Елена Шемелина – Ртуть в огне (страница 8)
- Ты же не хочешь уходить, - сказал Кондаков, внимательно вглядываясь в лицо Инги, - что случилось?
- Я получила предложение, от которого не отказываются.
- Получается, я думал правильно. Не прогадай только, Инга Олеговна. Будь осторожна. Если что – мой телефон есть, звони. Отпустил бы прямо сейчас, но никак не могу, так что следующие две недели ты побудешь с нами.
- Конечно, Иван Андреевич.
Аська сначала восприняла уход Инги в штыки. Потом, вдребезги разбив любимую чашку, она, наконец, успокоилась.
- Асенька, ну пойми, нельзя мне иначе. – Инга виновато посмотрела на подругу. – Ты мне, конечно, не поверишь, но я бы хотела остаться здесь.
- Ты прямо как мой ухажер, предпоследний. Он тоже говорил: «Не могу иначе», а, как выяснилось, очень даже мог. Теперь опять буду тут одна куковать, тьфу прямо, - Аська с такой силой закрыла дырокол, что Инга не сомневалось – скоро и он окажется в мусорном ведре рядом с чашкой.
- Мы обязательно встретимся. – Инга наклонилась и обняла подругу за плечи.
- Ага, двадцать лет спустя, - обиженно протянула Анастасия.
-А вот и нет, разве я тебя оставлю?
- Время покажет.
***
После работы Георгий Анатольевич заехал за Ингой, как и обещал. На дорогах были пробки, но Победин каким-то образом ухитрялся в них не застревать – он несся по левому ряду с огромной скоростью, а когда они съехали с кольцевой, стрелка спидометра если куда и двигалась, то только вправо. Внезапно машина, резко сбросив скорость, вписалась в неприметный поворот – указатель отсутствовал, поэтому Инга не представляла, куда они направляются.
Дорога, по которой они ехали теперь, была старой – местами на ней еще сохранились участки, покрытые разбитым асфальтом, но в основном машина скользила по колее, проложенной в траве. По обеим сторонам дороги было многоцветье осеннего леса и ничего более. Вскоре лес совсем поредел и дорога закончилась – видимо когда-то здесь был песчаный карьер, ныне выработанный и заброшенный – под колесами теперь еле слышно шуршал песок, а впереди на некотором отдалении виднелась черная гладь воды. Он остановил машину у опушки леса, затем повернулся к Инге:
- Дальше пешком.
Победин хотел помочь Инге выйти из машины, но она опередила его, легко скользнув на землю. Взгляд ее из недоумевающего и настороженного стал восхищенным.
- Как красиво и тихо. – Инга устремила взгляд на горизонт, за который, не спеша, стремилось солнце.
- Самый лучший момент здесь это закат. Причем именно в начале сентября.
- Пойдемте к воде, там же озеро?
- Пойдем.
Они шли бок о бок. Заходящее солнце создавало иллюзию тепла – Инга с наслаждением вдохнула полной грудью:
- Воздух чудесный, спасибо.
- За что? - удивился Победин.
- За это, - она развела руки в стороны.
Берег озера тоже был песчаным, у воды лежали мелкие камешки. Инга прошла немного вдоль берега, взяла пару камешков, а затем со смехом бросила один из них – почти плоский кругляш несколько раз подпрыгнул на поверхности воды. Она даже не подозревала, что играет с огнем – у нее для этого было еще слишком мало опыта. Победин внимательно следил за ней – за каждым движением и взглядом, сдерживаясь изо всех сил и думая о том, как, порой, неожиданно рушится то, что строил годами. Инга повернулась к нему и, улыбнувшись, спросила:
- А вы так можете?
В воду полетел еще один камень – Инга бросала их так легко и уверенно, что он невольно подумал о том, умеет ли она метать нож.
Георгий не мог больше сдерживаться. Он и сам не знал, чем закончится эта поездка. Сейчас это уже было не важно – они были вдвоем, здесь она принадлежала только ему…
Он сжал ее в объятиях, развернул и вновь притянул к себе. Желание обладать Ингой стало почти ощущаемой физической болью и эта боль искала выход. Мгновенно разорвав блузку и белье, что было под ней, он жадно впился в ее обнаженное плечо, потом нашел губами грудь, чувствуя под тонкой кожей бешеное биение сердца. Вдруг с невероятной для хрупкой девушки силой и ловкостью Инга вывернулась из его объятий – она смотрела на него не с ужасом или презрением, а с неожиданной холодной яростью.
- И часто вы вот так любуетесь закатом? Много женщин вы привозили сюда? – процедила она сквозь зубы, пытаясь привести в порядок одежду.
Победин снова стал невозмутимым. Запал прошел. Он накинул ей на плечи собственный пиджак и только потом ответил:
- Ни одной до сегодняшнего вечера.
Он мог легко сделать с ней что угодно, но стоял, не двигаясь и ожидая, что она предпримет – главное, чтобы не попыталась ударить его или сбежать – тогда сдержаться ему, скорее всего, не удастся. Инга решительно шагнула к нему и тихо произнесла:
- Никогда больше так не делайте, - затем вдруг обняла его и прижалась к груди, - только теперь я поняла, что вы чувствуете, думаю, мы справимся. Не могу я вот так, сразу... Мне необходимо привыкнуть.
Сильные руки сомкнулись у нее за спиной, прижимая еще теснее. Они долго стояли так, никому не хотелось разрывать объятия. Наступили сумерки. По-прежнему не говоря ни слова, он подхватил Ингу на руки и понес к машине.
Домой они вернулись, заехав по дороге в пару магазинов – предлог для замены гардероба даже не нужно было придумывать – новая работа требовала новой одежды – дорогой и строгой.
***
Оставшись одна в ванной, Инга ощупала плечо – к счастью, следа не осталось. Слезы полились сами собой – все ее мужество словно осталось там, на заброшенном карьере. Смысл поездки был ясен – свекор наглядно продемонстрировал ей, что ее ждет, если она вздумает оказывать ему сопротивление. Хорошо, что Лешка за компьютером и не пошел за ней в ванную, как иногда бывало. Инга встала под горячий душ. Закрыв глаза, она вспоминала произошедшее. Ее трясло, зубы стучали. Выйдя из ванны, Инга взяла из шкафчика над раковиной упаковку успокаивающих таблеток, приняла две вместо одной и запила водой из крана. Дрожь потихоньку ушла. Теперь Инга думала об одном – что она почувствует, оказавшись в постели с другим мужчиной? Сейчас при мысли о близости с Побединым-старшим она ощущала только страх и отвращение к себе из-за собственного бессилия. Себя не обманешь – в те минуты, которые она провела, прижавшись к сильному телу свекра, его страсть невольно передалась ей - сейчас, даже при воспоминании об этом Инга чувствовала приятные ощущения, которые не могло заглушить возникшее вместе с ними чувство стыда.
- Инга, открой, пожалуйста.
Не отозваться мужу Инга не могла. Она открыла дверь и мгновенно оказалась в объятиях Алексея.
- Ну наконец-то. Весь день только о тебе и думал.
Ночью Инга резко проснулась - ей послышалось, как кто-то произнес ее имя, она посмотрела – Алексей спал рядом. Инга повернулась и прижалась к мужу. Она любила его и не хотела терять, а еще ей было страшно, очень страшно.
***
Воскресный день выдался на удивление погожим. Алексей и Инга уехали за город, прихватив с собой собак – они хотели побыть наедине на свежем воздухе, несмотря на то, что осень их вовсе не радовала – в этом вкусы супругов совпадали абсолютно. Алексею пришлось отменить некоторые встречи, хотя именно в выходные клиенты агентства проявляли наибольшую активность.
Георгий и Нина остались дома – они решили не мешать молодым, да и побыть вдвоем теперь получалось редко. Их отношения со временем перешли в стадию уважения и дружбы, как бывает между мужем и женой, пережившими вместе многие годы. Они сидели в гостиной, он – на диване, она – в широком кресле с пяльцами в руках – вышивала Нина Аркадьевна очень искусно.
- Знаешь, Егор (так она называла мужа лишь наедине), ты совсем стал на себя не похож в последнее время. Это из-за Нади, или случилось еще что-нибудь? От меня не скроешь.
- Ты права как всегда. Внутри словно пустота. А еще Инга.
Нина отложила пяльцы.
- А что с Ингой? Конечно, меня удивило твое решение взять ее на такую должность, Надю будет очень тяжело заменить. Пятнадцать лет, как-никак. Или тут что-то еще?
- Да, есть еще кое-что. У меня такое ощущение, что я могу сломать ей жизнь, а заодно и сыну. Потерять их.
- Егор, ты говоришь так, будто нельзя будет повернуть назад и отказаться от этой затеи. Брось, не изводи себя. Да, Инга молодая, но не забывай, как она работает сейчас – справляется же. Я ведь к ней заезжала, наблюдала – она умеет ладить с людьми. Все будет хорошо. Может, чаю выпьем? У меня пирог почти готов, с яблоками, как ты любишь.
- Погоди. Алексей так ничего ей не сказал, как я понял. Пока они молодые и о детях не думают – а что потом? Если она узнает про ту операцию, что ему пришлось сделать, и про то, что детей у них из-за этого не будет – что она сделает тогда? Сначала я об этом не думал, но в последнее время эта мысль тоже не дает мне покоя.
- Да, мне бы очень хотелось увидеть внуков, но нам лучше не вмешиваться. Я надеюсь, что их любовь преодолеет это. Да и мы поможем. Сейчас столько технологий – если всерьез задаться целью, то многое возможно. Ты, конечно, с Лешкой не говорил об этом?
- Не говорил, потому что не знаю, с чего начать.
- И не надо. Думаю, придет время, он сам обратится к тебе за советом.
- Нина, иди ко мне, посидим вместе. – Голос Георгия стал непривычно мягким.
- Только посидим? – Нина улыбалась совсем как тогда, когда они тайком сбегали из дома, чтобы побыть вдвоем – словно и не было прошедших лет.