Елена Васкирова – Чёрный юмор серых будней (страница 5)

После того, как на её глазах ожила убитая мышь, предложению насчет призрака Света не удивилась, только поинтересовалась, будет ли это настоящий призрак или какой-нибудь голографический. Алёна заверила, что призрак будет самый что ни на есть настоящий, их фирма веников липовых отродясь не вязала, только вот это будет не совсем Настя. Точнее, совсем не Настя. И попросила разрешения у Светланы рассказать историю Насти ещё нескольким… кхм, людям, которые никогда и никому её не разгласят, но сами должны быть в курсе до мельчайших подробностей. Света согласие дала. И на том они с Алёной распрощались. Та напоследок посоветовала ей почаще просматривать колонку криминальной хроники в местной газете. И сегодня утром, как раз перед тем, как вернуться домой и встретиться с Матвеем, Света купила свежую газету по дороге с рынка и прочитала, что Павел Земцов найден мёртвым в автомастерской.

– Вот так всё и было. – Светлана потянула новую сигарету из уже наполовину пустой пачки.

—Бабушка знает, что ты куришь? – тщетно пытаясь сохранять твёрдость в голосе, спросил Матвей. Искомой твёрдости в голосе почти не ощущалось, после рассказа девушки мысли Матвея пребывали во временном ступоре, и больше всего ему сейчас хотелось проснуться у себя дома, на диванчике.

– Знает. Она сама курит. – Светлана подняла глаза на Матвея. – А ведь вы мне… верите.

– Верю. Я сам там был. На кладбище. Когда эта Алёна Настю… поднимала.

Светлана поперхнулась дымом и закашлялась. Из глаз девушки хлынули слёзы. Она даже не пыталась их вытирать.

– Ей больно, да? Ей плохо? Скажите мне, пожалуйста!

– Она умерла, Света. Ей сейчас не больно и не плохо. Ей хорошо, там, где она сейчас.

– Но она же так и не ушла, раз её смогли поднять! Я знаю, я читала! Я так много прочитала про это! Если бы она совсем умерла, она бы не разговаривала! А она же говорила, да? Вы же слышали?

– Говорила. Только мало и непонятно. Но про этого Павла я запомнил. И про тетрадку в ящике с обоями.

– Значит, она так и ждала там! Столько времени! Столько времени!..

Матвей не знал, что говорить, как утешать. Да Светлана, похоже, и не ждала утешений. Она просто тихо плакала, слёзы катились по щекам непрерывными тонкими ручейками, а в судорожно сжатых пальцах дотлевала забытая сигарета.

Когда Светлана успокоилась, Матвей спросил, почему она ему всё так запросто рассказала – ведь наверняка при заключении этого фантастического договора с неё потребовали какую-нибудь подписку о неразглашении. Света замялась, но, собравшись с духом, призналась, что полиции она боится больше, чем некромантку Алёну. Взяв со Светланы клятвенное обещание без его разрешения больше никому и ничего не рассказывать, Матвей записал адрес фирмы «Последний привет». Идти туда надлежало под прикрытием. Если размахивать ордером, все подозрительные типы моментально разбегутся, и толком ничего выяснить не удастся. Рассказ Светланы, записанный украдкой на диктофон в потайном кармашке, нужно было оформить в письменном виде. Исходя из всех этих соображений, Матвей попрощался с заплаканной девушкой, велел непременно позвонить, если что случится, и отправился на работу.

В отделении, как всегда с утра, было шумно, многолюдно и дымно. Курить в кабинетах операм пытались запретить неоднократно, даже грозились штрафами и выговорами, но драконовские меры блюстителей правопорядка не пугали, они вполне резонно отвечали, что по нынешним временам штраф обойдётся им дешевле блока сигарет, а выговор ещё надо обосновать, подкрепить свидетельскими показаниями и утвердить на комиссии. И продолжали дружно дымить, разгоняя сонную одурь от круглосуточных дежурств. Людей в отделении не хватало, все пахали без отгулов, отпусков, даже иногда без выходных, и волей-неволей начальству приходилось закрывать глаза на такое вопиющее нарушение Закона о благополучии населения.

Матвей к дыму давно привык, шум его от размышлений не отвлекал, он даже рад был, что на работе всё так привычно, как всегда. Странные события, о которых рассказала Света, отдавали потусторонней жутью, и Матвею было не по себе. Весь его скромный пока что жизненный опыт вкупе со здравым смыслом упорно не соглашались признавать существование подобных вещей и явлений неоспоримым фактом. Даже то, что Матвей лично видел оживление Анастасии, упрямого дознавателя не переубеждало. А кто сказал, что это реальное оживление, а не спектакль с заранее подготовленной сценой и реквизитом? И не было там никакого трупа, а был, скажем, манекен? Ночью, в темноте, да ещё на кладбище даже обычная палка с простыней сойдёт за ожившего мертвеца. Тем более у такой фокусницы как эта Алёна. В историю с обезглавленной мышью Матвей тоже не верил. Пока сам не увидит, не пощупает – ни одна сила в мире его не переубедит. Вот так вот.

На планёрку Матвей опоздал, поэтому про утренний визит к Нестеровым доложил только старшему его по званию Шурику. В подробности не вдавался, лишь намекнул, что есть версия о причастности к смерти Земцова работников фирмы «Последний привет». Шурик про эту фирму знал, при подобном намёке слегка удивился, так как за фирмой отродясь никаких грешков по профилю их ведомства не водилось, но продолжать расследование Матвею разрешил, даже взялся самолично доложить шефу о похвальной Матвеевой инициативе на вечернем совещании. Идею с разведкой под прикрытием Шурик одобрил. Путём мозгового штурма продолжительностью в две сигареты – для Шурика, и одной чашки растворимого кофе – для некурящего Матвея, решено было, не мудрствуя лукаво, истинное место работы Матвея не скрывать, отправляться к душеспасителям с поднятым забралом, а в качестве легенды рассказать трогательную историю о погибшем четвероногом друге. Каковая история вымыслом отнюдь не являлась – у кинологов действительно погиб отличный служебный пес. Матвей, уважавший собак, знал его лично, и смерть Гросса под колёсами машины мелкого наркодилера искренне его огорчила. Хозяин Гросса даже взял день на поминки за свой счёт, и Матвей ходил к Илюхе домой: они были друзьями с детства, одноклассниками и в училище учились на одном потоке. Илюха пил и, не скрываясь, плакал. Матвей тоже пил и сочувственно молчал. Дело было в начале весны, подробности Матвей запомнил хорошо, и фото Гросса в служебном телефоне до сих пор сохранил. Рассказать о своей непреходящей тоске по настоящему другу, пусть и бессловесному, и попросить психологической помощи для начитанного лейтенанта Карпухина труда не составит. На том и порешили.

Матвей быстро перепечатал рассказ Светланы с диктофона, запаролил файл, а распечатки спрятал в сейф, в папку под грифом «Неотработанные версии». Туда же, в сейф, подумав, положил табельное оружие, справедливо рассудив, что за помощью с дубиной не ходят. И отправился на разведку.

Добираться пришлось долго. Офис фирмы «Последний привет» располагался почти на окраине города. Недалеко, кстати, от нового городского кладбища. По дороге Матвей попытался настроить себя на меланхолический лад, но ничего не вышло – день окончательно решил стать солнечным, при ярком свете все потусторонние ужасы казались не страшными, а даже немного забавными. В итоге Матвей, плюнув на меланхолию, всю дорогу в тряской маршрутке резался в новую стрелялку, недавно установленную Егоркой на его служебном мобильнике. Перебив кучу террористов, Матвей удовлетворённо хмыкнул и огляделся. В маршрутке сменились пассажиры, теперь ехало много женщин в чёрных платочках со скорбно опущенными уголками губ, и Матвей понял, что приближается к конечной точке своего путешествия.

Фирма «Последний привет» занимала первый этаж официального вида здания. Помимо приветовцев там обосновались несколько бюро ритуальных услуг, что было весьма разумно, учитывая близость кладбища. Матвей сообразил, что здесь он уже бывал, и не раз, но внимательно вывески не читал, потому и не знал, чем занимается фирма. Наскоро прокрутив в голове легенду, Матвей несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, придал лицу соответствующее серьёзное, немного печальное выражение и шагнул в распахнутую дверь.

– Здравствуйте. Вы по записи? – сидевшая за регистраторской стойкой девушка приветливо улыбнулась вошедшему Матвею, оправдывая название фирмы.

– Здравствуйте. Нет, я в первый раз.

– Вам нужна консультация психолога?

– Да.

– Заполните, пожалуйста, анкету. У вас паспорт с собой есть?

– Служебное удостоверение. Годится?

– Да, вполне. Присаживайтесь, где вам удобно.

Матвей выбрал самое дальнее кресло и принялся за анкету, попутно внимательно оглядывая и оценивая окружающую обстановку. Всё очень уютно, почти по-домашнему. Идеально чисто, всюду цветы. На стенах множество разноцветных дипломов в стеклянных рамках. Тишину нарушает лишь журчание настольного фонтана – девушка в белом платье льёт воду из белого кувшина на крохотное блестящее колесо. Абсолютно умиротворяющая обстановка.

Заполнив анкету, Матвей сдал её улыбчивой регистраторше, та проставила на бумаге несколько цифр и печать, и велела Матвею идти до конца коридора, последняя дверь налево, там его примет дежурный психотерапевт. Матвей поблагодарил и получил в ответ ещё одну фирменную улыбку.

В кабинете дежурного душеправа было так же уютно, как в холле. Дипломов на стене, правда, поменьше, но зато все с огромными фиолетовыми печатями и золотыми буквами. За столом восседал грузный дядька с пышными усами, вылитый Портос – услужливое воображение немедленно дорисовало на столе пяток бутылей бургундского и блюдо с жареными фазанами. В полном оперении.