Елена Усачева – Три богатыря и Шамаханская царица (страница 13)
Взгляд её остановился на сидящем на низкой банкеточке князе. Тот сразу встрепенулся и побежал к трону.
– Дорогая! Свадьба состоялась! Открой личико-то, – ласково попросил он.
Царица утомлённо закатила глаза. Вот настырный-то! Сейчас она придумает, как от него избавиться.
Но спокойно подумать ей не дали. В зал вошли жёны богатырей.
– Вот они, голубки! – с порога начала Настасья.
Боевой дух из неё ещё не выветрился. Она шла, размахивая скалкой.
– Где наши мужья? – потребовала ответа Настасья.
Вид у девушек был грозный. Но и царица оказалась не лыком шита.
– Вам туда, – приказала она, поднимаясь и показывая на дверь, за которой слышались рыдания.
– Это жёны богатырей, – подсказал ворон.
– А, – протянула царица и подошла к девушкам. – Так вы их боевые подруги? Ах, бедняжки. Боюсь, вы их больше не увидите. С ними покончено.
Девицы разом вздохнули, сдерживая подступившие к глазам слёзы.
– Ну, что же вы не рыдаете? – злорадно спросила царица.
– Не дождешься ты наших слёз! – выкрикнула самая маленькая, Любава... и заплакала. – А-а-а! Алёшенька!
– Ах ты ведьма! – вконец осерчала Настасья и пошла на царицу. – Сейчас я тебе!
Да как ударила ту скалкой по макушке! Замахнулась в другой раз, но подлетевший ворон лапами вырвал у неё оружие.
– Стража! Схватить этих матрёшек! – приказала разгневанная царица.
К жёнам подошли два новых амбала. Любава вывернулась и побежала прочь. Замешкавшая Алёна сразу попала в сильные ручищи, но принялась биться и брыкаться. Настасья тоже сопротивлялась, но без верной скалки и её схватили.
– Какая же русская свадьба без драки! Ура! – воскликнул князь и запрыгал на месте. – Ура!
Но тут его сбила с ног невесть откуда прилетевшая скалка.
Любава бегала вокруг колонн по залу.
– Не догонишь, не догонишь! – кричала она стражнику.
Алёна с Настасьей одновременно пнули по ногам держащего их воина.
– Получай! – залихватски крикнула Алёна.
Стражник застонал и разжал руки. Алёна стала дубасить его своей сумкой.
Второй страж почти поймал Любаву, но споткнулся о подвернувшуюся под ногу скалку. Падая, сбил девушку и вместе они налетели на не успевшую увернуться царицу. Все покатились по полу. Первым в себя пришёл стражник. Он вскочил, подхватил Любаву. Но сдаваться девушка не собиралась. В попытке высвободиться она вцепилась в вуаль на лице царицы.
– Да отстань ты! – оттолкнула её от себя колдунья.
Шапка с вуалью слетела с её головы.
Царица выпрямилась.
И все в зале ахнули.
Ну и страшна она оказалась! Вся сморщенная, на голове ни волоска.
Ворон от бессилия уронил крылья. А князь блаженно улыбнулся.
– Открыла личико, – только и смог произнести он.
– Что уставились, остолопы! – гаркнула царица стражникам. – В темницу их!
Воины сгребли девушек в охапку и отправились на выход.
– Как она прекрасна, – залебезил перед женой князь.
– И этого тоже! – показала на мужа старуха. – Надоел, бестолковый!
Стражник подхватил князя и пошёл к темнице.
– Нет, не царица, не царица... – вздохнул князь, вися подмышкой у стражника, – а королева! Королева красоты!
Однако жёны богатырей не разделяли такого восторга.
– Пусти! Пусти! – кричала Любава, брыкаясь в руках у стражника.
Но тщетно.
Глава десятая. Битва вслепую
Счастливый ослик Моисей парил в воздухе. Нет, он не научился летать. Просто он сидел в сетке, которую нёс Горыныч. А ещё Змей держал такую же сетку с Юлием. Только в отличие от сияющего Моисея, говорящий конь был недоволен. Никакого уважения! Его, заведующего библиотекой, в сетке тащат, как пойманную рыбёшку.
На спине у Змея сидели богатыри.
– Ну что, Алёша, справился ты с силой тёмной? – спросил Добрыня.
– Ты понимаешь, какое дело, – отозвался из-за его спины Алёша, – с Ильей мы разделились, да я в болоте завяз. А ты?
– А у меня, брат, ещё хуже вышло, – признался Добрыня. – Я и вовсе до них не добрался. Верблюда своего потерял, Васю. Жалко его.
А Вася в этот момент был никакой не потерянный. Вместе с конём Бурушкой он спасал упавшего в яму Илью. Схватили они зубами ветки растущего рядом деревца, наклонили его, и по верхушке богатырь стал выбираться на свободу.
Как раз в это время над ними по небу пролетел Змей Горыныч. Первым его заметил Илья из ямы. Потом Бурушка. Конь от удивления выпустил ветку. А другая ветка в зубах Васи переломилась, и деревце выпрямилось. Илья как взлетел в воздух!
– Выходит, надежда только на Илью, – произнёс Добрыня на Горыныче.
И тут Илья промчался над ними и приземлился точно на спину Змею, прямо перед Добрыней.
– О! Илюша! – обрадовался тот.
Да только теперь тяжеловато стало Горынычу, и его резко потянуло вниз. Моисей с Юлием в ужасе заголосили.
– Всех не удержим, – простонала правая голова.
– Коня, коня бросай! – предложила центральная.
– Я тебе брошу! – погрозил из сетки Юлий. – Я тебе брошу, мышь летучая!
– Снижаемся, – скомандовал Илья.
Горыныч пошёл на посадку, заложил вираж, упал на брюхо около ямы, из которой прилетел Илья, сбросил сетки и снова набрал высоту.
– Юлий! – крикнул Илья напоследок. – Покажешь им короткую дорогу!
Бурушка с Васей проводили взглядами улетающего Горыныча. Юлий с Моисеем бессильно растянулись на земле. Никто не сомневался, что короткой их дорога домой не будет. Особенно под руководством заведующего библиотекой.
Но куда более несчастными чувствовали себя узники в темнице. Все, кроме князя. Тот блаженно валялся на соломе. Ему снился сон, сладкий-сладкий. Он даже вздыхал от удовольствия. Настасья бесцеремонно похлопала правителя по щекам. Князь не просыпался. Тогда она вылила на государя бочонок воды.
– Где это я? – захлопал глазами князь и приподнялся.
– Где, где?! – сурово свела брови Настасья. – В тюрьме!
– В какой тюрьме? – не понял князь и огляделся.