Елена Яворская-Милешкина – Боги, шаманы и призраки Кореи (страница 7)

Син Юн Бок. Юноша и девушка, рвущие цветы азалии. XVIII в.

Миф меньше, чем сказка, склонен к повторам, имеющим значение для истолкования идеи. Однако корейский миф в этом плане значительно сближается со сказкой: и вот Камынчжан получает ночлег в доме, где живут пожилые супруги с тремя взрослыми сыновьями – крестьянами, возделывающими ямс. За ужином старшие сыновья берут себе лучшие части клубней, заявляя, что на своем веку родители и так вдоволь поели ямса, а младший делится не только с родителями, но и с гостьей. Камынчжан не остается в долгу перед хозяевами: у нее есть с собой небольшой запас риса, она варит кашу и предлагает ее всем, кто есть в доме. Все отказываются, только младший брат снова проявляет почтение к гостье, ведь принимать дары – это по достоинству оценивать усилия дарителя.

И снова торжествует справедливость. Подобно тому, как Иван-царевич, пожалевший лягушку, в итоге стал мужем могущественной волшебницы, так и младший из сыновей, проявив человечное отношение к бедной изгнаннице, женился на богине. Ведь в Камынчжан уже пробудилась сверхчеловеческая сила: у старших братьев были хорошие наделы, но наутро их поля стали пристанищем для насекомых и змей, а на каменистом участке младшего все камни превратились в слитки золота и серебра.

Но вернуться в родную деревню, нарушив родительский запрет, Камынчжан не смеет. Тогда она пускается на хитрость – ведь хитрость во имя благой цели не возбраняется? – и объявляет стодневный пир, как говорится в русских сказках, на весь мир, то есть без каких бы то ни было сословных ограничений. Конечно же, ее старики-родители приходят. И едва понимают, что снова обрели свою дочь, – чудесным образом прозревают.

Примкнув впоследствии к сонму богов, Камынчжан становится повелительницей человеческих судеб.

Итак, боги создали мир и упорядочили мироздание, даровав людям немалые возможности. Предстояло создать земную власть для поддержания порядка в дальнейшем.

В наиболее древних корейских верованиях присутствовала богиня созидания Маго. После принятия буддизма о ней начали забывать. Однако не совсем. Легенды о том, что она умела останавливать наводнения и наделять шаманов силой, бытуют до сих пор. Маго – одна из героинь популярной дорамы «Отель дель Луна».

Глава 2

Власть, данная богами

Будда Майтрея (Мирык). VII в. Япония. Статуя находилась в древнем корейском государстве Силла

Ким Хон До. Тигр в бамбуке. XVIII в.

Ким Хон До. Тигр под сосной. XVIII в.

Изображение короля Тангуна в классической корейской манере

Происхождение его величества

Миф – это не только объяснение всех явлений в мире в отсутствие твердых научных знаний и не только основа тех или иных религиозных доктрин. Миф – это еще и основа, на которой зиждутся законы – политические и нравственные.

Да, правитель – всего лишь человек. И его решения – решения человека, в значительной мере субъективные и в значительной – ориентированные на тех или иных советников, семейные кланы, социальные слои. Однако массы должны безоговорочно доверять этим решениям. Чем сильнее доверие, тем стабильнее власть. Вот почему издревле правители различных государств заботились о том, чтобы вывести свой род от богов. Предания, занесенные в летописные своды, рассказывают о том, что боги назначили своих потомков наместниками на земле, даровали им возможность узнавать высшую волю и действовать согласно ей. А разве может божество делать что-то неправильно? Может ли всеведущий и всемогущий ошибаться? Того же, кто воспротивится, ждет кара – и, как правило, не земная, а небесная.

Корейские мифы рассказывают о Хвануне (Хвангуне), который, согласно более ранним мифам, был одним из четырех Людей неба – ближайших соратников, вероятно, даже сыновей Небесного владыки. По крайней мере, ряд преданий, бытовавших на севере Корейского полуострова, рассказывает о том, как Хвангун по приказу отца – Нефритового императора – спускается на землю, точнее, на гору Тхэбэк, устанавливает порядок в мире людей (еще один вариант мифа о мироустройстве), женится на женщине, которую он создал из медведицы, и становится отцом Хванина. В сюжете о женитьбе на медведице явно прослеживается влияние тотемизма с его верой в животных предков людей. Медведь, хозяин леса, – один из популярнейших тотемов у разных народов.

Дракон с жемчужиной. Скульптура. Пусан, Республика Корея. Драконы в мифах нередко выступают в качестве предков королей

Королевский трон во дворце. Сеул, Республика Корея

В более поздних мифах Хванин именуется Небесным владыкой, а тот, кто ранее считался его отцом, Хванун, – его сыном и отцом Тангуна Вангома, легендарного основателя первого корейского государства – Чосона, ныне именуемого Кочосоном (Древним Чосоном). Интересно, что Хванин – бог, который с помощью драгоценности, передающейся от предка к потомку, повелевает солнцем и огнем, какая же мифология обходится без такого героя? Кроме того, он имеет право делать людей богами.

Графическое изображение чеснока и полыни – символов рождения Дангуна и праздника, посвященного ему

Отец Тангуна – очередной культурный герой, то есть тот, кто дарует людям ремесла и навыки земледелия, искусство врачевания. Также он, желая жить на земле и далее, основывает свою столицу Синси, Город бога.



И здесь мы встречаемся с еще одним вариантом мифа о медведице-прародительнице. Медведица и Тигр мечтали стать людьми и молились об этом так, как молятся подвижники веры – отказываясь от сна и пищи. Причем Хванун, как водится, испытывает их, дав им для подкрепления сил по двадцать долек чеснока и один стебелек полыни и запретив выходить на солнечный свет в течение ста дней.

Терпения Тигра хватило ненадолго – миф указывает срок в двадцать дней, – а вот Медведица, даже оставшись в одиночестве, осталась верна своей цели и через двадцать один день превратилась в женщину, имя которой Уннё. Тогда она начала возносить молитвы, чтобы ей дарован был ребенок, и вот случилось чудо: на нее обратил внимание сам правитель, она стала его женой и родила принца Тангуна (Тангона). Его имя буквально означает Король сандалового дерева, ибо его новая столица именовалась Сандаловым городом (Асадалем) по очевидной причине: построена она была из этой драгоценной породы дерева. Среди ученых главенствует мнение, что находилась она недалеко от современного Пхеньяна.

В 2019 году значительно видоизмененный миф о Тангуне лег в основу киноэпоса «Хроники Асадаля». Сериал был весьма успешен; по охвату событий, зрелищности и эмоциональному воздействию его сравнивают с «Игрой престолов». Это тоже фэнтези в псевдоисторическом антураже. В 2023 году вышло продолжение. В центре событий судьба опытного военачальника Тангона, сына главы Асадальского союза. Тангон одерживает победу над расой неанталей. И, конечно же, разворачивается борьба за власть.

Тангун, тот, в чьих жилах текла кровь небесного божества и земного существа, считается первым правителем Кореи – человеком. Впрочем, такая ветвь корейского шаманизма, как косиндо, уверенно называет его богом.

Именно Тангуну приписывается авторство названия, данного государству, – Чосон. И даже уточняется дата, когда это произошло, – 2333 год до нашей эры. Если фантастические подробности мы смело отметаем, то ни подтвердить, ни опровергнуть существование Тангуна, равно как и датировку, не можем. Поэтому и говорим о нем как о легендарном короле. И продолжительность жизни короля, указанная в источниках, соответствует этому «статусу» – в одних это 1908 лет, в других – 1048. Аналогично поступали составители базовых японских текстов – наделяли правителей фантастическими сроками жизни, дабы история императорского рода уходила своими корнями в невообразимую древность; это должно было служить доказательством незыблемости власти под сенью божества-прародителя.

У ученых есть версия, что имя Тангун – это вариант тюрко-монгольского слова «тенгри» – «небо». Ну а благодаря его происхождению от медведицы, его считали символом созвездия Большой Медведицы. Вот так связали небо и землю.

Чамсондан – Алтарь небес – на вершине горы Манисан на острове Канхвадо, по легенде, был создан Тангуном. На этом месте проводятся церемонии в честь легендарного короля

Образ Тангуна снова получил особое символическое значение в XX веке, когда Корея оказалась захвачена японцами. Именно образ легендарного короля стал символом сопротивления захватчикам. И, разумеется, не случайно. Даже сейчас миф о Тангуне нередко трактуют как миф о формировании всей корейской нации. Тангун – ее олицетворение.

Другие легендарные правители

Обстоятельства рождения уже известного нам Танмёна – в этой легенде он выступает не сыном основателя Пуё, а самим основателем – тоже фантастичны. И тоже соответствуют дуалистической – богочеловеческой – сущности правителя. Его матерью стала служанка, забеременевшая от воздуха, сгустившегося и принявшего форму куриного яйца.

Чумон, которого часть легенд называет основателем Когурё, – сын дочери речного бога. Да, не человеческой женщины, а богини, но богини земной, а не небесной, то есть связь неба и земли снова прослеживается, тем более что в качестве отца (или способа зачатия) выступает солнечный луч.

Порой двух этих мифических правителей объединяют в общей легенде – и тогда Танмён (Танмёнсон), сын Хэмосу, именуется основателем Когурё.