрел мне в глаза…

И вот я не знаю, что он там увидел, но нутром чую – что-то, что ему очень понравилось… К примеру мою абсолютную невозможности бежать, по причине повторно ослабших ног.

– Расскажешь, какие у тебя были планы на второй поцелуй? – с иронией поинтересовался он.

– Увы, так далеко мои фантазии не заходили, – нервно призналась я.

Он улыбнулся, так таинственно и загадочно, что захотелось спросить о причинах улыбки, но… что-то подсказывало, что ответ мне не понравится.

И вдруг что-то кардинально изменилось!

Словно взметнулась тьма из подземелий, заставив покачнуться Академию Теней, взвыть тревожной сиреной и оглушить треском вспарываемого пространства.

– Дьявол! – выругался Штормхейд, рывком прижимая меня к себе.

И мы рухнули куда-то вниз.

* * *

Первое, что я почувствовала – это холодный, серый запах сырого тумана. А затем пришел другой запах – тяжелый, горький, как от костра, который пытались залить болотной жижей. Воздух здесь не просто стоял, он давил на грудь, заставляя каждый вдох делать с трудом.

Я огляделась, и реальность поплыла. Мы были не в Академии. Мы были там, где само пространство казалось порванной тканью. Над нами небо пульсировало фиолетовыми всполохами – земля вокруг зеленовато-серого оттенка, как потускневший мох, под ногами обсидиановое крошево истоптанных в пыль окружающих черных скалистых холмов.

И я приняла самое верное решение в этой ситуации – повисла на шее у магистра, со словами:

– Радует меня в этой ситуации только одно – вы рядом.

– Поражаюсь твоему оптимизму, – Рейвен, и, продолжая обнимать меня одной рукой, начал вырисовывать в воздухе что-то, невидимое для меня. – Не волнуйся, я тебя вытащу, – его непоколебимая уверенность, откровенно говоря, успокаивала.

Но в остальном все было плохо. Я мысленно попрощалась с папочкой, испытывая вполне оправданный ужас.

А потом в небе над нами вспыхнул разлом, словно раскололось небо, и показались звезды на черном небе, притом, что там, где мы находились, был примерно так день.

– Успокойся, это Ёрихёгги, они не нападают, они пытаются удержать разлом.

– Да? – но меня всю трясло. – А кто им мешает?

– Я, – спокойно ответил Штормхейд.

И я посмотрела на него с уважением. Ёрихёгги – огромные теневые драконы, они втрое крупнее тех, что вырываются на поверхность и атакуют торговые караваны. Честно говоря, я не уверена, что можно справиться даже с одним Ёрихёггом, а тут, я так понимаю, их несколько.

Кстати, неплохо бы уточнить:

– А… сколько их там?