Елена Смелина – Отец парня. Ты моя страсть (страница 50)

Не красиво.

Не благородно.

Не потому что «забочусь».

Я хочу её телом.

И это желание бьет, как током, когда я слышу её дыхание рядом.

Я провожу языком по зубам, чтобы не сказать ничего лишнего.

– Мы скоро будем, – произношу я.

Она кивает, не переставая смотреть в окно.

А я – пытаюсь не смотреть на неё снова.

Только проблема в том, что я уже смотрю. И не могу остановиться.

Когда подъезжаем к коттеджу, солнце только начинает клониться вниз. День еще в разгаре.

Я заглушаю двигатель.

– Пойдём, – говорю мягко.

Она кивает и выходит.

Сумку не даю ей нести – беру в руку сам.

Внутри прохладно. Запах дерева, тишина, ровный свет из больших окон.

– Если хочешь, можем просто погулять, – предлагаю. – Тут есть тропа к реке.

Она на секунду закрывает глаза, будто пытается вспомнить, как дышат.

– Давай.

Мы идём медленно.

Лес тихий.

Вода шумит где-то ниже.

Она останавливается на берегу, смотрит на воду, и я вижу – впервые за долгое время она просто есть. Без защиты. Без маски.

Я стою рядом. Не трогаю. Не подхожу ближе.

– Спасибо, что привез, – произносит она вдруг.

– Я хотел, чтобы ты отдохнула, – отвечаю.

Она качает головой.

– Нет. Ты хотел… чтобы я не была одна.

Она сказала это без обвинения.

Просто факт.

И от этого внутри становится тесно.

Я делаю вдох.

– Аня… Я не хочу давить. Я не прошу ничего. Просто… я рядом. Я всегда буду рядом. Как бы ни было.

Она медленно поворачивается ко мне.

Глаза – тихие, глубокие, как будто она устала бороться за поверхность.

И прежде чем я решаюсь коснуться её – она делает шаг назад.

Один. Точный.

– Сергей, – говорит она. – Прежде чем ты… сделаешь что-то… мне нужно сказать.

Сердце останавливается.

Её голос ровный. Слишком ровный.

– Я беременна.

Воздух вокруг меня становится густым, будто им можно резать.

Я смотрю на неё – не моргаю.

Она не отводит взгляд.

Она не ждет, что я что-то угадаю.

Она знает, что я уже понял.

И всё же говорит:

– От Романа.

Не шёпотом.

Не плача.

Чётко.

Как приговор.

Мир не рушится. Он просто… меняет форму.

Гул крови в ушах. Слова не приходят.

Она стоит передо мной – тонкая, упрямая, честная до боли.

И я понимаю:

Эта правда – не нож.

Эта правда – вопрос, который меняет всё.

Глава 63

Я сижу в кабинете отца и впервые понимаю, что стол может быть слишком большим.

Для человека, который за ним сейчас сидит – точно.