Елена Третьякова – Всё ради тебя (страница 9)

– Мне нужно точное количество девочек, возраст, рост. Хотя бы обычные купальники соберём. Ну, и пусть высылает эскизы. Ткань начнём подбирать, искать.

– Да, я ей уже всё это скинула. Она обещала в течение дня всё прислать.

Девочки оживляются. Новый заказ – это всегда вызов, сможем или нет? Ещё и интерес. Тем более когда и деньги обещают хорошие.

Ближе к вечеру звоню Лёше. Он обещал отвезти меня в консультацию на приём. Но муж всё время скидывает звонок. Начинаю нервничать. Как бы чего не случилось. Потом Лёша принимает вызов и бурчит недовольно:

– Оля, я занят, поэтому сбрасываю.

– Как занят? Ты же через десять минут должен меня забрать с работы.

– Зачем? – на заднем плане слышу голоса и как будто музыку.

– Ты обещал отвезти меня к врачу.

– Я? Нет. Я не планировал. Ты не говорила, наверное. Оль, вызови такси, а? Окей?

– Как это не говорила? Ты же сам предложил отвезти меня! Лё-ё-ёш.

Но в ответ слышу частые гудки.

Кристина понимающе поджимает губы и спрашивает:

– Вызвать тебе такси?

– Да.

А что остаётся делать. Времени в обрез, конечно. Знала бы, что Лёша не приедет, так давно бы стала собираться.

– Такси отменено, на проспекте авария, – читает новости Кристина. – Со смертельным исходом. Движение перекрыто.

– Вот ведь!

Если перекрыто, то и автобус не вариант.

– А если пешком до «Меркурия», минут за пятнадцать добежишь, потом на троллейбус сядешь. До библиотеки центральной. Там… Сейчас посмотрю, можно там дворами пройти. Нет, – качает головой. – Пересядешь на сто пятый или сто тридцать седьмой.

– Пф-ф-ф. Постараюсь. Отменить приём всё равно не получится.

И ведь хотела оформить платное ведение беременности в медицинском центре рядом с домом. Сумма не маленькая, конечно, но столько нервов бы сэкономила. Так Лёша начал возмущаться, что денег не даст. А мои отложенные средства пришлось пустить в срочный переезд. И вроде бы районная консультация неплоха, но узкие специалисты, узисты раскиданы по другим подразделениям. Вот и приходится прыгать чуть ли не по всему городу.

– Здравствуйте, красавицы, – голос Пети врывается в наше унылое женское молчание. – Чего смурные такие? Носы красивые повесили?

– Лёша опять Олю киданул, – в интерпретации Кристины всё звучит просто ужасно.

– Кристин! Просто у него не получилось, – пытаюсь одёрнуть свою помощницу. – Петя, привет. Ты какими судьбами?

– Булочную тут неподалёку будут открывать. Вот я взял заказ на ремонт.

– А машину где оставил? – влезает моя неугомонная Кристина. – Оле очень надо, быстро и срочно, в консультацию попасть. А такси не едут из-за аварии.

– А, да. Видел на проспекте. Трамвай разложился по рельсам. Машины стоят. Но я ж со стороны «Меркурия» ехал. Там машину и оставил. Так что довезу в любую точку мира. С ветерком. – Петя оттопыривает локоть, предлагая за него зацепиться.

Хватаю сумку и подсовываю руку под Петину. Он гладит мою ладошку и перехватывает сумку из руки.

Странные чувства…

Прощаюсь быстро с девочками. Мне неловко из-за сложившейся ситуации. Мне кажется, что меня сейчас осудят. Но это же действительно выход – воспользоваться Петиным предложением.

Кристина мне очень выразительно подмигивает, когда Петя пропускает меня вперёд в дверях.

И что она этим хотела сказать?

Глава 11

Оля

Ноябрь в этом году выдался дождливый, слякотный. И моё настроение такое же. Всё время хочется спать и плакать. Вначале врач говорила, что это нормально. Потом отправила на дополнительные анализы. Ничего критичного, но опять назначили кучу таблеток, витаминов и даже капельницы.

С Петей мы не виделись почти месяц с той поездки в консультацию. Лёша, узнав, закатил такой скандал дома, что меня чужой мужик возил к врачу. Мы потом почти неделю не разговаривали.

Петя сам не звонит и не приезжает. А мне неудобно ему докучать, хотя если признаться честно самой себе, то я скучаю. Тепло рядом с ним и спокойно. А мне не хватает спокойствия… и тепла.

– А где Катюша?

Я обычно прихожу на работу на час позже девочек, и все на своих местах. А тут Кати нет.

– Не пришла. Наверное, загуляла на радостях, – Кристина споро упаковывает чёрные купальники по зиплок-пакетам, наклеивает стикеры с ростом и вкладывает маленькие открыточки.

Вчера Катя, не выдержав в итоге критики своего мужа, собрала его вещи и выставила из дома. Очень гордилась собой, что наконец-то решилась. И даже дети её поддержали. Старшая так вообще заявила, что давно пора было выгнать паразита.

– Катюша, и загуляла? Не похоже на неё.

– Ну так мы не верили, что она когда-нибудь решится на развод, – отрывается от работы Света. – А она так решительно: р-р-раз – и готово.

– И не звонила?

– Нет. И трубку не берёт, – отвечает Кристина. – Сейчас часик подождём, и проедусь к Катьке домой.

Через часик Катя не объявляется. А дома Кристина обнаруживает зарёванную маму Кати и детей, перепуганных до икоты.

– Оль, ты только не переживай! Тебе нельзя! – Кристина выбирает самую тревожную формулировку для начала разговора. – Но Катька в больнице. Мудак её, оказывается, вечером вернулся и в качестве аргумента приложил к ней кулаки.

– Господи! – единственное, что могу произнести.

– Так, Оль, спокуха! Не эмоционируем! Я сейчас в больницу, всё узнаю и отзвонюсь.

Мы с девочками накапываем себе пустырника в чай, Света ещё и корвалола доливает себе в кружку. Запах в магазине стоит специфический. Но мы ждём новостей от Кристины, работа отложена, разговоры не идут.

– Чувствую себя виноватой, – в тишину роняет Света.

И я тоже. Обсуждали же не так давно всю ситуацию. И как будто даже подбивали Катю на решительные шаги. Вчера вот радовались с ней, что наконец-то она приняла верное решение. И тут…

– Ну что, Оль, – перезванивает Кристина через час. – Сотрясение мозга, ушиб лица, ну или как оно там правильно. Мне врач чего тут только не наговорил, – резко и очень раздражённо говорит моя помощница. – Ушиб рёбер и трещина в одном. Трещина в руке. Но без переломов. Лицо… Ты бы видела её лицо, Оль.

Я поставила разговор на громкую связь. Девочки рядом со мной в ужасе переглядываются.

Кристина продолжает:

– Полицию вызвали соседи. Мужа Катиного забрали. Она, представляешь, – Кристина вдруг начинает шептать, – его ещё и выгораживать пытается. Но мне врач пояснил, что и так они напишут бумагу, где все травмы будут расписаны, и передадут в органы. Но Катька сказала… – Кристина замолчала.

– Кристин, что?

– Да. Люди тут. Не больница, а проходной двор какой-то. Так Катька сказала, что никакого заявления на мужа писать не будет. И вообще скажет, что это она упала. Сама.

– Вот ду-у-ура, – высказывается Света. – Он ей что, мозг повредил?

– Я думаю, что он её припугнул. Детьми, наверное. Или вообще сказал, что убьёт. Она вся от страха сжимается.

– Кристин, врач что сказал, она надолго в больнице? – влезаю в разговор.

– Неделю точно.

– Вот пусть лежит и лечится. Узнай про часы посещения, что можно Кате привезти. А потом … потом чего-нибудь решим.

В боку тянет, я глажу живот ладонью. Откладываю телефон и пью чай мелкими глоточками.

– Оль, не переживай. – Лена гладит меня по плечу, – тебе нельзя. Ребёнок всё чувствует.