Елена Шелинс – Тлен и пепел (СИ) (страница 8)

   Я вновь взглянула на листок бумаги в поисках конкретной даты. Увиденное меня обескуражило.

   — Уже завтра?! Не поздновато ли для получения приглашения?.. — с недоумением проговорила я. — Разве приготовления к балу такого толка не требует определенного времени?

   — Да, дорогая, мне тоже показалось это крайне странным, приглашения на бал дебютанток приходят за месяц, а то и за два до дня мероприятия. И лишь после того, как семья подала заявку… — тень беспокойства вновь легла на мамино лицо. — Видимо, Ния Омстел очень хочет поскорее вывести в свет наследницу рода Извичей…

   Добавить интереса к ее мероприятию присутствием лакомой невесты? Вполне может быть. В любом случае, это не объясняло того, что приглашение пришло так поздно. Возможно, с годами Омстел и теряет хватку, но что-то подсказывало мне, что она редко совершает промахи по поводу всего, что связано с ее деятельностью свахи. К тому же, не будь мы такого знатного рода, опоздание приглашения могло бы расцениваться как пренебрежение, а не нелепая ошибка.

   — Вы что-то купили сегодня с Вайной, что может подойти?.. — спросила мама, глубоко задумавшись, и пока я не ответила, быстро добавила. — Нет, все это будет не то, нужно срочно ехать в салон мадам Пурпур. Хвала всемилостивым богам, он работает допоздна. Собирайся милая, буду ждать тебя внизу…. Только не переживай. Твое посещение бала дебютанток в этом году будет чистой формальностью, дабы успокоить сердце герцогини.

   Я растерянно кивнула и даже толком не расслышала, как дверь за маменькой закрылась.

   Я полностью разделяла мнение родителей, что спешить с моим браком ни в коем случае не стоило, но ведь… Завтра будет первый бал в моей жизни! Самое настоящее подтверждение того, что я уже далеко не ребенок.

   Я было на всех парах бросилась переодеваться, почти полностью поглощенная сладким предвкушением завтрашнего дня и легкой боязнью перед ним же, как, наконец, вспомнила о запрятанной в подушках тетради. Меня обожгло огнем, возвратило с небес на бренную землю.

   Определенно, есть такие знания, которые прилипают к телу, как вторая кожа, и постепенно становятся неотъемлемой частью человека, меняя тебя первоначального на нечто совершенно иное. И если я уже чувствую это в самом начале моих исследований, то что же будет дальше?..

   Лихорадочно раскидала подушки и сунула тетрадь в тайник в столе. И пообещала себе, что завтра ни на минуту не буду о ней вспоминать.

***

Моя маменька в кратчайший срок смогла подобрать мне наряд так, чтобы утолить самый придирчивый вкус. Золотистое, с тонким газом, отороченное атласными лентами, оно содержало вставки из отшлифованных кристаллов зеленоватого цвета, оттеняющих мои глаза.

   Платье приковывало к себе взгляд, хотя было далеко от всякой вульгарности. Оно не имело кричащего глубокого декольте, которым чаще грешили невесты из семейств попроще, а то и вовсе бесприданницы. Юбка, несмотря на многослойность и пышность, казалась легкой. Дискомфорт мне доставляли, пожалуй, только сильно утянутый корсет и шелковые длинные перчатки, носить которые я категорически не умела при всем своем старании.

   Герцогиня встретила нас у входа в свой огромный, обставленный дизайнерами по самым последним веяньям моды дом. Большинство гостей уже прибыло. В освещенных залах первого этажа сквозь занавеси мелькали силуэты танцующих.

   Ния Омстел, увидев нас, как-то уж чересчур восхищенно зацокала языком, и с чувством чмокнула воздух возле моей щеки.

   Она была излишне надушена и облачена в темно-красный бархат, сильно обтягивающий ее худющую спину. Сквозь плотное амбре духов, от высохших напомаженных губ уже сильно веяло шампанским.

   — Голубки мои, какая же радость сегодня вас здесь видеть! — защебетала герцогиня, поправляя свою роскошную меховую горжетку.

   Мы, естественно, выразили весь подобающий случаю восторг. Омстел оказалась предельно довольна проявленной учтивостью и пригласила нас внутрь, тотчас отвлекшись на новых гостей.

   Пока мы пересекали длинный коридор до первой залы, маменька шептала мне всяческие рекомендации, которые, впрочем, я и сама прекрасно знала:

   — Дорогая, прошу тебя, будь лапочкой и не забывай: никакого хмурого лица или недовольства. На балу дебютанток любому, кто пригласит тебя на танец, ты обязана дать согласие, если еще не приглашена и если вы еще не танцевали. Не стоит быть с одним кавалером более одного раза, чтобы никто ничего не выдумал. На втором танце на вас будут многозначительно смотреть, на третьем — сделают очень далеко идущие выводы о твоем согласии на предложение о браке. Будь мила, но ровно настолько, насколько того требует вежливость, — не стоит давать никому надежды…

   Если раньше я едва ли задумывалась об этом, то сейчас все эти условности раздражали. Стоило ли вообще приезжать на этот бал, чтобы тщательно следить за каждый своим жестом и словом, дабы, не дай всемилостивые боги, кто-то не понял мое дружелюбие превратно?

   Но едва мы ступили внутрь, великолепие света хрустальных люстр и прелесть нарядов гостей мгновенно заворожили, и из головы вылетели все дурные мысли.

   Мне приветливо кивало множество знакомых лиц. Девушки в светлых нарядных платьях напоминали распахнутые свежие бутоны, омытые росой по утру, так сияла изнутри их нежная фарфоровая кожа.

   Маменьки или другие сопровождающие потенциальных невест, порой уже забывая о своей миссии на данном мероприятии, толпились ярким пятном в стороне. Этим пользовались некоторые кавалеры, иногда уже до неприличия явно флиртуя с девушками, на которых имели серьезные виды.

   На весь зал играла тягучая музыка, и десяток пар в отведенном для танцев пространстве плавно кружились в едином движенье, создавая собой отточенный множеством упражнений узoр, рассыпающийся и собирающийся вновь. Несколько молодых пар были пока неофициально обручены, и к зависти многих девушек, могли позволить себе танцевать вместе хоть всю ночь, не боясь злых сплетен.

   На большинстве девичьих личиках плескалась радость от столь важного события, которая и диктовала атмосферу, пропитавшую воздух. Из углов залы слышался веселый смех и бойкие разговоры.

   Маменька некоторое время не желала оставлять меня одну, однако ее быстро отвлекла хорошая знакомая. Меня же подхватила группка близко знакомых мне девушек, которые наперебой щебетали о приглашенных кавалеров. Кто-то из счастливиц уже успел дать пару танцев и спешил поделиться впечатлениями.

   Прошло несколько минут, и у меня заболела голова, забитая именами, титулами и званиями. Судя по всему, здесь собралась не то что вся Эрга, а скорее сливки со всей Рулевии, не считая разве что нанийских шейхов, предпочитающих такие браки, где только на свадьбе жених и невеста имеют радость впервые увидеть друг друга.

   Моя хорошая приятельница и дочь подруги матери, Элина, горевшая навязчивой идеей в этот год покинуть отчий дом, в красках рассказывала мне, какие женихи здесь наиболее востребованы, когда я заметила, что ко мне направляется немолодой грузный лорд с крупными оспинами на лице. Его намерения были настолько очевидны, что я, помня совет маменьки, в панике огляделась.

   Мой загнанный взгляд перехватил высокий молодой мужчина, который, широко улыбаясь, беседовал с парочкой дам неподалеку.

   И за пару мгновений до того, как толстяк, с трудом сдерживая отдышку, ко мне обратился, неожиданный спаситель шагнул вперед, протянул руку и произнес:

    — Миледи, могу ли я иметь удовольствие с вами потанцевать?..

   Я с жаром кивнула, забывая о всяких манерах. Он усмехнулся и подхватил меня под локоток.

   Я смогла разглядеть своего партнера только тогда, когда мы, выйдя к танцующим и встав близко друг к другу, на несколько секунд замерли. Одна его рука деликатно легла мне на талию, а другая взяла мою ладонь.

   Оказавшись лицом к лицу с молодым человеком, я неожиданно для самой себя сильно смутилась.

   Он был очень хорош собой. И возможно, в этот момент далеко не одна девушка, ужаленная уколом зависти, мысленно пожелала мне споткнуться и хорошенько растянуться на паркете.

   Высокий, с прямой осанкой и широкими плечами, мой спаситель мог похвастаться мужественным, я бы даже сказала, героическим подбородком и пронзительными голубыми, в легкую сталь глазами. Его пшеничные короткие волосы были тщательно уложены назад, а серый лаконичный костюм определенно был ему к лицу.

   Я едва не пропустила вступление, и смогла двинуться лишь благодаря мягкой настойчивости, с которой мой партнер меня потянул.

   Танец, на который мы попали, за счет неспешности ритма позволял переговариваться, не сбивая дыхание. В этом была моя удача. Если бы мне прямо сейчас пришлось двигаться быстрее или выполнять сложные фигуры, я бы только и делала, что ошибалась, да спотыкалась под взглядом этих пристальных стальных глаз, в которых зажглись странные шальные искры.

   — Нас пока не представили друг другу, графиня, — проговорил молодой человек, наклонившись чуть ниже.

   Я вздрогнула. Графиня. То есть, он уже знает кто я. Я почувствовала, как к щекам резко прилила кровь.

   — Так позвольте мне представиться самому, — тем временем продолжил мой кавалер. — Граф Отис Батрис к вашим услугам. Очень рад нашему знакомству, госпожа Кларисса Извич.