Елена Тодорова – Я тебя присвою (страница 38)
— Дрова там есть, — продолжаю вслух строить планы. — Надолго хватит.
— Ну, еще бы у моего дуболома Рейнера дров не было, — в этот раз смеется во весь голос.
— Нарываешься, — и тоже смеюсь. Сдергиваю ее на пол. — Есть, курить и секса хочу, — объявляю, как обычно, в открытую.
Тата скрещивает на груди руки и не спешит меня кормить.
— Это по нарастающей или убывающей?
— Знаешь же, что по нарастающей, — усмехаюсь.
Она тоже улыбается. Но как-то коротко и слабо.
Глубоко вдыхает и, меняясь в лице, выдает ни с того ни с сего:
— Двадцать дней осталось.
Припечатывает. Стрелой истертую кольчугу пробивает.
Как обычно, взглядами встречаемся. Без слов диалог продолжаем. Путая звуки и такты, выдаем эмоции. Я свои — наверняка жестче, чем требует ситуация.
— В курсе, — голос грубым отголоском часть звериной натуры выдает.
Татка вздрагивает, выразительно сглатывает, но продолжает:
— Надо будет… обратно с бумагами разрулить… Это же можно сделать как-то без меня? И… я бы предпочла, чтобы ты сам своим друзьям сказал. Я… Мне будет трудно.
— Сделаю.
Крутанувшись, спиной к ней встаю. Провожу ладонью по лицу и сдавленно перевожу дыхание.
— Еще… У меня есть кое-какие деньги. Я уже просматриваю квартиры, но пока не нахожу подходящих вариантов. Если не успею, можно будет в той твоей пожить? Не хочу к мачехе возвращаться… Пойду на работу, мне Валера предложил место в гостинице своего дяди…
Поворачиваюсь и слишком грубо ее обрываю:
— Квартира не моя. Твоя.
— Ну, это на бумагах только… Знаешь же, что верну обратно.
— Хорошо, — из-за сдерживаемых эмоций голос совсем садится. Прочищаю горло и крайне медленно вдыхаю. — Живи столько, сколько потребуется.
— Окей! Мне подходит. Спасибо, — Тата пытается придать голосу легкости, даже улыбается. — Ладно, давай есть.
А я уже не хочу.
— Накрывай, — сажусь за стол.
Аппетит резко пропадает. Но приходится подбирать упавшие доспехи, латать прорехи и дальше жить одним днем.
Одним из оставшихся двадцати.
34
Барби
— Уже выбрала тему реферата на семинар?
Мельком взглянув на Валеру, улыбаюсь.
— Да, — продолжаю собирать канцелярские принадлежности с парты в сумку. — Взяла «Синтез молекул АТФ у бактерий в анаэробных условиях».
— Вот так совпадение! Я ведь тоже!
— Да? Класс, — закидываю сумку на плечо и на автомате оглядываю свое место, проверяя, не забыла ли что-нибудь.
В опустевшей аудитории устанавливается относительная тишина. Мы с Беловым, будто не желая погружаться во всеобщий хаос, неторопливо шагаем к выходу.
— Слушай, если у нас одна тема, можем готовиться вместе… Ну, знаешь, чтобы исключить совпадения в материале и просто как в помощь друг другу.
Смотрю на Валеру, не скрывая удивления.
— Вряд ли у меня получится… — выдаю нерешительно. — Но мы можем обсудить по телефону, — предлагаю, чтобы не обидеть. Парень так смотрит, словно я какую-то ерунду сморозила. Чувствую себя полной дурочкой. — Позвоню тебе, — подытоживаю, спасаясь от неловкости.
Не успеваю понять, доволен ли Валера моим ответом, так как мы с ним выходим в коридор и, включаясь в общий поток движения, пытаемся пробраться к центральным дверям.
— Ты когда в город перебираешься? — спрашивает, меняя тему, уже на улице.
Вопрос простой и безобидный. Я сама сказала, что переезжаю. Он с работой помог. Но меня все равно до сих пор расстраивает, когда без надобности поднимается эта тема.
— Через неделю.
— Если будет нужно помочь с вещами, только скажи. Я у отца машину одолжу, — Валера выглядит очень странно, как-то до нелепости самодовольно.
Неосознанно подмечаю, как он отряхивает с плеч снег. Слишком манерно, абсолютно не по-мужски.
— Да нет… У меня немного вещей, на самом деле. Такси возьму, да и все.
— Ну, смотри, — тянет Белов. — Если что, не стесняйся.
— Спасибо, Валера.
Добравшись до дома, перекусываю на кухне в компании тети Светы и Раисы и поднимаюсь наверх. По плану должна бы начать искать материал для реферата, но как-то не получается собрать мысли в кучу. Вместо специализированных сайтов слушаю музыку и шарюсь по социальным сетям. Радуюсь, когда вижу, что Бо опубликовал на своей странице видеоролик с антигравитационным летающим глобусом, который мы с Андреем подарили ему на день рождения. Лайкаю и комментирую стикером с сердечками.
Сроки пока не поджимают, но то, что я не могу сосредоточиться на учебе, угнетает. Я все больше и больше расстраиваюсь. Даже порываюсь поплакать. С чего бы? Сама себя не понимаю. Это всего лишь реферат, времени до прохождения выбранной мной темы уйма… Наверное, я боюсь, что не смогу втянуться в новый режим, что ничего не получится, и все провалю.
Возможно, помощь Валеры придется очень кстати. Зря отказалась.
Думаю, думаю и, схватив телефон, набиваю-таки ему sms.
Вроде как ничего предосудительного не делаю, но почему-то скрываю его номер и переписку удаляю. Не хочу, чтобы Андрей что-то не то подумал. Хватило того, что он однажды, лишь увидев Валеру, приревновал.
Откладываю ноутбук и с чистой совестью спускаюсь вниз. Добраться до кухни не успеваю. Еще на лестнице слышу рев въезжающих во двор автомобилей. Подбираясь к двери, инстинктивно осторожничаю. Практически крадусь и замираю. Вздрагиваю, когда распахивается входная дверь и в дом буквально врывается Андрей. Вздрагиваю, потому что его белая рубашка вся в брызгах крови.
Короткая заминка. Напряженный обмен взглядами.
Он, очевидно, тоже не рассчитывал так со мной столкнуться. Оценивая мое шоковое состояние, сурово поджимает губы и, не здороваясь, направляется в ванную. Я, не раздумывая, следом иду.
— Что с тобой? Что случилось? — выдавливаю ослабевшим голосом.
Рейнер молча стаскивает и бросает в ванную пальто. По следам, которое оно оставляет, понимаю, что темная ткань пропитана кровью.
Господи…
Неосознанно прижимаю ко рту ладонь. То ли крик, то ли плач сдержать пытаюсь.
Андрей уверенно стоит на ногах, видимых повреждении не обнаруживаю, но такое количество крови вызывает ужасающую тревогу. Меня знобит, буквально колотит. В груди образовывается ком непонятных, сумасшедших по своей силе эмоций. Он стремительно разбухает, превращаясь в дико болезненное нечто.
— Андрей…