Елена Яворская-Милешкина – Боги, шаманы и призраки Кореи (страница 15)

А вот там, где первенство удерживал шаманизм, девушке предлагался ряд фантастических испытаний. Так, ей повстречался старик-пахарь, пашущий поле необозримых размеров. И она вызвалась помочь в работе в обмен на то, что он поможет ей найти путь в Западные земли. Понятно, что Пари – необычный человек. Разве обычной пятнадцатилетней девушке-подростку было бы под силу не спать девять суток и вспахать поле невероятного размера. Разумеется, и старик непростой, он обладает тайными знаниями и указывает ей путь через девять перевалов к прачке, стирающей белье в ручье.

Именно преодоление этих перевалов – подсказки о дальнейшей судьбе Пари. Она пересекает перевалы умерших стариков и старух, юноши и девушки, ребенка, воров. По разным причинам духи этих людей не находят успокоения, и доброй принцессе жаль их всех. В некоторых версиях эти духи не просто где-то обитают – они заключены в крепость из шипов и стали. Они готовы последовать за ней в загробное царство, чтобы обрести покой, но у нее своя миссия. Пари полна решимости потом вернуться за ними.

Прачка – пожилая женщина. Как вы уже наверняка догадались, за девять суток Пари предстоит перестирать горы белья. Причем задача усложняется: черное надо отмыть добела, а белое – дочерна. В полной мере сказочная задача, основанная не только на решимости и умении, но и на сверхчеловеческих навыках.

Син Юн Бок. Женщины, стирающие в ручье. 2-ая пол. XVIII – нач. XIX в.

Прачка указывает девушке путь через девять ручьев, за которыми угольщик совершает и вовсе немыслимое: промывает уголь дочиста, пока стекающая с него вода не станет прозрачной.

Думаете, здесь сработает закон тройственности, столь характерный для сказок? Нет. Угольщик, когда она выполняет его поручение, указывает ей путь к старой огороднице, и Пари за привычный нам срок выпалывает сорняки. От огородницы она получает цветок и колокольчик, открывающие вход в загробное царство. Помните цветок, подаренный ей Буддой? Версии разные, символ один: с помощью цветка – символа жизни – девушка открывает путь в загробный мир. И да, именно этот цветок помогает ей. Эта река, как правило, не осушается – через нее перебрасывается волшебный мост.

Казалось бы, испытания позади. Но, как часто бывает в корейских мифах, история делает неожиданный поворот: путь девушке преграждает хранитель загробного царства Мучжан. Это великан, который в разных вариантах мифа описывается по-разному, но общее – он сразу понимает, что перед ним не принц, а принцесса. И требует еще более серьезную плату за лекарство для короля и королевы – он просит прислуживать ему в доме, а также вступить в брак и родить сыновей, их количество разнится в зависимости от версии мифа от трех до двенадцати. Только в этом случае мужчина сможет вернуться на небо. Ну а Пари он обещает, что она вернется на землю со всеми детьми и лекарством для родителей.

Юн Ду Со (?). Женщины, собирающие съедобные растения. XVII–XVIII вв.

Несмотря на то, что в основе брака была сделка, супруги обрели счастье и провели совместные годы в гармонии. В таком повороте сюжета нет ничего удивительного: традиционный брак в Корее устраивали по расчету, в основе которого лежали социальный и имущественный статусы жениха и невесты, но это, разумеется, не значит, что все пары были несчастны.

Как вы понимаете, быстро выполнить такое задание невозможно, и даже несмотря на то, что время на небе и на земле течет по-разному, король и королева к моменту возвращения Пари были уже мертвы. Причем умерли они тогда, когда миссия Пари подходила к концу. Принцесса увидела вещий сон и попросила мужа поскорее проводить ее домой. И даже не осудила Мучжана за лукавство: оказывается, все эти годы они гуляли по поляне, на которой росли волшебные живокост, животел и живодух, а вода, которую они пили, и была той самой волшебной, возвращающей мертвых к жизни. Какие-то неведомые силы переносят Пари во дворец. Она прикладывает цветы один за другим к телам своих родителей, и король с королевой оживают. Затем она поит их живой водой – и исцеляет.

Король готов признать Пари своей наследницей, но она не хочет править. Она, уже по собственному решению, покидает дворец, чтобы стать первой шаманкой – исполнительницей посмертной воли людей и проводницей заблудившихся душ в загробное царство. Пари считается богиней-покровительницей шаманов (правда, не во всех вариантах легенды, иногда она остается человеком, но, конечно, наделенным сверхспособностями). Также ее иногда называют богиней созвездия Большой Медведицы.

Легенду о Пари традиционно рассказывают на похоронах, и это часть обряда.

Есть, правда, куда более грустные варианты легенды: Пари не выслуживает цветок и воду у их хранителя, а похищает – и убегает. Ей удается воскресить родителей, но наказание настигает ее – она внезапно умирает. Умирает и воскрешенная ею мать. Можно сказать, трудное путешествие Пари ни к чему не привело. Эта легенда бытует в местностях, где в качестве проводницы мертвых почитается богиня Чонджон и богиня-дублер в пантеоне попросту не нужна.

Другие легенды о жизни и смерти

В разных местностях Кореи бытуют различные легенды, которые принято рассказывать во время похоронного обряда. Так, рассказывается миф о Чонджонгакси, верной супруге умершего Доранг-сонби. Она тоже предпринимает путешествие, но не в загробное царство, а в Золотой храм, и священник наставляет ее, что следует предпринять, чтобы вернуть мужа. Задания сложны и мучительны: она должна без крика перенести вырывание всех волос, подвешивание за руки на веревке, протянутой сквозь просверленные ладони. Затем ее пальцы погружают в кипящее масло и поджигают его. Конечно, ее руки искалечены. И тогда она получает еще одно задание: вот этими самыми руками и даже без инструментов проложить горные дороги… Чонджонгакси проходит все испытания (обратили внимание – и в этом мифе женщина активное, действующее начало, и это неслучайно, ведь если женщина дарует жизнь, то именно ей должна принадлежать способность воскрешать).

Муж возвращается к жизни, но преодолеть судьбу невозможно: он погибает на следующий день (как правило, рассказывают, что он утонул). А Чонджонгакси вешается, чтобы воссоединиться с ним в загробном царстве.

В некоторых местностях их почитали как божеств, причем существовали как шаманские обряды, так и буддийские, осуществляемые монахами и верующими в храмах. И по популярности супружеская пара уступала разве что Будде.

В легендах и сказках ряда народов смертным иногда удается не только вернуть умерших (как правило, ненадолго), но и задобрить либо обмануть смерть и обрести долгую жизнь. Такова, к примеру, история Со Самана из королевства Чунён. Ему с детства не везло: он очень рано лишился родителей и был вынужден жить подаянием. Несмотря на горькую судьбу, он не ожесточился и проявлял сострадание к людям подобно тому, как сострадали ему, и стремился помогать всем и каждому.

Когда ему сравнялось шестнадцать, деревенская община вскладчину построила ему дом и устроила свадьбу. Жена Со Саману досталась замечательная – добрая, к тому же искусная швея. И детьми супруги были благословлены.

Однако, несмотря на трудолюбие супругов, прокормить большую семью было непросто. И жена Со Самана пожертвовала важным достоянием – своими роскошными волосами. Продав их на рынке (а именно из них изготавливались накладки, позволявшие как знатным дамам, так и кисэн – корейскому варианту гейш – моделировать сложные прически), муж должен был на вырученные деньги купить риса.

Ким Хон До. Буддийский ритуал. XVIII в.

Ким Дык Син. Возвращение с рынка. XVIII–XIX вв.

И вот простой крестьянин, держа в руках деньги, которые кажутся ему фантастически большими, видит еще большее чудо – ружье. Продавец поясняет, как это приспособление может прокормить всю семью. Со Саман отдает за ружье все деньги – и снова знакомый поворот: с такого рода поступков нередко начинается развитие в сказках.

День за днем горе-охотник пытается выследить оленя, но тщетно. Единственное, что он приносит в дом, – череп, на который набрел и подумал, что негоже останкам человека валяться на земле. Вдруг это череп кого-то из его предков? Со Саман принес его в чулан, спрятал в кувшин и начал почитать его, как почитал бы череп близкого родственника, а по праздникам приносил жертвенное угощение.

И надо было такому случиться, что с того самого дня он постоянно возвращался домой с богатой добычей. В горшках не переводилось мясо, а деньги, вырученные за шкуры, принесли в дом благосо– стояние.

И вот как-то раз оба супруга видят одинаковый сон: из чулана появляется старик (тот случай, когда призрак добр к почтившему его) и рассказывает, что Со Саман умрет, едва дожив до тридцатилетия. Завтра ночью к нему явятся три гонца от Ёмна, владыки загробного мира. Но спастись можно. Следует подняться в горы и на развилке трех дорог поставить ширму, накрыть стол, зажечь свечу, а под столешницей закрепить бумажку со своим именем. После этого спрятаться, запастись терпением и не откликаться, покуда его не окликнут трижды. В это время жена Со Самана должна приготовить дары для гонцов – костюмы, пояса и башмаки, а также рис – и позвать шаманку, чтобы провести обряд задабривания Ёмна.