Елена Усачева – Уравнение с двумя неизвестными (страница 16)
– А Лиза местная? Просто из другой школы пришла? Или как я? Приехала?
Темноволосая Кика посмотрела на Аню испуганно, собрала рюкзак и убежала. Маша дорисовывала елочку на ногте.
– Не, она местная, – протянула Ма-ша. – Просто у нее школа была плохая, а у нас хорошая.
– Почему плохая?
«Плохая»? Так не бывает. Школа она и школа. Учителя. Ребята. Это у них тут плохая. Вот у Ани раньше…
– Чего там было плохого? – повторила Аня вопрос.
Рисовальщица подняла глаза и улыбнулась. У нее было конопатое лицо, и от улыбки конопушки стали разбегаться по носу, по щекам.
– Маша! – громко позвала Лиза. – А дай мне, пожалуйста, карандаш.
От этого голоса Аня вздрогнула и посмотрела. В шее что-то щелкнуло. Вот ведьма!
Рядом с Небыковой стояла Кика и Соня. Все трое пялились на Аню. Со своих мест с любопытством поглядывали не ушедшие еще художницы. А вдоль доски торопился к выходу Буренин. Спешил занять место в другом кабинете.
– Ага, пять сек! – отозвалась Маша, задумчиво разглядывая свой рисунок.
Вот кто никогда никуда не торопился и ни о чем не беспокоился.
Аня села ровно. Плохая школа, хорошая школа… Из-за этого Лиза перешла сюда. Боря не брат. Ладно, пускай все так и будет. Ей-то какая разница? Ей просто хочется общаться, хохотать, бегать. Ей хочется снова почувствовать себя хорошо.
Девчонки продолжали смотреть. Черноволосая Кика что-то быстро шептала на ухо Лизе.
Ане показалось, что в шуме шагов уходящих она слышит стук копыт. Или это у нее в ушах кровь гудит?
Как там сказал историк? Цель объединяет людей против… ну вот против кого-то объединяет. И сейчас против всех неожиданно оказалась Аня… Или они всех новеньких так принимают?
Что вдруг произошло? Боря не брат Лизы. Ну и отлично! Велика трагедия! Аня и не настаивает.
Или все же велика?
На математике история повторилось – Буренин занял всю парту. Перемена еще не закончилась, Лизы с Соней не было. Как не было Кики и художниц. Не было и Маши. Лиза выбирает нужный карандаш?
Ну и ладно, без их внимательных взглядов будет спокойней.
– Двигайся! – толкнула Буренина Аня.
– К Небыковой иди, – отмахнулся Миша.
– Сам туда иди! Меня сюда классная руководительница посадила!
Миша засопел, но не сдвинулся.
Прозвенел звонок. В класс стайкой залетели девчонки. Мгновенно заняли свободные места. Соня села на свое место и так плотно придвинула стул вместе с собой к парте, словно хотела слиться с ней.
– Двигайся! – снова толкнула соседа Аня.
Он упрямо смотрел перед собой.
– Да двигайся же ты!
Аня двумя руками надавила на Буравчика. И то ли он в этот момент сместил центр тяжести, то ли Аня приложила слишком большое усилие, но стул под Мишей качнулся, и одноклассник повалился на бок. Соседний стул с грохотом обрушился на батарею, шарахнул спинкой о подоконник. Буренин взмахнул руками и сполз на бок. Упасть окончательно не дал соседний стул, отменивший трагедию.
– Что за шум? – Учительница по математике вошла медленно, словно ей было больно ходить. Увидела лежащего Буренина, стоящую рядом Аню и онемевший от случившегося класс.
– Новенькая? Ты уже дерешься? У нас в школе никто никогда не дерется. Это запрещено!
– Обалдела, что ли? – выпалил пришедший в себя Миша.
– Он сам, – взвизгнула Аня. – Он не дает на место сесть.
– Это не повод распускать руки!
Буренин болтал ногами, стараясь вернуть стул на ножки.
– Да не трогала я его! – в отчаянии вскрикнула Аня. – Он меня не пускает сесть.
Она надавила на стул соседа. Тот с грохотом встал на место. Буренин вскрикнул.
– Перестань его бить! – вскочила со своего места Лиза.
– Небыкова, сядь, мы сами разберемся, – поморщилась учительница.
– Нет, ну а чего? – не унималась Лиза. – Разве Буренин виноват, что с новенькой никто не хочет сидеть!
– Почему? – спросила учительница.
– Чего это никто? – возмутилась Аня. – Это только Буренин упирается! Я на любое другое место сяду! Но у вас же мест нет!
– Помолчи! – отмахнулась от ее слов учительница. – Я сама решу, куда ты сядешь! Что происходит? Какая проблема с местом? Вы всем классом решили не принять нового человека? Тоже мне нашли достойное занятие для средней школы!
– Да она сама так себя ведет, вот никто и не хочет, – взволновано говорила Лиза. – Еще и ходит, настраивает всех против друг друга, сплетни пускает.
– Не было ничего этого! – ахнула Аня. – Вы вообще тут разговаривать друг с другом не умеете.
Учительница хлопнула по столу ладонью. Звук получился звонкий. Аня вздрогнула. Лиза тоже дернула головой.
– Ладно. Я поняла, – математичка недовольно потерла отбитую ладонь. – Троина, после урока идешь за классной руководительницей и вместе с ней поднимаешься к завучу по воспитательной работе. Я всем сейчас напишу сообщения. А пока… – Она скользнула взглядом по классу, заметила красного от возмущения Мишу. – Буренин, сядь уже ровно. Что ты как паровоз! Троина, возьми стул, сядь сзади. Я не понимаю, что происходит в вашем всегда тихом классе.
Сидеть сзади отдельно без парты словно она провинившаяся?
Аня в отчаянии глянула на ребят. Ее могла спасти Маша, но та была увлечена очередным рисунком. Федя что-то быстро шептал Саше, тот недовольно поджимал губы.
– Но я же не виновата. – Жалость к себе накрыла с головой. Лицо жгли подступившие слезы.
Математичка снова оглядела класс. Все это было как-то странно.
– Где ты сидела на прошлом уроке? – спросила, продолжая недовольно морщиться.
Саша поднялся. Федя попытался его удержать, но он отдернул руку.
– Здесь сидела! – сказал он, сгребая учебник и тетрадку. Упала ручка.
– А я чего? – не выдержал Федя.
– Ничего, – бросил в его сторону Саша, поднял ручку и пошел к парте Буренина.
– Да пускай сзади сидит! – крикнула Лиза.
– Ти-ши-на! – три раза хлопнула ладонью по столу учительница. – Раз Троину туда посадили, то меняйся местами. Почему вы сразу мне это не сказали? И хватит тут устраивать демонстрации. Урок начался, – добавила она, набирая что-то в телефоне.
– Спасибо, – прошептала Аня, проходя мимо Саши.
Не ответил. Даже не посмотрел. Ну и ладно.
Не победа. Еще большее поражение. Потому что за этим уроком должен был быть другой урок, потом четвертый и пятый. Спасала только физкультура, на которой не надо было нигде сидеть. Но до нее еще так далеко. А раз физкультура, значит, спускаться в подвальную раздевалку. Брр, как там неприятно. От каменных стен веяло холодом. Лампы давали больной желтый свет. Ступеньки приводили сначала в низкое квадратное помещение, а оттуда через дверь в коридор с двумя дверями – раздевалка мальчиков у входа и чуть дальше – раздевалка девочек. Мальчишки любили, уходя, гасить общий свет и хлопать внешней дверью. Девочки традиционно визжали.
На перемене Аню забрала Ольга Борисовна и повела в кабинет завуча.
– Подожди здесь, – приказала, толкнувшись в закрытую дверь. И сразу ушла.
Аня бросила рюкзак к ногам. Прислонилась к стене. Нестерпимо, до крика хотелось исчезнуть. Вообще пропасть из этого мира. Ей нет места здесь, ее не ждут там. Ну и ладно. Потом схватятся, поздно будет!
Она снова вспомнила прошлогодний поход. Тогда тоже возникло такое состояние безвременья. Когда сделать ничего нельзя, можно только ждать.