Елена Тихомирова – Владыка Острова (страница 13)

— Кто ты такая?

— Никто. Я никто! — простонала девушка, чьи глаза от горя стали широко и по-кукольному раскрытыми.

— Я задел тебе вопрос. Спросил — кто ты такая?!

— Оставь её и пошли. Она действительно никто. Она даже не существует, — резко сказал Риэвир с крайне неприятной для слуха интонацией.

Пожалуй, в его словах прозвучало даже отвращение.

— Как это не существует?

— Она такая же, как и его слуги. Просто ставшая материальной память о ком-то некогда живом.

Красноволосая с непониманием посмотрела на молодого островитянина, на время отвлекаясь от горького созерцания убитого бога. Оболочка, принятая Хозяином Судьбы и Времени, разрушалась, плавно разлетаясь светлыми мерцающими огоньками. Они походили то ли на искры, то ли на бабочек. Зрелище было красивым и пугающим одновременно. Впервые видящий это Арейр глупо разинул рот, заставляя прочих воинов понимающе переглянуться, скрывая ухмылки.

— Она мыслит и разговаривает. Как и положено людям, — возразил Остор, но на эти слова Риэвир устало пожал плечами и произнёс, постепенно повышая голос:

— Только она не человек. И может всё различие заключается только в том, что её тело не гниёт, напитываясь ядовитыми водами нашего проклятого Острова!

— Ты уже видел её, — осознал он.

— Видел. И знаю, что за пределы Поднебесья ей не выйти. Во всяком случае, днём, — не стал отпираться брат, а затем обратился к девушке. — Как там Хозяин назвал тебя? Лисичка?

— Да, я Лисичка. Не Инга, — огромные тёмные глаза выражали детскую беспомощность.

— Когда ты последний раз испытывала голод? Когда хотела пить или спать?

Ресницы девушки затрепетали. От сухих вопросов она явно была растеряна не меньше, чем от мнимой смерти Хозяина Острова. Лицо её побледнело ещё больше, и веснушки на тонком носике проступили ярче прежнего.

— Не помню, — наконец прошептала та растерянно, и Риэвир очень мягко, словно бы с сожалением, но на самом деле беспощадно, проговорил:

— Потому что ты мертва. И лучше бы тебе не тревожить покой живых.

Хрупкое тельце вздрогнуло от потрясения. Пожалуй, если бы девушка не стояла на коленях, то снова бы упала. А так произошло обратное. Она поднялась и, сделав предварительно несколько неуверенных шагов назад себя, стремительно ринулась к одной из стен. Комната была небольшой. Поэтому взятая скорость не только Остору показалась чрезмерной. Он даже дёрнулся было вперёд, чтобы оказать помощь, которая всенепременно понадобилась бы разбившейся о кладку бедняжке. Но она… просто исчезла, как если бы в камне существовал невидимый проём.

Остор нервно сглотнул слюну и нерешительно подошёл к подозрительному месту исчезновения Лисички. Его пальцы ощупали твёрдую каменную стену.

— Как и слуги в коридоре, — нашёл подтверждение своей теории Риэвир и свысока хмыкнул. Это хмыканье не дало Владыке промолчать. Он позволил себе напомнить:

— Как и Инга однажды.

— Нет. Её тогда просто на клочки тумана разорвало.

Он не стал спорить. Просто ещё раз провёл ладонью по шероховатому камню и отошёл назад, не зная… что Лисичка, стояла всего в шаге от него. Скромная прислужница испуганно зажимала себе рот ладонью. Для неё зрелище мужчин, видящих вместо прохода преграду, было невыносимо. Её трясло от неприятного осознания правоты молодого Владыки. И потому, хотя отряд и ушёл, девушка далеко не сразу смогла отвернуться и пойти туда, куда она и собиралась. В основные покои Пророка.

Нитевая штора едва шелохнулась от её прихода. Белое помещение всегда предпочитало покой, а сама она умела быть неприметной. Настолько, что даже мирно и крепко спящего Хозяина Судьбы и Времени появление Лисички никак не побеспокоило.

— Ты был с ней груб.

Замечание вывело его из глубокой задумчивости. Риэвир не только осознал, что отряд почти покинул Храмовые Сады, но и то, что во главе дружины Остора не было. Его подменил опытный воин, а сам брат пристроился «в хвосте». К нему поближе. Видимо, рассчитывал поговорить. И парень, на душе которого отчего-то с новой силой заскребли кошки, обрадовался этому обстоятельству. Он с тревогой поглядел в родные серые глаза и решил поделиться собственным мнением. Без прикрас и недомолвок.

— Я чувствую, что ей здесь не место. Мне очень совестно, даже жалко её, но… пойми, ещё больше я хочу эту Лисичку прогнать.

— Как ты с ней встретился?

— Принял за Ингу. Как и ни ты. А потом выяснил, что никуда из Поднебесья вывести её не могу.

Риэвир попутно сорвал травяной колосок и сунул себе в рот. Вязкий и терпкий сок на языке заставлял морщиться.

— Исчезает?

— Верно. Как и все слуги.

Остор никакой кислой травы не жевал, однако тоже на время скуксился. Новые обстоятельства не пришлись по нраву брату. Тот вечно брал на себя больше хлопот, чем требовалось. И сейчас осознал, что подобная ноша для одного него вышла бы чрезмерной.

— Надо снова собирать совет. Если убивать эту девочку, то решение должно быть принято едино.

Несмотря на то, что его собственное «прогнать» по сути означало тоже самое, Риэвир ощутил, как по спине пробежал неприятный холодок. Одно дело сносить головы отвратительным полуживым мертвецам и совсем другое…

— А, вот вы где! — Макейр издали приветливо замахал им рукой. — Чего так долго?

— Привал! — громко скомандовал своим бойцам Остор, а после так мрачно глянул на вояку, что у того сразу же сошла улыбка с лица. Только после этого брат пошёл ему навстречу и, оказываясь совсем близко, сухо спросил: — Ну, что там в Храме?

Члены отряда, не имеющие почести быть Владыками, с недовольством расположились поодаль в сторонке. Им не терпелось вернуться по домам, но перечить никто не стал. Пожалуй, только Арейр радовался остановке. Мальчишка, гордо держа руку на эфесе новёхонького меча, мечтательно ходил взад-вперёд.

— Переполох полный, — сознался Макейр. Беспокойство и тревога совсем не шли его вечно весёлой роже. — Судя по твоему виду, по основному маршруту тоже не ладно?

— Потерь нет, но после твоего рассказа мне будет что рассказать.

— А что говорить? — пожилой Владыка смачно сплюнул на землю. — Желание проснуться у Хозяина ныне пересиливало даже отвращение перед смертью жриц. Обычно и предупреждения хватало, но сегодня погибло сразу трое. Верховная считает, что в наш мир вошло что-то извне. Что-то, что притягивает его внимание.

— Это всё она, — обвиняюще посмотрев на брата, уверенно процедил Риэвир и, теряя к дальнейшему интерес, язвительно добавил, прежде чем уйти. — Хозяин умеет распоряжаться Судьбой. Инга как-то связана с этой Лисичкой. Ты зря заставил её уехать. И теперь ты это знаешь наверняка.

Он понимал, что вёл себя глупо и грубо, но ничего не мог с собой поделать. Внутреннее разочарование, обида и некое нехорошее предчувствие полностью овладели им. Лишь долгая ходьба в одиночестве смогла привести его к решению успокоиться и начать мыслить более рационально. И разум тут же выдал (причём, голосом Остора) последовательность наиболее правильных действий.

Первое из них определило, что он направился в здание администрации. Там Риэвир зашёл в свой кабинет и проверил почту. Прежде чем выискивать номер телефона следовало совершить такой элементарный поступок. И стоит сказать, что увидеть ответ он никак не ожидал. Однако письмо пришло. Палец с нетерпением нажал на кнопку мыши, раскрывая текст.

Непроизвольно Риэвир разулыбался, читая коротенькое послание. Он совсем забыл о том случае в автобусе. А ведь следовало помнить! Потому что тогда впопыхах ему довелось взять с полки платок брата. И не просто платок, а подарок Мэйтэ. Несомненно, Остор не обладал столь глубокой сентиментальностью, чтобы заметить пропажу. Во всяком случае быстро. Но вот то, что дорогая его памяти вещь нежданно оказалась на другом конце света.

Нет, брата бы это точно не порадовало!

Одновременно с умозаключением на экране появился текст следующего содержания:

«Инга, без этого платка у нас разразится настоящая война. Я не шучу! Срочно нужен план „Возврат“!

Вл. Р.»

Следовать совету друга, работающего психологом в клинике по лечению от алкоголизма, и предупреждать родителей (а тем более маму Инги!) Антон не стал. Он до того испугался, что самонадеянно понадеялся, что всё обошлось бы. На удачу, так оно и вышло. Несмотря на некоторые казусы, те не привлекли пристального внимания и не вызвали столь ярких подозрений, как у него. Так что следовало заключить — вечер прошёл спокойно. Но выдоху облегчения помешали события утра. За ночь Инга напрочь забыла, что у него вообще имелись родители. А потому неверущий Антон мысленно перекрестился, что ему не пришлось столкнуться с этим вчера, но на этом позитив и закончился.

Первым делом, придя на работу, мужчина зашёл в отдел кадров и решительно заявил, что берёт отгул, отпуск (да что угодно!) за свой счёт или увольняется одним днём. Подобной категоричности возражать было сложно, а блеск в заинтригованных глазах коллег стал ещё ярче, когда он озвучил «сугубо по личным причинам» и не стал ничего объяснять. Собственно, государственная поликлиника тут мало чего могла поделать. Вот в частной уже состоялся бы некий тревожный разговор с начальством. Так что Антон порадовался, что в своё время его не сманили финансовые радости, и приступил к поиску нужного номера телефона — тот же самый друг рекомендовал обратиться напрямую в медучреждение Острова. Приятель верно рассудил, что раз проведённые в Stellimber Incorparated процедуры показали, что всё в порядке, то корень проблем следовало искать в недавнем прошлом. Стоило поднять историю болезни, так как супруга могла много чего недорассказать. Согласный с советом Антон этим и занялся.