Елена Станиславова – Роман о любви на далёком острове (в трёх историях) (страница 45)

Атлантические тупики питаются в основном рыбой — сельдью, мойвой, песчанками и пр. Иногда едят также мелких моллюсков и креветок. Во время охоты тупики плавают под водой с помощью крыльев, используя ноги в качестве руля. Плавают быстро, на глубине, на поверхность моря не показываются около минуты (нырнут в одном месте, а вынырнут фиг знает где). Обычно тупики ловят рыбку не больше 7 см, но могут поймать рыбину до 18 см. Как правило, тупики съедают пойманную рыбу сразу, под водой, однако крупную рыбину могут достать на поверхность. За одно погружение тупики ловят несколько рыбок, прижимая их языком к верхней челюсти. В день взрослая птица может съесть около сорока рыбок.

Понаблюдать затупиками можно почти в любой точке береговой Исландии.

Исландцы исторически едят мясо тупиков. Когда-то это было необходимостью (яйца тоже собирали), сейчас — дань традиции.

О тупиках написано в моей "Сказке о Рагнаре сыне Хельги".

Киты

Мощно вздымается стыли просоленной

Путник над гладью иль бурными волнами.

Он средь стихии издревле освоенной

Волен, как птица над горными склонами.

Яростно, празднично в даль устремляется...

Всякое, впрочем, в той дали случается.

Киты в Исландии — это отдельная и непростая тема.

В исландских сагах не раскрывается история китового промысла, но иногда описываются конфликты между различными семьями из-за китовых туш. Однако добывать китов исландцы, страдающие от недостатка ресурсов на острове, пытались почти с самого начала. Викинги, прибывшие из Норвегии, внедряли китобойные методы загона мелких китообразных, таких как киты-лоцманы, во фьорды. В документе тринадцатого векаKonungs skuggsjáописывается ряд морских млекопитающих, включая несколько видов китов и дельфинов. В работе Йоуна Гвюдмундссона семнадцатого века конкретно перечислены такие киты, как кашалот, нарвал, северный гладкий кит, финвал и синий кит. На нарвалов охотились из-за спиралевидного зуба, который отождествляли с как мифическим рогом единорога.

Китобойный промысел с помощью копья практиковался в Северной Атлантике еще в двенадцатом веке. Охотники выходили на лодках в море и поражали китакопьем с меткой. А потом, когда тушу выбрасывало на берег, они предъявляли на неё свои права.

Однако исландского коммерческого китобойного промысла до двадцатого века не существовало — у страны просто не было на это средств. Промысел у берегов Исландии в основном осуществляли норвежские компании.

Я не буду морочить вам голову всеми перипетиями исландского китобойного промысла в двадцатом и двадцать первом веке со всеми его мораториями, голосованиями против мораториев, приостановками и возобновлениями, всё это время тему китобойного промысла муссировали и до сих пор муссируют его противники (Гринпис и экологические организации) и защитники (утверждающие, что исландцы всю жизнь ели китовое мясо и использовали китовый жир). Скажу только, что в Исландии есть компания Hvalur hf, которая охотится на финвалов, в основном для международного экспорта (в Японию). Другие компании охотятся на мелких полосатиков для внутреннего потребления (вроде в последнее время интерес туристов к блюдам из китового мяса несколько снизился). Как охотятся — описывать не буду (с помощью гарпунной пушки, это больно).

С другой стороны, наблюдение за китами, которых реально много в океане рядом с Рейкьявиком (лично видела), — это популярное направление туристической отрасли. Экскурсии эти недешёвые, но пользуются спросом и реально впечатляют. Подобную экскурсию я описала в романе "Пляжный отдых Алекс". Там есть хвост кита, который я сфоткала.

Это я возле специализированного корабля и сам этот корабль, ниже — постер, рассказывающий про китов вблизи Исландии:

А это, видимо, полосатик:

Люпины

Сиренево-синими волнами плещут ветра

Над цветущей землёй.

Упиваются хладные властью тогда,

Когда жар золотой

Пробуждает цветения силу,

Отчего то овечкам не милу...

Про люпины я очень подробно написала в романе "Сигги и Валька. Любовь и овцы".

Приведу цитату:

— Какая красота, — не удержав переполнявшего её восторга, воскликнула Валька.

— Да красота, но бесполезная и даже вредная. Хотели как лучше, а получилось как всегда. Аляскинский люпин завезли к нам в 1945 году, хотели бороться с эрозией почв. Живёт до двадцати лет и может вырасти до метра с лишним в высоту. От одного корня может отходить до сотни стеблей. Каждое растение за сезон разбрасывает вокруг себя больше двух тысяч семян, и через год вся поверхность земли в радиусе трёх метров забита свежей порослью, ведь люпин усваивает азот из воздуха и тем самым удобряет почву. Что бы семенам не прорасти? В ущельях и на холмистой местности, вдоль рек и ручьев люпин распространяется ещё быстрее, — Сигги ухватился за спасительную лекцию об аляскинском люпине, чтобы не думать о Валькином отъезде (правда, она об этом, если и догадывалась, то наверняка не знала).

— Разве это плохо?

— Эти люпины размножаются со страшной силой и разрушают эндемичную экосистему. Аляскинский люпин — горький, потому что высокоалкалоидный, овцы его не едят, и это хорошо, хоть не травятся. А нормальная трава и мох из-за него не растёт. Да ещё он вытесняет вереск, отчего в Исландии уменьшилась популяция верескового шмеля, единственного представителя семейства пчелиных.

— И что делать?

— Предлагают скрестить горький аляскинский люпин с низкоалкалоидным сладким люпином. В результате переопыления должен постепенно размножиться гибрид, который будут активно поедать овцы — вот и решение проблемы.

— А это возможно?

— Не знаю. Пока что незаметно…

Выглядит это офигенно, когда летом приземляешься в Кефлавике: под крылом самолёта безбрежное бело-голубое море этих самых люпинов.

Хочу развести этот вид на даче, но не знаю, где взять семена. Есть идеи?

Столица

Веет уютностью, чистою яркостью,

«Дымная бухта» - когда то разведана…

Место наполнено стройной опрятностью,

Прежде отмечена дымными недрами.

Многие здесь поселились и держатся.

Здесь и дороги, и пища, и видится —

Свойства большого на маленьком сходятся,

Может, с того, что на месте том зиждится.

Столица Исландии Рейкьявик — самая северная столица в мире. Население самогоРейкьявика — около 134 тысяч жителей, а включая ближайшие города-спутники (столичную зону) — 240 тыс. человек. Это свыше 60% населения страны.

Топоним "Рейкьявик" на исландском языке дословно означает "дымящаяся бухта" или "бухта дымов" (от исл. reyka — «дымиться», vik — «залив, бухта»). Дело в том, что первые поселенцы за дым приняли пар, поднимающийся над землёй в геотермальных зонах вблизи бухты.

Согласно "Книге о заселении Исландии" (исл. Landnámabók), Ингольф Арнарсон, первый исландский поселенец, построил в 874 году свою ферму на полуострове, где сейчас расположен Рейкьявик. Он и дал местности такое название.

Рейкьявик — очень милый, чистый, благоустроенный город. Там нет никаких каменных джунглей и человейников, вот самое высокое здание, церковь Хадльгримскиркья:

"Небоскрёбы" Рейкьявика:

Жилые дома: