Елена Соловьева – Слепой отбор. Тень для Лунного дракона (страница 26)

— Желание выиграть отбор застлало ее разум и заставило поверить в невероятное. Амос Зелтон умело воспользовался этим, не зная, что мы давно присматриваем за ним. Спасибо, принцесса, что рассказали о нем. Без вашей подсказки нам было бы сложнее понять, кто сообщник принцессы Зельды. А так нам удалось поймать и ее, и его с поличным. Правда, Зельда успела набросить на Стинки усыпляющую сеть, но, как я уже сказал, ваш поводырь не пострадал от этого.

Выходит, в момент утреннего состязания Михаэль и Ярон уже знали обо всем. Хотели посмотреть, как будет вести себя Зельда? Дали ей шанс отказаться от сделки с Амосом?..

— Спасибо вам, Советник, что поверили мне. Мне и Стинки. Я рада, что Амос Зелтон больше не причинит вреда ни одному магическому существу.

Интересно, а мог ли Амос Зелтон знать, что Стинки обитает в зверинце принцессы Илоны? Может быть, этот ужасный маг и был тем недоброжелателем, который перенастроил портал, по которому я добиралась до резиденции Лунных?

Вполне вероятно.

Но значит ли это, что теперь я и Стинки можем чувствовать себя в безопасности? Дальнейший отбор пройдет без происшествий?

Это, боюсь, вряд ли.

— По поводу вчерашнего инцидента, принцесса, — напомнил Ярон о том, о чем я предпочла бы не вспоминать. — Та девушка, в оранжерее, она ошиблась. Приняла меня за другого мага и очень сожалеет, что своим поступком ввела вас в заблуждение. Если вы согласны, она хотела бы переговорить с вами.

Спутать Советника с кем-то другим?..

Я сильно сомневалась, что такое возможно. Скорее поверила бы в то, что Ярон сам убедил девушку в этом. С его сильной магией все возможно.

— Мне это ни к чему, Советник, — отказалась я. — Единственное, что меня сейчас волнует, это здоровье Стинки.

— Понимаю, — выдохнул Ярон. — Но мне хотелось, чтобы вы знали, принцесса: я не волокита и не коварный соблазнитель. Мне, как и всем Лунным драконам, нужна одна единственная девушка. Та, которая полюбит меня искренне и бескорыстно. Та, которую также беззаветно полюбил я сам.

Глава 42

«Полюбил…»

Он сказал, полюбил, а не полюблю. Значит, эта девушка уже есть? Но к чему мне эта информация? Ярон пытался сбить меня с толку? Запутать, околдовать? Очень похоже на последнее, потому что после его признания у меня сердце забилось чаще, а в животе вновь запорхали эти треклятые бабочки.

— Все мы хотим быть любимыми, — призналась, не сдержав взволнованного вздоха. — Искренне и бескорыстно. Но жизнь диктует свои условия.

Опустила взгляд, боясь, что по глазам Ярон поймет слишком многое. То, что я предпочла бы скрыть даже от себя самой. Это я не могла видеть его лицо, его ауру, не могла прочитать сокровенные мысли. А он, кажется, мог все. И даже немного больше…

— Вы о том, что вам обязательно нужно выйти за Михаэля Авертона? — уточнил Ярон.

Не поднимая глаз, кивнула. Все верно, я обязана выиграть отбор для Илоны. Или найти другой способ спасти ей жизнь. А вот моя собственная должна отойти на второй план.

— Этот союз так важен для вас лично или для выгоды вашего королевства? — Ярон задал новый провокационный вопрос. — Отец настаивает?

К чему все это? Я искренне не понимала. Отбор в самом разгаре. Остались только четыре девушки, включая меня. Борьба за корону повелительницы Лунных драконов становится все ожесточеннее и яростнее. Да и сами этапы все жестче и изощреннее. Слова Советника можно было принять двояко: как проверки и как…

— Для чего вам это, Советник? — спросила, решительно вскидывая голову. Я Тень. Тень, занимающая место чистокровной принцессы, гордой и честной. Илона не стала бы прятать от Ярона ни лица, ни мыслей. Наверняка. — Скажите правду: это новая проверка? Или… личный интерес?

Произнести последнее предположение оказалось очень трудно. Язык словно задеревенел и ни в какую не желал слушаться. Но я смогла, сумела. Каким-то чудом прошептала то, что тяжким грузом лежало на сердце. Пусть лучше Ярон посмеется над моими мыслями, чем я сама причиню себе невыносимую боль, поверив в то, чего не существует. Мечты доставляют радость, сбываясь, а те, что разбиваются вдребезги о реальность, не даруют ничего, кроме саднящей пустоты и муки.

— Принцесса… — Ярон опустился на колено и взял меня за руки. — Знаю, это подло, ухаживать за чужой невестой. Но я ничего не могу с этим поделать. С первой нашей встречи вы покорили меня. И с каждым днем моя тяга к вам становилась все сильнее. Невыносимей. Поэтому я прошу вашей руки и надеюсь завоевать сердце. Также, как вы завоевали мое. Я люблю вас.

Он шутит?..

Если так, то это самый жестокий розыгрыш на свете. В порыве нахлынувших чувств я едва не рассказала Ярону всю правду о себе. Едва не нарушила устав Тени и не предала тех, кто в меня верил. Плотно сжала челюсти, приказывая себе молчать. Глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, а, главное, не наделать глупостей.

— Вы предлагаете мне невозможное, Советник, — убито проговорила я. — Отказаться от отбора…

Не представляю, как это будет выглядеть для повелителя Лунных, обвинит ли он своего Советника в предательстве. Но я точно стану ренегаткой, преступницей в глазах короля Иоарда, Рашель, Илоны и всех метаморфов. Ко всему прочему — вряд ли Ярон обрадуется, узнав, что предложил выйти за него не чистокровной принцессе, а безродной девчонке. Да к тому же метаморфу.

— Простите, Советник, это невозможно...

Я не могла видеть лица Ярона, но буквально физически, даже без магического зрения, ощущала его разочарование. Он глухо застонал, как будто получил смертельное ранение. Но при этом не утратил решимости. Не выпуская моих рук из своих, мягко растер большими пальцами запястья, как будто вырисовывая на них тайный узор. Или навешивая невидимые путы. Впрочем, что мне магия, если я сама, добровольно нанесла себе невосполнимый ущерб. Отказалась от предложения того, кого любила всем сердцем.

— Дело государственной важности? — спросил Ярон, как будто заглянув в мои тайные мысли. Но тут же добавил: — Ваш отец настаивает на браке с Михаэлем Авертоном?

Не думаю, что Иоард первый принудил бы горячо любимую дочь выйти замуж без ее желания. Если бы она только захотела,то связала свою судьбу хоть с пастухом, отец не стал бы возражать, лишь бы Илона была счастлива. Но я — не она. Я даже не знала собственного отца. Меня подкинули в приют младенцем, как видно, из-за слепоты. Скорее всего, мои родители были бедными крестьянами, а то и нищими попрошайками. Кормить лишний рот, точно зная, что даже подросший ребенок не станет им подмогой и опорой, сочли невыгодным. Такое случалось довольно часто, к сожалению.

Конечно, все приютские дети мечтали о том, что когда-нибудь, в один чудесный день родители за ними вернутся. И, лучше всего, если они окажутся если не королевскими особами, то как минимум дворянами. Скажут, что так долго искали своих потерянных малышей… И заберут домой.

Меня тоже посещали такие мысли. Иногда…

Ровно до тех пор, пока не пробудился дар метаморфа. Тогда я поняла, что решение родителей отдать меня в приют было верным. Лучше никогда не видеть родных, не знать их любви вообще, чем лишиться в одночасье. И, что хуже всего, увидеть страх и презрение в глазах горячо любимых людей, когда они поймут, кто перед ними.

Да, метаморфов в нашем королевстве не любили…

— Позвольте мне обратиться к вашему отцу, принцесса?! — решительно предложил Ярон. — Я хоть и не повелитель, но тоже драконьих кровей. И занимаю не последнее место в иерархии Лунных.

Глава 43

Если Ярон сейчас обратится к королю Иоарду с подобным предложением…

— Нет! — Из моей груди вырвался не то вскрик, не то всхлип. — Пожалуйста, не делайте этого, Советник. Не поступайте со мной так…

Иоард и Рашель наверняка истолкуют подобное по-своему. Решат, будто я воспользовалась ситуацией и решила обернуть ее в свою пользу. У меня нет никакого права, нет даже надежды обустроить собственное счастье. Я только Тень, презренный метаморф, годный лишь на выполнение определенных задач.

Но Ярону знать об этом не следует. Не сейчас, когда я так близка к поставленной цели. Благополучие настоящей Илоны в моих руках. Корона повелительницы —единственная возможность принцессы исцелиться.

— Только подумайте, как отреагирует на это Михаэль Авертон! — Я решила зайти с другой стороны, отбросив в сторону собственные чувства и тайные желания.

— Он не станет возражать и препятствовать, — произнес Ярон так, словно был на все сто процентов уверен в этом. — Мы с ним близкие друзья, родственники. Если наши с вами чувства взаимны, Михаэль только порадуется за нас.

Я прикусила нижнюю губу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Сердце и душа рвались на части. Но я ничего, абсолютно ничего не могла предпринять, чтобы хоть немного облегчить эту невыносимую боль. Хорошо, что у Лунных драконов так развито взаимопонимание. Но меня не простят. Я сама не прощу себя, если поставлю личные интересы выше чужой жизни.

— Не говорите «нет», принцесса, — попросил Ярон, как будто снова прочитав мои мысли. Наверное, так и было. Несмотря на долгое обучение в Академии Теней, я оказалась не готова к подобному. Не смогла сдержать эмоций, наверняка отобразившихся на лице. — Если вы против, то я не стану обращаться к вашему отцу.