Елена Смелина – Отец парня. Ты моя страсть (страница 69)
Я замираю.
Мир словно отступает на шаг.
Слово «беременную» висит в воздухе, как выстрел, который уже прозвучал, но звук ещё не дошёл.
Журналистка моргает. Ровно один раз.
А потом ее глаза вспыхивают.
– Беременную? – повторяет она быстро, слишком быстро. – Простите, вы сказали «беременную»? Анна беременна?
Сергей на секунду закрывает глаза.
Ему не надо смотреть на меня, чтобы понять, что он только что сделал.
Я чувствую, как кровь отливает от лица.
– Это… личное, – выдавливаю я, но это звучит жалко. Поздно. Уже поздно.
– От вас? – журналистка почти подпрыгивает на месте. – То есть… это ребёнок наследника Савина?
Сергей делает шаг вперёд так резко, что она инстинктивно отступает.
– Ещё слово – и вы будете разговаривать с моими юристами, – говорит он холодно. – И поверьте, вам не понравится.
– Я ничего не утверждаю, – она поднимает руки, но улыбка у неё уже другая – хищная. – Я просто уточняю факты.
– Факты уточняйте в суде, – отрезает Сергей. – Уходите.
Она смотрит на него секунду. Потом на меня – цепко, жадно, будто делает снимок глазами.
– Хорошего дня, – произносит она слишком сладко. – И… берегите себя.
И уходит.
Но уходит так, как уходят люди, которые уже унесли своё.
Сергей поворачивается ко мне.
Смотрит так, будто сейчас сам себя ударит.
– Аня… – говорит он тихо.
– Зачем ты сказал? – у меня голос не повышается, но внутри всё трещит. – Зачем?
Он проводит ладонью по лицу, как человек, который не знает, куда деть вину.
– Я хотел, чтобы она отстала, – выдыхает он. – Я… не подумал.
Я смотрю ему в глаза и понимаю, что он правда не подумал. Он просто защищал. Как умеет. Силой. Резко. И опять – не туда.
– Теперь она не отстанет, – говорю я почти шёпотом.
Сергей молчит.
А потом очень спокойно произносит:
– Я рядом. И я это исправлю.
Я хочу спросить: «как?»
Но вместо этого смотрю вслед журналистке, которая растворяется в мокром потоке людей.
Глава 74
Телефон лежит рядом с подушкой, и экран вспыхивает раньше, чем я успеваю открыть глаза. Не звонок — уведомления. Много. Слишком.
Сначала я думаю, что это просто чаты: девочки с курса, какая-то пересылка, мемы. Обычная университетская шелуха.
Но там нет шелухи.
Там моё имя, «беременная», «наследник Савина».
Я читаю заголовки, и мне кажется, что кто-то вытащил наружу то, что должно было жить под кожей еще месяцы. Тихо. Внутри. Моё.
«Беременная подруга Савина-младшего…»
«Скандал после смерти бизнесмена…»«Встреча с Баратовым и личная жизнь наследника…»Пальцы немеют. Я листаю, как будто если пролистаю достаточно быстро, это перестанет быть правдой.
За стеной звенит чашка. Мама на кухне. Папа кашляет. Обычное утро, которое внезапно стало чужим.
Я выхожу в коридор и слышу, как мама говорит вполголоса:
— Там опять что-то про них… Ты видел?
Папа отвечает коротко, глухо:
— Вижу.
Я стою, не двигаясь. Они уже знают. В этот момент телефон снова вибрирует.
Сообщение от Светы.
«Ань, ты дома? Не отвечай никому. Вообще. Я увидела новости. Если нужно, я приеду. И… я рядом, ладно?»
Я смотрю на эти слова дольше, чем на заголовки. Потому что тут нет хищного интереса. Тут просто страх за меня.
Я пишу:
«Дома. Я не знаю, что делать.»
Ответ приходит почти сразу:
«Ничего. Просто не выходи. Я могу быть рядом, если хочешь. И не слушай их. Пожалуйста.»
Я не успеваю ответить, потому что снизу, со двора, долетает шум. Не громкий, но вязкий. Как стая, которая знает, что добыча здесь.
Я подхожу к окну.
Два человека у подъезда. Потом ещё. Камера на плече. Зонт с логотипом. Девчонка с микрофоном. Они стоят так, будто имеют право.
Меня качает назад, словно от удара.
— Мам… — голос срывается. — Мам, там…
Мама подходит, выглядывает и бледнеет.
Папа молча встаёт, подходит следом. Смотрит долго.
— Не выходи, — говорит он наконец. Не громко, но так, что спорить невозможно.
И тут домофон оживает.
Раз. Второй. Третий.