Елена Яр – Бестия в латунном браслете (страница 10)

– Приветствую вас, – поскрипело существо, которое всё же идентифицировалось как мужчина. – Неловко вышло. Я не то чтобы прятался… не сразу вас заметил, а потом было неудобно вклиниваться посредине разговора. Меня зовут Гизмо, Гизмо Дженнингс. А вы, стало быть…?

– Я детектив Джеймс Спенсер. А это моя… помощница Алария.

– Бестия? – оживился Гизмо, очевидно, разглядев латунный браслет. – Ух ты! А можно её поближе рассмотреть?

В груди Аларии начал формироваться рык, и Джеймс поспешил ответить:

– Мы здесь не за этим. Я буду расследовать дело о смерти часовщика, поэтому я здесь. А вы?

– А я здесь работаю. Подсобные работы, уборка, мелкая починка, туда-сюда. Почитай уже лет сорок, – отвечал Гизмо Джеймсу, но сам украдкой, маленькими шажками подбирался всё ближе к Аларии – похоже, бестия очень сильно его заинтересовала. – А вы, стало быть, выкупили дело? Неужто с причинами смерти господина Тибериуса не сможет разобраться обычная полиция?

Это Джеймс тоже решил проигнорировать. Вообще, его начал разряжать манера Гизмо отвечать на вопросы кучей собственных.

– Вы и обнаружили тело, мистер Гизмо? – Это детектив и так знал из документов, но никогда не бывает лишним проверить базовые сведения.

– Да, – сразу погрустнел мужчина, ещё больше скрючившись. – Вот прямо тут и лежал, бедняга.

Гизмо не особо чистым пальцем указал в рисунок на полу. Большой астрономический круг, на котором изображены планеты демиургов и их путь вокруг солнца, меридианы и зоны стихий – всё это казалось вполне логичным именно здесь, в сердце времени. «Вселенский часовой механизм» – любил называть эту классическую карту старый учитель Джеймса.

– Прямо в центре лежал, – продолжил рассказывать Гизмо, – словно в ритуале каком участвовал. Может, и впрямь не сам он умер, а? Как считаете, господин детектив?

– Ну, упал он не в центре, – подала голос Алария. – Это он потом переместился в середину круга.

Джеймс начал думать, что польза от бестии всё же будет. Надо только избавиться от лишних глаз и ушей. Но сначала надо задать все интересующие вопросы.

Не позволяя Гизмо отвлекаться, детектив выяснил, что часовщик в последнее время много ворчал по поводу того, что ремонт ратуши и пыль проникает под купол и вредит механизму. Что у Тибериуса есть дочь – девица на выданье, но слишком тощая, которая работает в ресторане под названием «Инферно». На здоровье старик жаловался постоянно, он иногда даже ночевал прямо в здесь, наверху в ратуше, чтобы не ходить по крутой лестнице.

Спровадить мужчину получилось не так просто, как получить ответы. Он только что руками не цеплялся за перила, пытаясь придумать повод остаться подольше.

Когда они с бестией наконец остались одни, Джеймс повернулся к ней и спросил:

– Что ещё ты можешь сказать по поводу этого места?

– Мне здесь не нравится. – Она пожала плечами.

– Можешь чуть подробнее сказать. Не нравится что?

– А что тебе за дело? – Алария вдруг нахмурилась. – Тебе ничего не угрожает, так что моё включение вроде бы не требуется.

Джеймс прищурился. Временами бестия очень напоминала обычную девушку – непонятную часть человечества, к которой надо найти подход и стараться не обидеть ненароком. Но это был опасный путь. Тот, кто забывал, что рядом с ним существо из другого мира, жестокое и опасное, сам становился жертвой и весьма плачевно заканчивал свои дни. Лично он не знал, но слышал, что иногда люди сближались с бестиями и давали тем свободу. И тогда погибель ждала не только самого отчаянного владельца зверя, а ещё и многих невинных вокруг. Вернуть освободившуюся от браслета бестию в свой мир очень непросто, а в одиночку – практически невозможно.

На эту дорожку Джеймс Спенсер точно никогда не встанет. Но искать ключ к собственной бестии всё равно придётся.

– А тебе не интересно? – спросил он. – Мне казалось, тебе нравятся загадки. Ты и моего друга Оукли часто развлекала такими…

– И в чём здесь загадка? – мрачно насупив брови, спросила она.

– Ну смотри: убийца – если, конечно, здесь имело место убийство – пытается сделать так, чтобы его не поймали. Он путает следы, старается не оставлять улик, наводит на ложные версии. Детектив же пытается распутать все сложности и докопаться до правды. И в итоге поймать преступника.

– Почти как охота?

– Почти как охота. – Джеймс в последний момент поймал улыбку, уже готовую вырваться на свободу. Как ни старалась бестия, свою вспыхнувшую заинтересованность ей скрыть не удалось.

Она ещё некоторое время постояла, скрестив руки на груди, но потом выдохнула и медленно повернулась вокруг своей оси.

– Я не знаю, какие ещё есть места в вашем мире, – начала она, разглядывая механизм часов, – но здесь хорошо убивать, чтобы прятать следы. Тут сильно пахнем магией, и разной. Это сбивает, мешает учуять что-то ещё. Как можно убить человека в вашем мире, если нет крови?

– Здесь не только крови не было. Следов удушения и вообще чего-либо, что говорило бы о насильственной смерти. Возможно, он умер сам по естественным причинам. Но мне нужно проверить и убедиться, что это так. Есть куча способов умертвить человека, магические в первую очередь. То, что тебе не учуять, не беда. У меня есть и свои способы.

Джеймс отстегнул от своего пояса цепочку с висящим на ней металлическим кулоном, похожим на большую резную каплю. Присев рядом с центром нарисованного на полу рисунка, он взялся за конец цепочки и щелчком отправил кулон в движение. Металлическая капля начала раскачиваться, вырисовывая овалы и при этом постоянно ненамного смещаясь по кругу. В воздухе заискрило от магии, и бестия наморщила нос.

– Это что ещё за штука? – спросила она.

Джеймс, не отрываясь от своего занятия, предупредительно поднял палец свободной руки, призывая её помолчать. И лишь когда кулон проплясал овалами полный круг, мужчина встал, ловко подхватывая свободный конец и собирая цепочку себе в кулак.

– Это маятник Фуко, – пояснил он. – Позволяет отследить магнитные колебания земли и узнать, нет ли в них нарушений.

Алария качнула головой, явно не понимая ни слова.

– Проще говоря, я могу узнать, проводился ли здесь какой-либо ритуал в последнее время. Любое магическое вмешательство вносит коррективы в земное поле, и требуется некоторое время, чтобы оно выровнялось.

– А тебе эта штука не мешает? – немного ревниво уточнила Алария, кивая на часы за спиной.

– Зависит от концентрации и силы мага. Но ты права, она здорово сбивает. – Джеймс огляделся. – Где, ты говоришь, сначала лежало тело?

– Тут. – Она указала на место в полутора метрах от центра рисунка.

Мужчина переместился и заново запустил маятник. В этот раз Алария уже с большим интересом наблюдала за его действиями.

– Любопытно, – проговорил Джеймс, задумчиво возвращая кулон на ремень своих брюк.

– Что? – Бестия едва не вытянула шею, стараясь заглянуть ему в глаза.

– Что-то здесь явно происходило, – не стал скрывать он. – Несильное, но всё же явно магическое по природе вмешательство было. Но, к сожалению, нам это не слишком помогает. Возможно, у часовщика был при себе шприцедоз, если были проблемы с сердцем, и он о них знал. Тогда, почувствовав себя плохо, он просто активировал препарат и ввёл его себе. Раскрытие лекарства вполне могло вызвать возмущение магнитного поля… Но это стоит проверить. Идём!

***

Ресторан, в котором работала дочь часовщика, оказался пафосным и ярким. А значит, бестиям туда вход закрыт. Не то чтобы владельцев бестий, которых много именно в обеспеченных кругах, было заказано посещение этого заведения и подобных ему, просто созданий из Бестиарры надлежало оставлять в специальном зверятнике позади ресторана. Их там тоже кормили, если хозяин распорядится.

Но Джеймс Спенсер был пока не готов к таким экспериментам. Кто знает, какие ещё лазейки в его приказах сможет обнаружить Алария.

На удачу, владелец заведения оказался хорошим знакомым его семьи, поэтому, вознося мысленные благодарности аристократическим связям, Джеймс договорился о встрече с Луизой Тибериус в демократичном кафе напротив.

Девушка пришла в строгом одеянии официантки, состоявшем из блузы, кожаного жилета и длинной в пол юбки. Сквозь слой пудры можно разглядеть покрасневший нос – другой косметики на девушке не было. Вероятно, она плакала, переживая горе, и поэтому не стала ни подводить глаза, ни красить ресницы. Относительно причин выхода на работу в такой день Джеймс не определился: то ли ей настолько катастрофически нужны деньги, что даже смерть отца не являлась самоотводом, то ли хозяин ресторана являлся редкостным самодур. Исключать ни одну из версий было нельзя.

– Добрый вечер. Это вы хотели со мной поговорить? – спросила она.

Джеймс встал, дождавшись, когда девушка присядет, а затем снова опустился на свой стул. Луиза стрельнула взглядом на браслет сидящей напротив бестии, затем настороженно поглядела той в лицо, но ничего не сказала. Алария же прищурилась и ради разнообразия не стала вздёргивать в недовольном рыке губу.

– Я расследую обстоятельства смерти вашего отца, – начал Джеймс.

– Обстоятельства? То есть… – Девушка затеребила юбку. – Это может быть убийство?

– У вашего отца имелись враги? – Джеймс не стал ни опровергать, ни подтверждать её замечание. – Недоброжелатели, быть может?