Елена Усачева – Уравнение с двумя неизвестными (страница 14)
– Ну вот видишь…
– Он не двигается!
Переплела руки на груди и отвернулась к стенке.
– Остальные только в телефонах сидят, – буркнула в цветочный рисунок на обоях.
– Не наказуемо, – покачал головой папа.
– Они все там странные!
Папа должен был ее поддержать! Но почему-то совершал обратное.
– А ты не странная? – сказал он ну уж совсем неожиданное. – Ты от них чего-то хочешь, о чем никто не догадывается! Наплела про каких-то лошадей. Теперь они вообще не знают, что о тебе думать.
Аня открыла рот. Закрыла. А не надо про нее ничего думать. Надо делать! Вот почему они на соревнования не пришли? Это тоже она виновата?
– Еще я с парнем познакомилась, – заторопилась Аня, вспомнив, – Глебом зовут, он из девятого.
– Ну вот видишь! – усмехнулся папа.
– Ничего я не вижу, – окончательно обиделась Аня и снова уставилась на обои.
Рисунок бежал тонкой змейкой, ответвлялся на цветок, листик, листик, цветок, еще два листика.
– Давай, не хандри, – обнял ее папа. – Притирка в новом коллективе – нормальное явление. Появятся друзья. Вон уже с кем-то познакомилась. Скоро все забудут, что ты новенькая. Не заставляй их играть по своим правилам. Изучи их правила.
– У них никаких правил нет, – буркнула Аня, выбираясь из объятий.
Все это были не те слова. Почему папа не ругает глупых одноклассников? Почему вдруг виновата оказалась она одна?
– Я тогда поделку тоже не буду приносить. Они же не сделают.
Сказала и от осознания глобальной несправедливости тихо застонала.
Цветок, листик, листик – так просто. Обыкновенная закономерность. И в этом классе тоже может быть просто.
– Как быстро у них научилась, – тихо произнес папа.
Аня вспыхнула. Ах так? Тогда она такую поделку сделает! Такую! Из спичечных коробков!
– Из спичечных, так из спичечных, – согласился папа. – Рисуй схему, а я спички куплю. Коробки будешь закрашивать или заклеивать?
Опять разозлилась. Сколько всего надо передумать. Еще эти стремена.
В ночи в соцсетях прилетело письмо от Лизы.
«Тройкина, ты совсем тупая? Говорила же! Не лезь к моему брату! Теперь ты труп!»
«У него нет сестры», – вспомнились слова Глеба. – «Я с Линовым с первого класса».
На кухне тихо переставляла посуду мама. Аня пошла на звук и на свет.
Мелкая ползала по манежу. Мама терла лоб, словно что-то забыла.
– Мама, а разве так бывает – старший брат говорит, что у него нет сестры, а сестра, что у нее брат есть.
– Бывает, – вздохнула мама, выглядела она очень уставшей. – Когда сестра так достала брата, что он ее уже видеть не может.
Аня сунула палец мелкой, та вяло взяла и тут же выпустила. Недовольно закряхтела.
– А бывает ли так… – Аня подняла глаза к потолку. Как бы поточнее сказать? – Что… брат… он сначала без сестры, а потом… И фамилии разные.
– Бывает, – мама забрала мелкую из манежа, поправила ей на голове шапочку. – Когда не родные. Папа и мама сначала были в одних семьях, потом там разошлись и поженились.
– И сейчас у старшего брата есть младший брат… – прошептала Аня.
Как же она сразу не догадалась!
– Ну да. – Мама потрогала подготовленную для мелкой бутылочку, не горячо ли. – Их теперь там трое.
Трое… Но Боря все равно говорит, что их двое – он и младший брат. Опять не получается! Он ходит по одной квартире с Лизой и не видит ее?
– Мама, а можно я завтра в школу не пойду?
Мама посмотрела на младшую дочь, потом на старшую. Вздохнула.
– Папа сказал, что у тебя там какие-то сложности. Но от того, что ты будешь прогуливать, они легкостями не станут. Страхи лечатся, когда ты идешь туда, где страшно. По дороге становится понятно, что ничего страшного нет. А есть только путь. Движение вперед.
Это было как-то очень сложно и совершенно неправильно. Всем известно, что если переждать, то проблема сама собой разрешится. Или забудется.
Утром Аня позавтракала, взяла рюкзак и вышла на улицу. Встречаться перед школой с разъяренной Лизой не хотелось. Тут-то точно можно было переждать. Позлится, позлится и перестанет.
А поэтому надо просто войти так, чтобы с Лизой не пересечься. Проскочить раньше всех. Место у окна занять. Буравчик будет у прохода – как раз загородит от вредной Буренки. Если произойдет нападение – станет цветами с подоконника отстреливаться.
Мысль пришла слишком поздно. Пока добежала до школы, на крыльце уже обосновалась Лиза и внимательно высматривала приходящих.
Отправилась вокруг забора по периметру. Войти в школу можно было либо от центральных ворот, либо от калитки мимо памятника героям войны. Оба пути были хорошо видны с того места, где стояла Буренка. С тыльной стороны забора тоже была калитка. Подергала. Закрыто. Пошла обратно.
Бродить вдоль забора не самое приятное занятие. Мусор всякий, кусты, палки под ногами. Прутья забора шли с постоянным шагом, между ними – не пролезть. Через верх перебраться попробовать можно. Но сначала надо было как-то вскарабкаться на этот самый верх. По гладким прутьям никак. Найти поближе стоящее дерево? Например, вот это. И опираясь о ствол…
Соскользнула, расцарапала ладонь. Лошадь глупая!
Из-за дерева показался парень. Мазнул по Ане взглядом, перекинул сумку через забор, приблизился к прутьям и… оказался на стороне школы. Подобрал сумку и побежал через спортивную площадку к зданию.
Аня сделала несколько осторожных шагов. Ну конечно! В одном месте прутья нарушали дистанцию – в это пространство можно было протиснуться. А рюкзак?.. Рюкзак перекинет.
Лиза проверяет дорожку. Отлично! Смотрит направо. Аня обошла школу с другой стороны, проскользнула под окнами, легко забралась на высокий парапет крыльца, дождалась толпы покучнее, нырнула в открывшуюся дверь.
Ну вот, все получилось. А среди класса Небыкова с ней разговаривать не будет. По крайней мере, кричать в толпе точно не сможет. У них в шестом «В» молчат. Вот и Лиза будет молчать.
Новое препятствие нарисовалось неожиданно. Как она могла забыть. Буренин! Сидит по центру. Конечно, подниматься или двигаться не собирается.
– А я как сяду? – спросила Аня.
– Не со мной, – засопел Миша и стал перекладывать учебники с края парты.
– А с кем? – Аня оглянулась.
– С кем хочешь, – буркнул сосед.
Класс еще не заполнился, и было не понятно, кто придет, а кто нет. Но ей не нужна была какая-либо другая парта. Ей нужна была именно эта. Она давала возможность спрятаться от Буренки, которая вот-вот появится.
– Я у окна сяду, – настаивала Аня. – От него дует. Ты заболеешь.
– Я никогда не болею, – упрямился Миша, опровергая самую вероятную причину вчерашнего отсутствия.
– Ну пусти меня!
Аня шагнула на стул упрямого соседа, взмахнула рюкзаком прямо над его затылком.
– Садись со мной! – громко сказала Лиза.
Аня не заметила, как та вдруг оказалась в классе.
– Я найду что-нибудь, – попятилась Аня.
– Садись!