Елена Третьякова – Всё ради тебя (страница 8)

Беру из рук мужа телефон.

– Добрый вечер, Лидия Михайловна. – Хоть свекровь и пыталась настоять на обращении «мама», у меня так и не сложилось.

– Ольга, мы с Лёшей обсудили вариант вашего к нам переезда. Это же будет всем удобнее. Надо только назначить дату, чтобы я подготовила вашу комнату.

Ну конечно, как же! Всем удобно!

Лёша сел напротив и подпер кулаком щёку. Неужели он сам хочет к маме вернуться под её неусыпный контроль? Или отказать мамочке не может?

– Спасибо, Лидия Михайловна, за предложение. Но я никуда не поеду. У меня есть дом. Мой дом. – Свекровь пытается меня перебить, но я делаю вид, что не слышу, и продолжаю: – И зачем мне куда-то ехать? Лёша вроде тоже не жаждет вещи собирать.

– Но тебе же тяжело. Я бы помогала.

– Не знаю, с чего вы решили, что мне тяжело. Мне нормально, как любой другой женщине в беременность.

– Лёша жаловался, что он голодает.

Ах, жаловался. Смотрю на мужа, и, видимо, взгляд мой красноречив. Лёша вскакивает со стула и выходит из кухни.

– Да когда же это такое было, чтоб Лёша голодал?! Наверное, когда не смог влезть в новые брюки и решил не ужинать на ночь.

Любую нелестную информацию о сыне Лидия Михайловна игнорирует. Она просто её не слышит. И продолжает гнуть своё.

– Но у тебя проблемы со здоровьем. Надо больше отдыхать. Я все заботы возьму на себя. Тебе будет легче.

– Спасибо, Лидия Михайловна, но я справляюсь и со своим здоровьем, и со своими обязанностями жены. По крайней мере Лёша мне претензий не выставлял.

– Так конечно. Он у меня воспитанный мальчик. Никогда не скажет. А вот когда родится ребёночек, тебе будет трудно. Без помощи не справишься, – заходит с другой стороны свекровь. – А я к вам не накатаюсь на такси-то. Надо вам всё-таки к нам в квартиру перебираться.

– Лидия Михайловна, спасибо за вашу заботу. Но пока мы с Лёшей справляемся. Если понадобится помощь, мы вас обязательно попросим. Вы извините, у меня стиральная машина достирала, а ещё надо просушить Лёшины рубашки и погладить, – вполуха слушая увещевания свекрови, нахожу Лёшу в комнате и сую ему в руки телефон.

Дальше пусть сам разбирается со своей мамой.

Он выходит на кухню минут через двадцать.

– Я к твоим родителям не поеду. Ни за что.

Муж поджимает губы и качает головой. Мол, сама решай. Разворачивается и уходит.

А я прекрасно помню, как после свадьбы мы два года жили в квартире свёкров.

Квартира у них, конечно, большая, четырёхкомнатная. Свёкр уже на пенсии, но в своё время занимал высокую должность в городской администрации. Свекровь никогда не работала, обеспечивая уют. У неё в квартире идеальная чистота и обед из трёх блюд. И сама она всегда при параде и причёске.

Вот только на стороне у свёкра вторая семья, о существовании которой я узнала случайно. Секретарь свёкра тринадцать лет назад родила от него дочку. Лёша об этом давно знает и даже хорошо общается со сводной сестрой. Сама Лидия Михайловна находится в святом неведении. А я, когда узнала, даже не знала, как мне быть.

Лёша на мои вопросы просто пожал плечами. «И что такого?» – вот и весь ответ.

Жить в квартире свёкров было трудно. На кухне царила только Лидия Михайловна. Всё, что бы я ни приготовила, критиковалось. Зато если я переставала готовить ужин или обед, Лёше высказывалось, что я бездельница и нахлебница, которая даже вымыть посуду не может. Но трогать бесценный фарфоровый сервиз было строжайше запрещено. Не дай бог я разобью тарелку, когда буду мыть.

Я старалась угодить. Мне это никогда не удавалось. Старалась приходить пораньше, чтобы помочь свекрови, – это воспринималось в штыки. Задерживалась на работе – Лёше плешь проедали, что я карьеристка.

Но последней каплей, после которой я потребовала съехать хоть куда: хоть на съёмную квартиру, хоть на вокзал – было то, что свекровь, как оказалась, лазила по нашим вещам и высказала мне претензии по поводу моего кружевного и очень развратного белья.

Для меня это было потрясением, что взрослый человек копается в моих трусах.

Лёша на удивление быстро собрался и нашёл съёмную квартиру через знакомых на работе.

Лидия Михайловна была в ужасе, когда мы переезжали. Но тут вмешался свёкр, нас отпустили с миром и даже дали денег на ипотеку. Правда, с условием, что половину суммы я буду возвращать свёкрам ежемесячно с зарплаты.

Я согласилась, потому что иметь свою крышу над головой надёжнее, чем скитаться по съёмным квартирам.

Тогда-то мне и помогли средства от проданной тёткиной квартиры. Хотя моя мама очень была недовольна такими условиями.

– Что это за семья, где деньги в долг дают? – возмущалась она ещё очень долго.

– Обыкновенная и современная.

– Мы тоже обыкновенная семья. Но у нас квартира на троих приватизирована.

– Так вы её получали от работы. А тут люди свои деньги дают, – пыталась я донести до мамы. – Мам. Зато в договоре прописано, что мы с Лёшей равноправные хозяева квартиры. Я не какая-нибудь приживалка, понимаешь? Это же лучше, чем быть бесприданницей.

Но мама долго ещё не могла успокоиться. Хорошо, что со свёкрами мои родители особо не общались и не встречались. А то мама бы ещёе и в глаза Лидии Михайловне всё высказала.

Глава 10

Оля

Утром на работу я опаздываю, потому что моя машинка отказалась заводиться. Пришлось идти на автобусную остановку. Естественно, по закону свинства нужный мне автобус ушёл прямо у меня перед носом, а следующий я ждала пятнадцать минут. Потом мы собрали все светофоры и постояли в пробке. Хорошо, что на утро не было запланировано никаких встреч, а девочки и без меня знают свою работу.

– Нет, он всё-таки козёл! – брызжет эмоциями Кристина, когда я вхожу в магазинчик. – Оля, привет. Что? Совсем машина сломалась?

Моё верное авто, которое вот уже пять лет мне исправно служит, в этом году решило подкинуть проблем: каждый месяц регулярно что-то выходит из строя.

– Привет, девочки. Может, и совсем. Просто не завелась. Я ничего в этом не понимаю. Я капот открыла, посмотрела на то, что внутри, и закрыла.

– А зачем открывала? – хихикает Кристина.

– Да кто ж его знает, – сама с себя удивляюсь. – Ну как будто я хоть что-то сделала. А только потом мужу позвонила.

– И что муж?

– Сказал, что вечером посмотрит.

– Не-е, ну хоть что-то. А то вон Катькин вообще сказал, что дети – это не его забота и что Катя сама должна ими заниматься. А он деньги зарабатывает.

– Какие? – вырывается у меня непроизвольно.

Не то чтобы у нас было принято сплетничать, но иногда бывало, что девочки делятся делами сердечными или проблемами своими. Про Катиного мужа мы знаем только то, что он находится в перманентном поиске работы, чаще всего лёжа на диване. Катя никогда не жалуется, молча тянет двоих детей и мужа-бездельника.

– А вот и у нас тот же вопрос, – Кристина упирает руки в бока. – Видимо, Катька не в курсе того, что её муж подпольный олигарх.

– Подпольный миллионер Корейко, – вставляет наша молчаливая Лена.

– Типа того.

Катя с заплаканными глазами сидит за столом. Остальные молчат.

– Разводись ты с ним! – решительно заявляет Кристина.

– А дети? – всхлипывает Катя. – Им же отец нужен.

– Нужен. Вот и найдёшь. Сейчас у них отца нет. Есть кровосос на твоей шее. А отца точно нет.

Резкие слова Кристины звенят в тишине магазина. Мы с девочками молчим. Я прекрасно понимаю, что пока Катя сама не решит для себя эту дилемму, советы посторонних, даже если они здравые, не помогут.

– Ой, девочки, давайте не унывать, – пытаюсь разрядить тяжёлую обстановку. – Я заказ пробила. Большой и денежный. К Новому году справимся и получим хорошие деньги.

Все мои сотрудницы удивляются, даже Катя вытирает щёки ладонями и подходит ко мне ближе.

Заказ действительно крупный. Для детской студии хореографии. Два состава девочек по двенадцать человек. Чёрные рабочие купальники, белые для отчётных концертов и по два костюма на каждую для выступления. Костюмы интересные, с зашивкой и украшениями.

– Встреча с руководительницей завтра утром. Ирина Владимировна – опытный педагог. На костюмах собаку съела. Но она обещала, что экономить не будет, родители согласны на качественные костюмы.

– Времени впритык. Кто же в сентябре костюмы на Новый год заказывает? – возмущается Кристина.– В это время их уже применять пора. И расшивать.

– Согласна. Но у них был договор с ателье, которое их подвело. Поэтому заказ достался нам.

Кристина садится за свой стол.