Елена Третьякова – Всё ради тебя (страница 7)

– Я же на юриста училась. И даже работала потом несколько лет. Но только не моё это. Я и поступила потому, что в школе класс был с юридическим уклоном. Репетиторов не надо было нанимать, хватило школьных знаний, чтобы на бюджет попасть. Ещё во время учёбы поняла, что это скучно. Но не бросишь же университет. А на работе вообще тоска. Договора, просрочки, пени, поставщики.

Помню, Лёше перед свадьбой говорю: так мне неинтересно на работе. А он заявляет: а как ты хотела? Это же работа, а не развлечение.

А потом, ты знаешь, мне просто повезло. Нельзя, может, так говорить, но повезло. Умерла папина тётка, оставила квартиру в наследство. Мы тогда с Лёшей ипотеку взяли. Ну, как мы… Но взяли, да. Надо платить, просто так, из-за того, что моя левая пятка захотела, не уволишься. А родители вначале хотели сдавать теткину квартиру, чтоб помочь ипотеку выплатить. Но я тогда поняла, что так вообще никогда не уйду с работы.

Квартиру мы в итоге продали. Ипотеку прилично так закрыли. Я села думать, чем же я хочу заниматься по жизни.

Я же хореографией занималась с шести лет. И купальники себе сама шила. Ни у кого таких не было. И костюмы украшала сама. А в тринадцать лет произошёл скачок роста. Я вытянулась, а мышцы, связки, сухожилия не успевали. Ноги стали болеть ужасно. Как будто меня всю выкручивало на центрифуге. Врачи приказали танцы бросать и ждать, когда всё в организме придёт в норму.

Мне так обидно было. Я так хотела дальше танцевать, выступать. Но пришлось оставить это дело. Я тогда все свои костюмы на лоскутки порезала и нашила для куклы дизайнерские платья. Сериал шёл ещё в то время. Старый, конечно, не молодёжный. «Династия». Там наряды были – закачаешься. Я вначале всё срисовывала, а потом шила.

Но почему-то шить себе одежду не стала. Хотя курсы моделирования и шитья закончила. Тебе не надоело меня слушать? – Оля выныривает из воспоминаний.

Тут как раз приносят десерт.

– Нет. Мне очень интересно.

– Правда?

– Правда.

– Ну, тогда слушай. На работе в моём отделе была женщина, дочка у которой гимнастикой занималась. Вот она часто жаловалась, что костюмы дорогие, что даже купальники на тренировки надо заказывать у швеи. Вот они и шили у женщины на дому. Я тогда, представляешь, набралась наглости и предложила ей сшить купальник для дочки. Ткань нашла, выкройки. Пару ночей посидела. Все остались довольны результатом. Ещё и знакомым посоветовали. Неудобно было страшно. Синдром самозванца в действии.

Я представляю, как Оле было неловко навязываться. И денег она наверняка не просила за свои услуги. Дай бог чтоб за ткань брала.

– А как-то меня попросили не купальник, а костюм сшить. С капроновыми вставками и зашивкой камнями. Я испугалась. И нашла мастерицу, которая шила костюмы на дому. Это Катенька наша. Позвонила я ей и предложила открыть ателье. А она взяла и согласилась. Вот я и составила бизнес-план. Принесла его Лёше. По моим расчётам выходило, что окупится всё за год. – Оля смеется. – Наивная я была. Но уговорила Лёшу. С работы я уволилась. На аренду на первый месяц мы сообща собирали. Страшно было. Ничего не понятно. Но клиентура у Кати была. У меня – энтузиазм и желание развиваться. Вот как-то так мы до сих пор и работаем.

– Олюшка, ты молодец. Не побоялась изменить свою жизнь. Нашла дело по душе. Даже без поддержки всё организовала.

– Ты знаешь, Петь, то, что меня никто не поддержал, ни Лёша, ни родители, меня только подстегнуло. Не хотелось, чтобы потом мне выговаривали: «А я говорила», «Я так и знал, что у тебя ничего не получится». Вот поэтому я и гребла против течения. Ходила по детским школам и кружкам, знакомилась с руководителями. Потом мы сшили пробную партию купальников по всей размерной сетке и выложили на продажу. Где только ни пытались продавать. Что-то шло лучше, что-то плохо. Потом к нам Лена присоединилась. Тоже часть клиентов своих привела. Свету привела Катя. Кристину мы наняли в том году. Заказов стало больше, договора, закупки. Я одна уже не успевала.

– Ты большая молодец.

– Скажешь тоже, – она машет рукой, поправляет сползший с плеча плед. – Просто, как лягушка, работала лапками, поэтому и не утонула. А торт и правду вкусный, – заявляет Оля и с изумлением рассматривает две пустые тарелки. – А как так? Он сам мне в рот прыгал. Я и не заметила, как всё съела.

– И на здоровье.

Наш душевный разговор прерывает появление Лёши. И я впервые так не рад его видеть.

– А я от мамы ехал и решил к вам заскочить. Вы уже всё? Поехали? – Лёша стоит над душой и совершенно не стыкуется с нашими посиделками.

Наверное, он тоже это чувствует, едва сдерживая раздражение.

Оля суетливо собирается, пытается мне перевести деньги за ужин. Тут совершенно некстати Лёша вспоминает, что давным-давно брал у меня инструмент для ремонта и до сих пор не вернул. Приходится ехать с ними.

Паркуюсь возле дома ребят.

– Петь, может, на чай поднимешься? – зовёт Оля.

Лёша тем временем из багажника достаёт пакеты.

– Мама передала еды как на роту. А, и вот ещё, – он протягивает Оле крупный мандарин. – Мама сказала, что тебе полезно.

Оля берёт мандарин в ладонь и подносит к носу.

– Не пахнет совсем.

– Ну. Тебе не угодишь, – начинает возмущённо Лёша, ставя пакеты на землю.

– Что ты. Я же ничего такого. Просто рано ещё мандаринам. Не сезон, – начинает оправдываться Оля, держа мандарин на вытянутой руке.

Мне не нравится находится внутри семейной перепалки, хочется уйти. И желательно вместе с Олей. Но…

– Лёш, так что насчёт инструментов?

– Да, сейчас. Принесу, – он забирает мандарин из Олиных рук, чистит так неаккуратно, что сок подавленных долек течёт по рукам, закидывает сразу половину в рот и жуёт. Потом и оставшиеся дольки. – М-да. Никакая. На-ка выкинь, – суёт шкурки Оле в руки и уходит в подъезд.

Глава 9

Оля

После таких ужинов с мамой Лёша всегда возвращается нервный и недовольный всем и вся. С претензиями и требованиями. То я готовлю не так, то убираю в квартире не сяк. Я вроде уже научилась не обращать внимания на его придирки. Через пару дней он успокоится и уже не вспомнит ничего. Но иногда хочется ответить грубо, так, чтоб понял, как меня обижают его слова.

Сама же я от совместных ужинов с Лидией Михайловной стараюсь отказываться под любыми предлогами, а в последнее время Лёша и сам меня не зовёт. Чему я очень рада.

– Мама кролика передала тушёного. Сказала свинину не есть, от неё холестерин повышается.

– Угу, – я выставляю контейнеры с едой от свекрови в пустой холодильник.

Специально не готовила вчера ничего, зная, что Лёша притащит кучу всего. Но, конечно же, он видит всё не так.

– У тебя в холодильнике мышь повесилась. Спасибо маме, хоть подкармливает.

Конечно, спасибо. И что бы я делала без этой святой женщины?

Жила спокойно, наверное.

– И вообще, мама предложила отличный вариант. Если ты такая уставшая и немощная, то надо переехать к родителям. Мама тебе будет помогать.

Я при этих словах чуть мимо стула не села. От накатившего ужаса мгновенно потеют ладони и по спине обдаёт ознобом.

– Нет. Мы уже жили с твоими родителями. Мне хватило.

– Тебе одной что-то не то было. – Лёша открывает контейнер с домашними мини-эклерами и прямо немытыми руками начинает таскать пирожные. Наевшись, ставит контейнер на стол, вытирает запачканные в шоколадной глазури руки полотенцем. – Пойду маме позвоню. Но ты подумай. С мамой хорошо будет.

Я остаюсь на кухне среди не до конца разобранных пакетов.

С Лёшей я познакомилась, когда училась на пятом курсе. Осенью всегда устраивали мероприятие «Мисс Университет». Я пошла поболеть за одногруппницу. А Лёшу пригласили выступить с номером. Он во время учёбы участвовал в КВН. И вот команда выпускников выступала против команды первокурсников. Весело было. Все шутили. Одногруппница не победила, но познакомила меня к кавээнщиками и с Лёшей.

Он мне тогда показался таким очаровательным. Симпатичный, с юмором. И взрослый уже, работал.

Когда предложил меня проводить домой, я не возражала.

На личном фронте у меня дела шли ни шатко ни валко.

Ещё в школе в одиннадцатом классе я встречалась с одноклассником Святославом. Мама тогда была страшно против. Всё боялась, что я закручу любовь и позабуду про поступление. И вообще она была резко против лично Славки, называла его бесперспективным. Он и вправду на втором курсе вылетел из университета за неуспеваемость и в армию ушёл. Моя детская влюблённость к тому времени сошла на нет, роман в письмах быстро подошёл к концу.

Потом я вроде и дома не сидела, знакомилась с ребятами, но дальше поцелуев ничего не шло. Любви безумной или всепоглощающей страсти я так и не встретила.

А Лёша мне сразу понравился. Обходительный был, подарки дарил. И к маме моей нашёл подход. После того как я получила диплом, он меня устроил на работу к знакомым. И я была ему благодарна. Выпускница без реального опыта работы особо никому не нужна была. А по знакомству взяли не просто бумажки из принтера вынимать, а работе учили.

Когда Лёша сделал мне предложение, я растерялась. Мне замуж не очень-то и хотелось. Но у нас тогда случилась близость, Лёша стал первым моим мужчиной и начал давить, что надо отношения оформлять. Повёл знакомиться с родителями.

– Мама хочет с тобой поговорить, – Лёша заходит на кухню, вырывая из воспоминаний, и протягивает мне телефон. – А ты почему ничего не убрала до сих пор? Оль, чего сидишь!