Елена Тихомирова – Владыка Острова (страница 14)

— … я вас слушаю, — сказал приятный женский голос после представления.

Он, как мог, постарался изложить свою просьбу. Разговорным английским мужчина не особо владел. Поэтому предварительно выписал на лист с помощью электронного переводчика то, что следовало сказать. И теперь с волнением надеялся разобраться в вероятном ответе. Особенную тревогу вызывала вероятность повторять всё тоже самое. Однако беспокойство не оправдалось. Его достаточно быстро соединили с лечащим врачом жены.

— Мы уже передавали данные. У вас возникли по ним вопросы?

— Нет. Меня, видимо, не так поняли. Я не сотрудник Stellimber Incorporated, а муж Ильиной Инги.

— Простите, но мы не имеем права разглашать подобную информацию о пациентах. Исключения составляют только предварительно нотариально заверенные соглашения. И то только те, чья юридическая сила не вызывает сомнений у…

— У неё амнезия! — нервно перебил собеседника Антон, сверяясь, верно ли он произнёс наименование своего диагноза на английском. — Она стремительно забывает прошлое! События, людей. Мы только вчера сидели все вместе и разговаривали, а сегодня она уже не помнит моих родителей. Она отказывается верить в то, что у неё была бабушка. Считает фотографии со свадьбы друзей подделкой!.. Что будет завтра? Она проснётся и потребует объяснить, кто я такой?!

— Пожалуй, не будет особым нарушением, если я скажу вам, что имел место быть сильный удар мячом по голове. Несчастный случай во время игры в волейбол, — вздохнув, пошёл навстречу бесфамильный доктор Луизор. — Мой коллега диагностировал возможное лёгкое сотрясение мозга, но от всех обследований ваша супруга отказалась. Вам бы стоило исходить из этого.

— Это да. Это много чего может объяснить! — воодушевился Антон, но тут же испытал огромное разочарование. — Вот только результаты обследований этого не подтверждают.

— Полагаю, вам следует повторить их в другом месте. Иногда оборудование даёт сбои.

— Пожалуй, вы правы.

Отчего-то подобное элементарное вообще вылетело у него из головы. Наверное, ситуация принималась к сердцу излишне близко.

— Тогда всего доброго, — попрощался было доктор, но, видимо, почти сразу пришёл к какому-то своему собственному умозаключению, помешавшему это сделать. — Знаете, вы меня заинтриговали на самом деле. Проблемы памяти мне всегда были интересны. Поэтому если вам нужна моя консультация и помощь, то можете прислать на адрес почты клиники копию всех проведённых анализов и подтверждение как вашей личности, так и подтверждение брака с моей пациенткой. Это позволило бы согласовать наше более официальное сотрудничество через Владык.

— Да, это было бы прекрасно!

— Если будут видео или аудио материалы выражения проявлений амнезии, то хотелось бы увидеть и их… Не то, чтобы я вам не верил, но, помимо подтверждения ваших слов, это было бы и полезно.

Ещё до обеда Антон с удовольствием отправил доктору Луизору всё, что только возможно и невозможно. Тот вызвал у него доверие. Да и в своей ситуации он хватался разом за все возможности, благоразумно считая, что иногда лучше перебдеть, чем недобдеть. Конечно, возникал вопрос, как бы островитянин разобрался с русским языком, который использовался в разговоре с Ингой при съемке видео (ну, а как иначе?). Но, если честно, мужчину больше беспокоило иное.

Он не мог придумать, как тактичнее объяснить жене, что уже записал её на новое обследование…

Глава третья

Почему это некоторые так любят всюду искать мораль?

Вертящиеся в голове мысли давали понять, что просто так она не заснула бы. Инга искренне рассчитывала за время отсутствия мужа устроить себе домашний спа-салон и расслабиться в полном одиночестве, но не вышло. Как первого, так и второго. Прежде всего, пришло странное письмо про платок и вероятную войну. Если бы чуть ниже не было прочитанного послания от того же адресата, которое никто почему-то не удалил, то девушка смело бы поставила отметку «спам». Однако обстоятельство заставило её разобраться.

С некой растерянностью она пришла к выводу, что кто-то вёл переписку с Риэвиром. И раз пароль знал только муж, то… Инга несколько раз заходила в «отправленные», но ничего там не обнаружила. Папка была очищена. Так что ей хотелось верить в вероятность, что, не получив ответ, островитянин просто-напросто выдумал нечто несуразное для привлечения её внимания.

«Не знаю, о каком платке речь, но мне приятно, что ты помнишь про меня. Иногда ветер, который остаётся после нас, может дотянуться и до другого конца света.

Инга».

От послания веяло некой романтичностью, но ей было всё равно. Тем более что, откуда ни возьмись, раньше времени вернулся муж да ещё и начал нести какой-то бред.

— Какое неверное обследование? Ты о чём вообще?! Мало, что я целые сутки взаперти провела, раздавая себя на анализы?! — разъярилась она на него. — Себя на сканирование мозга запиши!

Антон ещё порывался спровоцировать её на диалог, но Инга молчала как партизан. И когда настала пора ложиться спать, сразу отвернулась к стенке.

Сидеть на лавочке ей не понравилось — дерево было жёстким, а форма скамейки неудобной. Зато отсюда были хорошо видны часы на башне. Да и сад с небольшим фонтанчиком радовал глаз. Клочок зелени среди угрюмых улиц.

— Так двадцать шесть или двадцать семь? — вымолвила она и выжидательно уставилась на калитку, ведущую во внутренний двор ухоженного частного домика.

Наконец, из-за забора стала видна шляпа, а затем и голова старичка. Тот открыл калитку и поправил газету подмышкой. Инга тут же начала мысленный отсчёт секундам. Полагаться на башенные часы не приходилось. Их стрелка слегка подрагивала, как будто мечтала и старалась изо всех сил продолжить свой ход, но не сдвигалась с места.

Когда девушка досчитала почти до тысячи, старичок поднялся со скамейки напротив, зевнул украдкой и неспешно сложил своё чтиво в трубочку. Затем он насыпал крошек из кармана в кормушку для птиц и собрался выйти из сада в город. Во всяком случае, намерение такое было. Однако, едва в голове Инги пронеслось число одна тысяча пятьсот девяносто восемь, тот растаял в воздухе словно мираж. И ещё где-то через пятнадцать секунд его копия начала вновь открывать калитку.

— Каждый раз новое число! Вот как правильно отсчитать время?

— О чём вы, юная леди? — прокряхтел старичок, считая, что обращались к нему. — Я несколько глуховат. Говорите громче.

— Иди ты, — тихо и зло буркнула Инга да поспешила в примеченное ею неподалёку кафе. В нём за цикл успевали испечься круассаны.

Всё в городе повторялось с одной и той же периодичностью. Правда, она могла своим вмешательством вносить изменения, но в следующие двадцать семь минут (или около того) происходило возвращение на круги своя. Любые надписи, сделанные ею, пропадали, мебель приходила в норму, а люди… Люди снова забывали, что когда-то встречали такую примечательную особу.

— Эй, постойте! — хрипло воскликнула девушка, понимая, что уже хорошо изученная обстановка на этот раз несла перемены. И созданы те были неспешно идущими мужчинами. Их было двое. И когда они обернулись, одного из них она узнала, хотя так и не удосужилась узнать его имя.

— А, это ты, — скучающе произнёс тот, мгновенно теряя интерес, и хотел было пойти по своим делам и дальше, но его спутник определённо желал иного. Тот широко раскрыл глаза, как если бы увидел призрака, и ринулся навстречу девушке.

— Инга! — завопил парень со странной шевелюрой. Среди белобрысых волос то тут, то там виднелись пряди матовых чёрных. Как если бы кто-то взял кисточку и в шутку выкрасил ему голову.

— Ты чего?! Кто ты?! — перепугалась она, стараясь вырваться из объятий.

Сцена высокому мужчине в старинной одежде с серебряной вышивкой, видимо, понравилась. Он подошёл к ним ближе, как-то неприятно, но довольно улыбаясь.

— Да как это кто я?! Я же Сашка! Александр Мирный!

— Пусти! Отпусти меня! — заистерила девушка. Имя ей ни о чём не говорило.

Вопли подействовали. Парень отстранился. Его удивительные (наполовину карие, наполовину жёлтые до золотистого оттенка) глаза выражали некую сумятицу.

— Это же Инга. Да, Художник? — обратился тот к высокому мужчине, стараясь прояснить нечто для себя.

— Да. Это она.

— И чего тогда с ней?

— Она просто ещё тебя не забыла. Или не вспомнила… Как больше нравится!

— Я вообще-то здесь, — насупилась Инга.

— Нет, — категорично опроверг парень, назвавший себя Сашкой. — Раз ведёшь себя так, будто мы не знакомы, то ты где-то в облаках витаешь.

— Помоги мне, — не став обращать внимания на его ворчание, умоляюще обратилась она к Художнику. — Я хочу выбраться отсюда!

— Видишь, — приподнимая указательный палец, шутливо сказал своему спутнику черноволосый мужчина. — Кто-то мечтает выбраться, а тебя вот не прогнать.

— Не уйду, — упрямо буркнул парень, вкладывая руки в карманы брюк.

— То, что Грань не удерживает кого-то, не означает, что это место безопасно для него. Мы же подходили к зеркалу. Перемены явственны. Ещё несколько дней и основной мир станет недоступен для тебя. Как и все островитяне ты уже не сможешь покинуть Остров.

— В этом основном мире я прожил достаточно лет, чтобы осознать, что всё интересное творится далеко не там.

— Интересное?! — с непритворным возмущением воскликнула Инга. — Да все вокруг ведут себя словно заводные игрушки! Двадцать семь минут и их жизнь начинается с нуля.