Елена Волшебная – И друг может предать (страница 40)

— Идём? — робко спросила, отрывая от отражения взгляд: та девушка напротив даже чем-то пугала.

— Конечно, моя принцесса, — он услужливо и чуть насмешливо подал руку, а я поняла, что меня доводило до дрожи в отражении: я действительно была в таком виде близка к королевской чете.

Перемещение, которое раньше волновало и захватывало, теперь не вызывало никаких эмоций. Вообще. Они стали привычными, и именно поэтому потеряли всю свою прелесть. Шатко-валкий домик встретил обычной сыростью, а мрамор — своей гулкостью стука туфлей. Оборотни, стоявшие как всегда на страже, что-то уловили в моём виде, а быть может, настроении, но не решились даже попросить продемонстрировать свои способности, как делали всегда. Даже одновременно отступили на пару тройку шагов назад, оставаясь позади.

— Готова? — шёпот раздался над ухом, от чего я, и так взвинченная, резко вздрогнула, но меня тут же поддержали сзади руки, не давая оступиться. — Я всегда буду за тобой, главное — не теряй головы.

— Ты так говоришь, что мне одновременно не терпится увидеть что там, но и страшно до безумия, — я стояла в шаге от огромных кованых дверей, которые отрезали нас от шумного веселого собрания, которое в этот раз, вроде бы, было шумнее, чем обычно.

— Давай, — он легонько толкнул рукой двери, и те открылись, показывая мне привычную и даже в какой-то мере родную картину шабаша. Но, как и предсказывал Сат, что-то было не так. Лишь только я показалась, как все девушки, женщины и старухи замолкли, настолько пристально всматриваясь в меня, что становилось страшно. Постепенно гул голосов нарастал, а в груди образовывался сковывающий неприятный комочек страха, от которого не было спасенья. Но было не ясно ещё одно: если Сат со мной, почему к нему нет никакого внимания. Мелькнула мысль, что он меня оставил, но обернувшись, я увидела его, так и стоящего в шаге позади, безмолвно подбадривающего. — Они меня не видят, не переживай. Только пока. Не хочу портить им раньше времени сюрприз. И ты мне сейчас не отвечай, не давай повод для подозрений, — стараясь как можно безразличнее обернуться назад, я наткнулась взглядом на Милиссандру, которая будто бы этого и ждала — тут же поднялась и подошла почти что вплотную.

— Идём, моя милая, — она резко ухватила за руку, потащив куда-то в сторону. Растеряно оглядываясь по сторонам, я видела в глазах других лишь азарт: они точно знали то, что произойдёт сейчас. А значит, единственной, для кого это сюрприз, была я. Подведя к огромной железной клетке, которая обычно пустовала, она толкнула меня прямо к решетке, радостно выплёвывая слова:

— Смотри, кого же мы поймали на землях. И вовсе он уже не такой смелый, как тогда, когда мы встретились с тобой в столице. Что же будешь делать теперь, а, Ярослава? — самодовольно улыбалась, понимая, в какую, пусть и не настоящую, клетку меня загнала. Но я пропустила её слова и, обхватив руками прутья, смотрела на парня, что сидел внутри, прижимая ноги к груди и оперев голову о колени. Услышав голоса, он поднял голову, пытаясь увидеть кто же там, но я понимала, что это сложно, ведь в клетке полумрак, а прямо за нами горел, слепя глаза даже нам, костёр с фениксом внутри. Но он всё же разглядел, потому что его рука, до этого безвольно лежащая на земле, потянулась в нашу сторону. А я, отравленная ужасом происходящего, смогла лишь отшатнуться от клетки, врезаясь в спину Сата, что тихо выдохнул мне в ухо:

— Теперь понимаешь, зачем я пришёл?

— О да! — так же тихо сказала себе под нос. Я прекрасно понимала, что происходит, и понимала, что ничем хорошим это не кончится в любом случае. Хотя, если здесь сам Сатана, то, быть может, у него ещё есть надежда?

Глава 15

— Что ты будешь с ним делать? — через пару секунд я смогла успокоиться и спросить.

— Буду делать я? — искренне поразилась ведьма. — Милая моя, делать будешь тут ты. Ты его убьёшь. Либо… — внезапно задумчиво протянула она, уставившись на Алекса. — Либо он убьет тебя. Возможно, воодушевившись его поступком, мы его и отпустим.

— Какая же ты… — стало противно. — И ты хорош, — зло прищурилась на Алекса, что смотрел на нас. — Что тебе вообще здесь понадобилось? Я никогда тебе не подчинюсь, разве это было не ясно с самого начала?

— Яра… — попытался он что-то сказать, но передумал и лишь махнул рукой.

— Как прелестно, — Мелиссандра даже пару раз хлопнула в ладоши, а затем, провернув непонятно откуда взявшийся ключ в замке, открыла клетку. — Выходите, Ваше Величество, сейчас вы будете нас развлекать.

Александрис неуверенно посмотрел на нас, сделал два или три робких шага и вышел из своей тюрьмы. Тут же стихли разговоры и все обернулись к нам, обуянные жаждой представления.

— Обойдёмся малой кровью, — услышала я тихий шепот за спиной. — Убивай его не задумываясь, после можно будет оживить. Пусть другие получат то, что желают, — сказав это, Сат мягкой кошачьей походкой двинулся к принцу, по лицу которого было видно, что он стал видеть владельца Ада. Пара слов на ухо, и тот дернулся, в глазах появился страх, а мне показалось, что у Сата на секунду полыхнуло нетерпение и торжество.

— …а теперь посмотрим, сможет ли она холоднокровно убить его? — Тем временем вещала Мелиссандра для других, которые увлеченно посматривали на нас и перешептывались: видимо, ставили ставки, смогу убить или нет. А действительно, смогу ли?

— Итак, Ярослава, прошу, — мне в ладонь мягко приземлился мешочек с семенами кунжута, матово поблескивающими в свете костра.

— Яр, не надо, — глаза принца, пожалуй, в первый раз горели настоящим страхом и отчаяньем. Тут же шепотки начали стихать, всем было интересно развивающееся действие.

— Алекс, — шагнула к нему почти вплотную и произнесла так тихо, что даже сама едва услышала. — Мы потом оживим тебя с Сатаной, не волнуйся.

— Сестричка, — он порывисто обнял, прижимая к себе, заставляя коленки подгибаться, и зашептал на ухо, глядя не на меня, а за мою спину, видимо, на Сата: — прошу, не верь ему. Он хочет лишь моей смерти, он не поможет тебе. Я думаю, он пользуется и тобой, — от последней фразы всё внутри заледенело, а я вдруг снова начала люто ненавидеть его. Резко оттолкнув, выдала:

— Как ты можешь говорить такое. Умри! — ладонь сама по себе зачерпнула семена, они безошибочно полетели в парня. Первые пару секунд ничего не происходило, он даже слегка разочарованно, но с надеждой в глазах посмотрел на меня, но через секунду схватился за горло, будто кто-то перекрыл ему воздух, мешая дышать. Честно, я в первый раз использовала кунжут и не знала, как будет происходить смерть. И она мне не нравилась. Жгучее чувство вины захлестнуло, но когда на плечо легла рука Сата, она прошла, стало проще и… безразличнее?

Тело рыжего лежало около ног, лицо слишком уж быстро посерело, глаза остекленели, а грудь перестала вздыматься. Присев перед ним на корточки, аккуратно закрыла глаза, которые смотрели на меня невыносимо серой радужкой глаз.

— Давайте его закинем к фениксу! Ему будет угощение! — вдруг послышался чей-то крик, и я даже вздрогнула.

— Нет, — обернулась, пытаясь хоть немного заслонить тело. Сжигать его казалось диким, даже если бы мы с Сатом не собирались его воскрешать.

— Не тебе решать, деточка, — смутно знакомая ведьма зло взглянула на меня.

— Дамы, тогда прошу я, — услышала спокойный четкий и громкий голос Сатаны. На поляне тут же стало тихо, все уставились на меня и брюнета, что стоял рядом, непринужденно оглядывая ряды ведьм. — Не могли бы вы его гроб занести на перекрёсток четырёх дорог? — попросил их, взмахивая рукой над телом, окружая его толстыми дубовыми стенками. — Я бы сделал сам, но это ваша жертва, значит и ваше действо. Прошу, — он отступил ко мне на шаг. Никто не шелохнулся, все в изумлении смотрели на Сата, не в силах поверить в реальность. — Да делайте же! — повторил он, и тут же девушки, женщины, даже старухи резво, наперебой понеслись к гробу: то ли выполнять требование парня, то ли чтобы ближе поглазеть на предмет мечтаний.

Трещал огонь, и рыжие языки пламени вились в танце так высоко, что казалось, будто небо плавилось от их жара: настолько обидели птицу. Но она молчала, видимо не пыталась даже спорить с властителем Ада. Только мои глаза всё возвращались и возвращались вниз, будто они обязаны были быть прикованы к одному месту. Месту смерти, что сотворила я. Хотя и обещала себе, что такое не сделаю. Да, был прав тот перевертыш: я действительно даже с неким удовольствием кинула кунжут, лишь только сейчас осознав весь ужас. Но не всё же потеряно?

Тихо уткнулась лбом в плечо бессмертного, не в силах лицезреть гроб, слушая, как перешептываются о Сате ведьмы и чуть ли не проклинают меня.

— Пойдём, моя принцесса? — предложил он, видя, что я не в своей тарелке.

— Да, пожалуйста, — попросила у него. Через секунду мы уже стояли посреди той же комнаты, что и недавно. Подняла взгляд на парня и рискнула задать вопрос: — Когда мы пойдём спасать его? — вместо ответа Сат запустил руку в мои волосы, перебирая пряди, а сам поцеловал, заставив коленки подогнуться, а изо рта вырваться тихому стону.

— Нужно ли его спасать? — оторвавшись на мгновение, тихо поинтересовался он, вновь целуя уже в уголок губ. В голове начал стелиться мягкий туман, мешающий думать и соображать хоть что-нибудь — лишь промелькнула отчётливая мысль: «А может оставить всё так, как есть? Быть может, такая его судьба?»