Елена Славинская – Нежность черного квазара (страница 3)

Черные лаковые туфли лодочки Авианы красиво и ритмично стучали по покрытию. Этот монотонный звук и световые квадраты на полу, которые она преодолевала, настроили Авиану на деловой лад. Она откинула все свои переживания и сомнения, вошла внутрь переговорной. Маска уверенной, профессиональной Авианы Бонаве все еще казалась чужой, но по крайней мере уже более удобной.

За длинным овальным столом в светлой переговорной дожидались клиенты. Вежливо поздоровавшись, Авиана прошла в переговорную и села напротив группы из четырех мужчин, безошибочно определяя того, кто будет платить за время юристов «Койпер и Партнеры».

Самый возрастной из них – Клаус Шпрекельс – промышленник, сделавший целое состояние на добыче и переплавке углеводородистой стали. Уже позже он решил, что на оружейной нише слишком много свободного места и с огоньком и задором занялся выпуском лазерных пушек и огнестрелов.

Господин Шпрекельс не выглядел как человек, имеющий доступ к регенерационным кабинам в любое время дня и ночи. Ави могла поспорить, что такая технология точно находится в его особняке для личного пользования. Но, несмотря на доступность, сероватая морщинистая кожа обтягивала выступающие скулы, редкие седые волосы были зачесаны на одну сторону, прозрачные водянистые глаза впились в фигуру Авианы, а морщинистые пигментированные руки крутили электронное перо, инкрустированное черными муронами.

«Какая бессмысленная роскошь» – подумала Авиана и обратила свое внимание на мужчин, сопровождающих Клауса. Двое из них едва заметно были похожи между собой, Авиана пришла к выводу, что это сыновья промышленника. Старшему сыну Шпрекельса было около пятидесяти. Его виски посеребрила седина, он по-доброму улыбался, и создавалось впечатление, что он сам не понимает, зачем здесь находится. Но Авиану не обманул его простоватый вид. Абрау Шпрекельс занимал пост главного юрисконсульта в многомиллионном холдинге отца.

Бернард Шпрекельс – младший сын промышленника старательно улыбался. Он придвинулся ближе, желая оказаться напротив Авианы. Бернард не спускал внимательных голубых глаз с Авианы, и его поза невербально сообщала всем присутствующим о заинтересованности в общении с Бонаве. Авиана вспомнила, что знает о младшем Шпрекельсе. Скорее всего, его выдернули с очередной яхты, где тот отдыхал в компании красавиц со всего Альянса. Бестолковый отпрыск магната, кажется, его несколько раз ловили с запрещенными психотропами, но влияние отца всегда спасало Бернарда от заслуженного наказания.

Сам Бернард был худым и угловатым, на вкус Авианы слишком острым и было что-то в его лице отталкивающее. Вседозволенность со стороны родителей и бесконечный приток токенов на личные счета делали детей богатеев между собой похожими.

Четвертый мужчина сутулился и щурился так, будто у него плохое зрение, он проверял свой планшет и без устали что-то в нем печатал. Секретарь Клауса не поднимал головы, отправлял голограммы, отклонял звонки и сообщения.

Клаус Шпрекельс демонстративно посмотрел на свой коммуникатор и поднял недовольный взгляд на Бонаве.

– Я был уверен, что моим делом займется лучший специалист, – он наглядно продемонстрировал, что не считает Авиану таковой.

– Разумеется. Господин Кормак прибудет с минуты на минуту.

– Я не привык ждать.

– Наша встреча начнется в назначенное время, – Авиана мягко улыбнулась и принялась открывать на своем планшете окна и приложения, необходимые для протоколирования встречи.

– Отец, к чему этот тон для такой прекрасной леди?

Абрау сжал челюсти и нервно поправил манжету своего пиджака.

Клаус метнул сердитый взгляд на своего младшего сына.

Секретарь магната замер над планшетом, как кролик перед удавом. Именно этот момент напряжения Макс выбрал для того, что появиться перед клиентами.

В иссиня-черном костюме тройке и белоснежной рубашке, которая выгодно оттеняла его загар, он выглядел безупречно. Оценив эмоциональную атмосферу в переговорной, Макс кинул быстрый взгляд на Авиану, поднял уголки губ и громко представился.

– Уже успели переругаться из-за моей помощницы? – весело осведомился он, отодвигая кресло рядом с Авианой.

Ави замерла, никак не выдав своего возмущения таким заявлением, и сосредоточилась на организации записи встречи.

Клаус громко втянул воздух, его начинало раздражать это булькающее молодым тестостероном пространство.

– Госпожа Бонаве ни коем образом не задействована, – постарался сгладить все Абрау, и протянул руку для рукопожатия.

– Не скажи, – вставил Бернард и дернул бровями, продолжая сверлить оценивающим взглядом Авиану. Абрау на одно ничтожное мгновение споткнулся в своем движении, но быстро продолжил открывать на планшете документы. Голограммы вспыхивали и сверкали, распределяясь над столом.

– Извините за бестактность моего брата.

– Не нужно за меня извиняться! – прошипел в сторону Абрау Бернард.

Ави и Макс переглянулись. Кормак хлопнул в ладони, привлекая к себе внимание и заставив бедного секретаря подскочить на месте.

– Итак.

Клаус метнул недовольный взгляд на Авиану: его раздражало, что женщина присутствует при серьезном мужском разговоре. Авиана мастерски умела считывать подобные взгляды. И сейчас ей захотелось доказать, что она на своем месте, что с ней нужно считаться. Она по очереди ослепительно улыбнулась Бернарду, Клаусу, Абрау, даже секретарю досталось горсть знаменитого мовианского обаяния. Секретарь задушено втянул воздух, покрылся рваными красноватыми пятнами смущения, но отвернуться обратно в свой планшет уже не смог. Авиана приковала все внимание к себе.

Рядом резко поменял положение Макс.

– Господа, – Авиана не понимала почему, но рядом с Кормаком, она становилась увереннее.

Голос Авианы приобрел бархатистую хрипотцу, мягкие «р» завибрировали над столом:

– Что привело вас в «Койпер и Партнеры»?

Клаус медленно моргнул. Абрау откашлялся и расслабил узел галстука. Бернард едва слюной не капал на стол. Авиана, подчинив взгляды всех присутствующих себе, благосклонно кивнула клиентам, ожидая их ответа.

– Моего отца ограбили, – Абрау проморгался, рассеивая наваждение. Помощница Кормака безусловно красива, но в один момент она показалась ему противоестественно притягательной, как будто ее облили афродизиаком. В сознании Абрау даже проскочила мысль о разводе, а ведь он без ума от своей молодой жены.

Абрау потер глаза и приступил к изложению дела.

Клаус Шпрекельс оказался большим ценителем искусства землян. Особенно его интересовал период до великой катастрофы[1], датируемый семнадцатым и девятнадцатыми веками. Господин Шпрекельс обладал впечатляющей коллекцией живописного творчества человечества. Он покупал, участвовал в аукционах, поручал своим юристам проводить сделки, вешал полотна в своих кабинетах на разных планетах и хранил бесчисленное количество холстов в своих резиденциях. К нему обращались за консультациями и просили его мнения насчет приобретений. Клаус успел зарекомендовать себя как первоклассный ценитель искусства.

– Две недели назад мы поручили компании «СпейсЛогистикс» транспортировку трех полотен. В секторе М, между точками выхода из гиперпространства А4677 и А098 на судно, перевозящее груз, было совершено вооруженное нападение. Полотна пропали. Сотрудники «СпейсЛогистикс» не пострадали.

На этих словах Клаус высокомерно фыркнул, но промолчал. Абрау ждал реакции от Кормака.

– Пока я не слышу причины, по которой вам требуется наша помощь. Полотна, я уверен, застрахованы от подобных случаев.

– Верно, но сумма страхования превышает десять миллионов токенов.

Макс понимающе хмыкнул:

– И эта сумма попадает под закон о противодействии легализации доходов, полученных преступным путём.

– Верно.

– Вам нужно предоставить протоколы осмотра места преступления, записи с бортовых компьютеров и через пару дней крипта будет у вас на счетах. Но все это вы прекрасно знаете и без меня.

– Все так, но только если выгодоприобретатель не втянут в судебные разбирательства.

– Не сомневаюсь, что у «Шпрекельс Групп» масса открытых дел. Но полотна относятся к вашему личному имуществу, ведь покупать предметы искусства на корпоративные средства запрещено.

– Выгодоприобретатели – отец, я и мой брат. «СпейсЛогистик» выдвигает обвинение против нас троих.

Макс подобрался на кресле, всю расслабленность смело яркой заинтересованностью.

– Основание?

– «СпейсЛогистик» утверждают, что кто-то из нас троих организовал кражу полотен, чтобы получить страховую выплату. И еще они требуют возмещения репутационных убытков.

– Маршрут, которым следовал звездолет, перевозящий картины, был засекречен? Кто имел доступ?

– Какое это имеет значение?! – неожиданно рявкнул Клаус. – Эти… ничтожества решили, что могут бодаться со Шпрекельсами!

– Большое значение, господин Клаус. Мне нужно знать все подробности, если я планирую защищать вас в суде, – Ответил Макс, сохраняя спокойствие.

– Маршрут был передан на коммуникатор отца за сутки до транспортировки.

Макс криво улыбнулся, Авиана уже успела познакомиться с таким выражением лица своего начальника. Он уже знает, как выстроить линию защиты, в голове Макс наверняка прокрутил свое выступление, и Авиана уверена, что Кормак уже придумал, как закрыть дело, не доводя его до официальных слушаний.