Елена Смирнова – Анна. Дар ведьмы (страница 1)
Елена Смирнова
Анна. Дар ведьмы
Часть первая: Пробуждение
Глава 1. Дар от покойной бабушки
Анна проснулась от очередного кошмара. Сердце колотилось где-то у горла, а тело покрылось липким холодным потом. После похорон бабушки, которых прошло уже больше месяца, девушке постоянно снилось одно и то же: кладбище, полумрак и странная, манящая тишина. Она просыпалась под утро, около четырёх часов, чувствуя, как страх въедается в каждую клеточку. В каждом сне покойная бабушка, Антонина, словно звала Аню с собой — то жестом, то взглядом, полным невысказанной тоски.
Вот и в этот раз сон был до жути реалистичным. Ей приснилось, что она стоит посреди старого погоста, заросшего полынью и клевером. В небольшой церкви, что притулилась у входа, горели свечи, отбрасывая дрожащие тени на древние фрески. Аня чувствовала: храм полон людей, но каким-то внутренним чутьём, доставшимся от бабушки, понимала — эти люди давно умерли. Это был их мир — мир теней и воспоминаний. Она здесь чужая, случайная гостья. Как же сильно она хотела к маме, в привычную, безопасную жизнь!
Около церкви, прислонившись к старому дубу, стояла бабушка. Она выглядела так же, как при жизни: в своём любимом тёмном платье, с седыми волосами, собранными в пучок. Старушка молча манила Аню костлявой рукой. Пробуждение было мгновенным — как будто кто-то резко выдернул её из ледяной реки на берег. Девушка села на кровати, хватая ртом воздух.
Завернувшись в тёплый плед, Аня побрела на кухню заваривать кофе. Это был уже пятый кошмар. Кошмар, который повторялся с пугающей точностью, менялись лишь незначительные детали: погода, звуки, лавочка у церкви — но суть оставалась неизменной. Бабушка звала её.
Утром Людмила, мама Ани, застала дочь сидящей на маленьком диванчике. Девушка задумчиво сжимала кружку давно остывшего кофе. Кот Маркиз, пушистый рыжий обжора, свернулся калачиком у неё на коленях и мирно посапывал, лишь изредка вздрагивая и дёргая задними лапами во сне.
— Аня, тебе снова приснился кошмар? — спросила Людмила, и в её голосе звучала не столько тревога, сколько усталая обречённость.
— Мама, я так больше не могу, — прошептала Аня, не поднимая глаз. — Она меня измучила. Я не понимаю, зачем она мне снится. Что ей нужно?
Людмила тяжело вздохнула, подошла к дочери и села рядом, погладив её по плечу. Всю жизнь она пыталась оградить Аню от той стороны семьи, которую олицетворяла её покойная мать. Но сейчас, глядя на тени под глазами дочери и её осунувшееся лицо, она поняла: больше тянуть нельзя.
— Давай съездим к Никифоровне, — тихо предложила Людмила. — В деревне говорят, она делает такие вещи, что простому человеку не под силу. Может, она сможет тебе помочь.
Аня подняла глаза. Про Никифоровну она слышала с детства. Все в деревне считали её ведьмой, побаивались и уважали одновременно. Ей было страшно, но она понимала: выхода нет.
Глава 2. Странный сон в доме покойной бабушки
Людмила взяла на работе небольшой отпуск, договорилась с соседкой, чтобы та поливала цветы, и принялась собирать вещи. Аня в это время заканчивала сессию в медицинском институте. Впереди было целое лето, полное загадок и неизведанного, хотя тогда они об этом даже не догадывались.
Никифоровна жила в той же деревне, где когда-то обитала покойная бабушка Ани. Людмила ещё в детстве слышала, что они являются дальними родственницами — как говорится, «седьмая вода на киселе». Но связи не поддерживали. Слишком разными были пути: бабушка Ани больше лечила травами и нашептывала, а Никифоровна… о её делах ходили самые тёмные слухи.
Мать с дочерью быстро собрали вещи: сумки, походный рюкзак, аптечку. Всё это нагромождение скарба стояло в коридоре в ожидании погрузки в старенький, но надёжный автомобиль. По дороге из института Аня должна была купить переноску для кота. Маркиз, как самый настоящий член семьи, отправлялся с ними в деревню.
Дорога была недолгой, каких-то сто километров. Ехали не спеша, с остановками, наслаждаясь первыми летними деньками. Когда они наконец подъехали к дому бабушки, Аню охватило щемящее чувство. Дом стоял тихий, заколоченный. После смерти бабушки здесь никто не жил.
Войдя внутрь, обе женщины почувствовали, будто время здесь остановилось. В воздухе всё ещё витал тот же запах — смесь сушёных трав, старого дерева и пирогов. Солнышко так же весело играло на вышитых занавесках. Казалось, что вот-вот откроется дверь из бабушкиной комнаты, и Антонина выйдет к ним с доброй улыбкой, предложит свежего чая с мятой и достанет свои коронные пироги с щавелем. Но это были лишь призраки воспоминаний.
Перекусив яичницей с колбасой, они легли спать. Решили, что завтра с утра разберут сумки и сходят в деревенский магазин за продуктами. А главное — нужно было нанести визит Никифоровне. Людмила предупредила дочь: ходить к старушке нужно только тогда, когда у той хорошее настроение. А то всякое люди рассказывают. Однажды приходила к ней молодая барышня — хотела приворожить парня. А Никифоровна была не в духе. Что они там не поделили, история умалчивает, но барышня чуть умом не тронулась. Еле Анина бабка ту несчастную выходила.
Ночью Ане снова приснилась бабушка. На этот раз Антонина сидела за большим деревянным столом, а перед ней лежала огромная старая книга в кожаном переплёте. Бабушка подзывала Аню к себе, шепча: «Идём, я тебе кое-что покажу». И вдруг во сне скрипнула дверь. Аня обернулась и увидела на пороге Никифоровну. Старуха стояла молча, пристально глядя на Анну, и ждала, когда её пригласят в дом, но сама порог не переступала.
Аня проснулась в холодном поту. Часы на стене показывали половину четвёртого утра. Старые маятниковые часы монотонно отстукивали минуты, и от этого звука на душе становилось ещё более неспокойно. Чтобы отвлечься, Анна открыла ноутбук, решив почитать лекции. Но сон не выходил из головы. Он был какой-то слишком реальный, слишком пророческий.
Глава 3. Поход к старой ведьме
На следующее утро Аня умылась ледяной водой из колодца и вышла на крыльцо. Солнце ещё не взошло, но небо на востоке уже алело. Светлые летние ночи стояли над деревней. Усевшись на лавочку, она задумалась. Почему бабушка, которую она так любила, пытается забрать её с собой? Почему пугает в снах? Вчерашний сон вообще был каким-то странным — с участием Никифоровны.
За размышлениями она не заметила, как к ней подошла мать.
— Анют, пойдём в дом. Я чайку свежего заварила и оладушков напекла, — сказала Людмила, стараясь говорить бодрым голосом.
Аня обожала мамины оладьи — пышные, румяные, с маслом и сметаной. Она поднялась с лавочки и побрела в дом.
— Мам, мне снова бабушка снилась. Книгу какую-то старую показывала, — призналась она, садясь за стол.
Людмила вздохнула, разливая чай по кружкам.
— Ой, Анюта, не знаю… Может, я была не права, что не давала тебе много времени с бабушкой? В принципе, какой вред? Ну знала бы ты травы, умела бы настойки делать. Сейчас вон даже в аптеках травяные сборы продают. Может, тогда и бабушка с того света тебя не тревожила бы? — в голосе Людмилы слышались нотки вины.
На закате, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, Людмила с Аней отправились к Никифоровне. Людмила на всякий случай перекрестилась перед бабушкиным иконостасом и поцеловала маленькую иконку Спасителя. Дом Никифоровны стоял на самой окраине деревни. Соседние дома давно опустели, обветшали и пустовали не один десяток лет. Люди сторонились ведьмы.
Они вошли в калитку. Старая, скрипучая калитка жалобно заныла. Не успели они подойти к крыльцу, как изнутри раздался скрипучий, но властный голос:
— Людка, оставайся за порогом. А девка пускай входит.
Аня вздрогнула от неожиданности. Ей было страшно одной идти к этой женщине. Но, взглянув на мать, которая кивнула ей, она набралась смелости.
В детстве Аня была у Никифоровны лишь однажды. Бабушка напекла блинов и попросила внучку отнести угощение соседке. Тогда Никифоровна вцепилась ей в руку своими костлявыми пальцами и долго бормотала что-то, глядя прямо в глаза. Аня со страху никому не рассказала об этом случае.
Войдя с яркого света в тёмное помещение, Аня сначала ничего не увидела. Глаза привыкали к полумраку. Пахло ладаном, сушёными грибами и чем-то ещё неуловимо древним. Немного присмотревшись, она заметила за столом фигуру Никифоровны.
— Ну что, пришла? — голос старухи звучал почти ласково. — Долго же мне тебя ждать пришлось. Не передала тебе бабка Дар свой, вот и мучается теперь.
— Что же мне делать-то? — Аня сама не узнала свой голос — такой он был тихий и дрожащий. — Я люблю бабушку, конечно… Но не хочу сидеть тут в платочке, в избе, где развешаны пучки трав и грибы. Я хочу стать врачом, известным, уважаемым человеком…
— Да что ж ты так не уважаешь память предков своих? Опыт поколений? — Никифоровна вмиг разогнулась, её глаза метнули молнии. — Глупая девка, неразумная.
Аня почувствовала, как подкосились ноги. Ей захотелось провалиться сквозь землю.
Глава 4. Принятие Дара ведьмы
Возвращалась Аня от Никифоровны расстроенная. Она наивно надеялась, что старая ведьма просто «руками разведёт», пошепчет заклинания, да и все беды уйдут. Кошмары исчезнут, и жизнь наладится. Но Никифоровна наказала прийти к ней одной, на закате, с готовым решением.