Елена Жукова – Детектив Фокс. Дело о паровых котлах и паровозах (страница 2)

Я рассмеялась.

– Благодарю, но нет. И даже если мне понадобится выход из моего, как вы говорите, «отчаянного положения», то я никогда не выберу того, кто своим вмешательством стал его причиной.

– Я не причина, а карающая длань! Он играл вами, как куклой. Не знаю почему. Не знаю, как вы это позволили. Но я не мог допустить, чтобы в этот раз он остался безнаказанным. Он ловелас, Кларисса! Он обманул вас! Так же, как десяток других женщин! В нем нет чести! – воскликнул мистер Уайт.

– Вы возомнили себя одним из богов? – смеясь, поинтересовалась я. – И не нашли более удачной цели для отмщения? Или Роджер прав и вам попросту не дадут «ее» найти, поэтому вы кусаете того, кого можно укусить безопасно для собственной жизни?

После наших криков в комнате повисла звенящая тишина. Мистер Уайт стоял в двух шагах от меня, сжимая в широкой ладони свой неврученный дар. Я же чуть сожалела о вырвавшемся. Не следовало бить по больному, но он вынудил, а я не сдержалась. Обвинительные слова в адрес лорда Ольдена отдались в душе горечью.

– Думаю, вам пора, – с напором произнесла я. От мысли воспользоваться репортером для поездки в Заречье я отказалась уже в начале разговора и теперь тяготилась его присутствием. – Будем считать, что вы не собирались ничего предлагать мне. И впредь, будьте любезны заранее сообщать о своих визитах.

Я видела, что он в бешенстве. Покрасневшая шея в разрезе ворота, гуляющие желваки на щеках. Но я была не менее сердита. Посоревновавшись в гневности взглядов, он все же отступил.

– Видимо, я зря пришел. Думать, что вы всего лишь сердитесь, было легче, – проговорил, едва сдерживаясь, он. После вежливо кивнул и, попрощавшись, вышел, не дожидаясь, пока миссис Дауф сопроводит его.

Глава 2. Двойной просчет

От январской ветреной погоды укрыться можно разве что в парокаре. Уплатив за проезд, я села на свободное сиденье. Рабочий день в театре начинался поздно, но у меня имелась надежда на то, что мистер Генри Куберт, мой старый знакомый реквизитор, будет на месте пораньше. Поэтому ехала, отогревала окошко пальцами и старалась не вспоминать о том, кого встретила в прошлую поездку в театр. Да и вообще о театре хотелось думать меньше всего. Но, к сожалению, наряда для визита на территорию Заречья в моем гардеробе не отыскалось, поэтому была надежда на мистера Куберта.

Полупустой парокар довез меня, как обычно, до площади, а дальше я, спасаясь от ледяного ветра, стремительным шагом дошла до здания театра. Имелся в плане момент нерешительности: никак не могла выбрать, зайти ли с заднего входа, который для служителей муз, или все же проникнуть через главный. Но за меня все решили заранее. В десять часов утра парадный вход был попросту закрыт. Я посетовала на долго спящих актеров, однако все же обошла красно-белое здание и вошла в малозаметную дверь. В нос сразу ударил запах дерева, краски и старых тяжелых портьер. Поздно припомнив о своей нелюбви к пыли, я прошла по коридору. Утром он и правда оказался малолюдным. В памяти сохранилась суета вечернего театрального закулисья, и я порадовалась пустоте, надеясь вообще по дороге к владению мистера Куберта ни с кем не столкнуться.

Чаяния мои не оправдались. Прямо перед поворотом я наткнулась на двух девиц, одну из которых чересчур хорошо знала. Мисс «театральная гримерка» предстала передо мной без грима и дорогих нарядов. В простом платье, хоть и выгодно облегающем ее формы, но лишенном изысканности, она вовсе не смотрелась как счастливая обладательница титула победительницы. Ее подруга, заметив меня, бросила на нее быстрый взгляд. А увидев надменность на красивом лице, округлила глаза, боясь пропустить намечающийся скандал. Я вздохнула, ссориться с мисс «гримеркой» не хотелось. Да и поставить ее на место так, чтобы не уронить при этом собственное достоинство, мне при всем желании не удалось бы. А мисс явно не желала уступать. Ее холодные, похожие на кошачьи, глаза выдавали охотницу до скандалов, да и презрительно изогнутая линия губ не оставляла надежды выйти из ситуации без потерь.

– Дамы, позвольте? – вынуждена была я попросить, сердясь на трату драгоценного времени.

«Гримерка» вздернула бровь. Но ее подруга все же пропустила меня.

– Это она? – прошептала та у меня за спиной.

– Да. Посмотреть не на что, Ри прав, – капризный тон, писклявый голос и фраза в целом заставили меня сжать зубы. Благодарность мистеру Уайту усилилась.

Я смело приблизилась к реквизиторской и постучалась. Актрисы пошли за мной, обернувшись, увидела взгляд двух пар глаз, сосредоточенный на моей персоне. Мистер Куберт не торопился открывать, а я теряла последнее терпение. Постучалась снова, настойчивее.

– У меня нет голубых шляп, Молли, – услышала я голос того, кого искала, и вспомнила, как зовут «гримерку».

– Это Кларисса, мистер Куберт, – ответила ему через дверь, и та немедленно открылась.

– Мисс Фэлкон, – нараспев произнес Генри, распахивая объятия и широко улыбаясь. – Какими судьбами в нашем клубке змей?

Его веселый карий взгляд наткнулся на перешептывавшихся актрис, и он, уловив мольбу в моих глазах, громко произнес:

– Молли, кажется, тебя искал помощник режиссера. Ты опять перепутала строчки, и он хотел сменить состав.

– С чего ты взял? – взвилась бледная Мол.

– Он заходил сказать, что нужно платье с меньшим размером. То, что он выбрал, на тебя точно не полезет.

Актриса ахнула и, наверное, бросила бы в Генри что-нибудь потяжелее, но в руках у нее было пусто, а дверь мистер Куберт предусмотрительно закрыл, пропустив меня внутрь.

– О боги, Генри, вы меня просто спасли, – облегченно проговорила я.

Тот снова улыбнулся.

– Молли остра на язык, а мы с вами тет-а-тет в реквизиторской. Не думаю, что спас, мисс Фэлкон.

Я взвесила его доводы и согласилась. Расстроилась ли? Пожалуй, что нет. Уж если высший свет судачит обо мне, то чем хуже театральная братия?

– Садитесь, садитесь, – засуетился он, усаживая меня на стул. – Так что привело вас ко мне? Опять разыскиваете Кастора?

Я улыбнулась, припомнив нашу первую встречу.

– Костюм, – лаконично поправила его.

Брови театрального реквизитора взлетели вверх, а круглое лицо попыталось вытянуться. Безуспешно. Но эмоцию я ухватила.

– Мне нужен костюм, чтобы съездить в Заречье. На денек. Такой, чтобы не привлекать внимания, но и не зародить подозрений у местных. Понимаете, о чем я?

Он задумчиво посмотрел на меня.

– Расследуете очередное дело? Барри говорил что-то о вашем небольшом безрассудстве.

Я внутренне пожелала любителю поболтать заиметь пару язв на языке.

– Всего лишь о небольшом? – подмигнула я, не желая вызвать подозрения. – Значит, вы давно его не видели.

Он рассмеялся вместе со мной.

– Подберу вам, так и быть. Но только, чур, с возвратом. А то этот помощник режиссера голову мне откусит. Постановка будет уже на следующей неделе. Прямо ко Дню города.

Я закивала, клятвенно обещая все вернуть завтра. Генри окинул меня оценивающим взглядом и вдруг, хмыкнув, пробурчал себе под нос, отходя: «Ничуть она не меньше, чем у Молли». Ахнула и вновь пожелала Барри всего самого доброго.

Копался мистер Куберт не так долго, как я ожидала. Тем временем я залезла на стул, что по-прежнему стоял под маленьким окошком. Открыв окно, вытянула шею и с наслаждением вдохнула морозный воздух, прогоняя запах нафталина и пыли, царивший в реквизиторской. Нос мой попытался было засвербеть, но я поднесла к нему палец и задержала дыхание.

– Бегу, бегу, мисс Фэлкон. Как вы? – вылез из завешенных разнообразной одеждой стоек мистер Куберт.

В руках его, к моему счастью, виднелась гора живописного тряпья, раздобытого для меня.

– Пока все хорошо. Но нос уже возмущается, – ответила я, с сожалением признавая, что придется слезть с моего постамента.

Мистер Куберт подал мне руку, и я спустилась.

– Идите за загородку и спокойно переодевайтесь. А я пока сбегаю к девочкам за гримом. А то ваше милое личико совершенно не подойдет к одеянию.

Спустя полчаса отчаянного чиха и попеременного вскакивания на стул, чтобы подышать, я, наконец, была готова к поездке. Взглянув на себя в зеркало, ахнула. Чуть подкрашенный синяк под правым глазом хорошо сочетался с одеждой. В таком виде меня бы родная матушка не узнала. Старое облезлое платье из полинялой ткани выглядывало из-под пощипанного тулупа, бывшего когда-то овчинным. На голове красовалось нечто вроде моей осенней шляпки, только дырявой, а повязать все это полагалось поеденной молью шалью грязно-серого цвета. На ноги мистер Куберт отыскал хоть и целые, но крайне поношенные сапоги. Шнуровка на одном заканчивалась ровно посередине, отчего голенище раззявилось, призывая стянуть его чем-нибудь. Но вместо веревки мистер Куберт его попросту сложил вдвое и заправил вовнутрь. Я порадовалась, что шерстяные чулки, предложенные мне реквизитором, удалось натянуть прямо поверх моих. А вот остальную одежду пришлось оставить здесь. План тут же поменялся, обрастая необходимостью вернуться в царство муз вечером, после поездки.

– Да, вид подходящий, – произнес реквизитор, оценивая созданное творение. – Сойдете за свою. Уверены, что вам нужно туда ехать?

Я кивнула. Можно было, конечно, выбрать менее эпатажный наряд, но на такую прохожую непременно обратят внимание. А оно мне совершенно ни к чему.