Елена Шелинс – Путями тьмы (страница 4)

К Адриану вереницей подходили более слабые и молодые вампиры, чтобы выразить свое почтение. В их глазах мелькал восторг, впрочем, тут же тонущий перед восторгом от других высоких гостей. Как и остальная элита, Адриан держался слегка прохладно, но приветливо отвечал всем, благоразумно не наживая новых врагов.

За каждым жестом и взглядом неукоснительно следили. Каждый второй подошедший старался сделать комплимент и мне, поддерживая эту идиотскую забаву со смертными игрушками. Мне часто целовали руку, и я чувствовала, как сладостно подрагивают пальцы вампиров, когда они касались пульсирующей венки запястья.

Они не могли учуять мою суть, лишь то, что я желала показать сама. Да и что бы я была за демон, если бы допускала возможность слишком скоро разглядеть за созданной аурой чистоты истинную скверну. Вампиры недальновидно жаждали кровь, которая разъела бы их внутренности не хуже кислоты. Жаль, Адриан не допустит столь увлекательного развития событий.

– Адриан Стоун… – раздался низкий женский голос с приятной хрипотцой. – Душа моя, как я рада…

Напротив хозяина выросла низенькая фигуристая женщина с необыкновенно смуглой для вампира кожей и с копной вьющихся черных волос. С чувственными четко очерченными губами и характерным носом, она поначалу напомнила мне цыганку, но затем вдруг подумалось, что вместо вечернего платья на ней невероятно уместно смотрелось бы сари, а узкие запястья созданы для массивных золотых браслетов.

– Деви…

Впервые за все время Адриан отвесил глубокий поклон, и я подобралась. После поклона хозяина женщина подала ему маленькую широкую ладонь для поцелуя.

– Твоя сила растет с каждой нашей встречей, – продолжила она. – Очень хорошо.

Ее глаза чуть расширились, а улыбка кинула бы в дрожь и самого хладнокровного смертного.

Когда Деви отошла, я уже было приоткрыла рот, но вампир, не дожидаясь вопроса, коротко кивнул и отвернулся. Значит, Древняя. А ведь она легко может оказаться старше меня…

Раздался странный тихий звон, прокатившийся по всем залам. По толпе пробежала волна волнения. Кто-то встал со своего места, на ходу допивая бокал шампанского, кто-то запнулся на полуслове.

– Совет скоро объявят открытым, – пояснил Адриан. – Во время самого заседания побудь со Стивом. Найдешь его в комнатах, где расположили фамильяров, вход по коридору слева…

– А как же ты?

– В зале Совета мне ничего не угрожает, да и людям туда заходить запрещено…

– Не угрожает? – поймала Адриана я.

Что за идиотские оговорки? Прокололся, как пятилетний мальчишка… Или это влияние встречи с Деви? Так это она – его мать во крови из Древних?..

– Иди к Стиву, Хелла, и не играй на моем терпении. Придешь, когда услышишь звон.

Я покорно развернулась и едва не столкнулась с высокой худощавой девушкой в белом платье, чье лицо, как и мое, скрывала накидка.

– Аккуратнее, – тихо прошипела она, и ее спутник раздраженно дернул куклу за руку. Моргнув, я узнала Ричи.

Ввязываться в перепалку с незнакомкой, тем более с какой-то там куклой щеголеватого вампира, я не собиралась и молча шагнула в сторону, пропуская парочку.

Когда смертная, шелестя юбкой, прошла мимо, кольнуло дурное предчувствие.

Дурное предчувствие у демона… Великая Мать, да я сама, кажется, порядком выбита из колеи…

Комнаты для фамильяров не уступали большим залам в помпезности обстановки со всем ее шелком, бархатом, резными стульями и вычурными люстрами, но здесь не было суетящихся официантов, громкого смеха, экспрессии и вульгарных шуток.

Осторожным ветерком едва слышались шепотки сдержанных разговоров. Когда я вошла, ко мне устремилось множество глаз, и пусть через мгновение все близстоящие фамильяры опустили головы, спиной я чувствовала их аккуратные взгляды, брошенные украдкой. Меня педантично взвешивали на воображаемых весах, применяя особую, одну им понятную меру, и не найдя достаточно интересной, бросали это занятие, не теряя, впрочем, из поля зрения. Привычка никогда никому не доверять въелась этим людям в кожу. Никогда не доверять и держать все происходящее под тщательным контролем.

Я вскользь взглянула на присутствующих и в поисках Стива пошла мимо группок людей, которые скорее делали вид, что держатся рядом, чем действительно были увлечены беседой.

Большинство фамильяров объединяла… серость. Невнятность лиц без выдающихся черт, отсутствие ярких красок, когда глазам не за что зацепиться. В ориентировках они бы значились как люди без особых примет. Их образы мгновенно выскакивали из памяти, как скользкое мыло из влажных рук, и если бы я завела с кем-то из них разговор, то после наверняка не смогла бы найти собеседника в толпе, полагайся только на зрение.

Одеждой фамильяры намеренно или неосознанно лишь подчеркивали это впечатление. Серые, черные, коричневые цвета самых посредственных тонов, отсутствие приметных украшений. Фамильяры, аккуратные до последней пуговички своих невнятных рубашек, отдавали какой-то занудностью, скукой.

Это был не искусно натянутый фасад. Ворох кровавых тайн и сделок с совестью, в конце концов, убийства, совершенные лично – все это для них обыденность, рутина. И во время этого любой из фамильяров испытывал эмоций не больше, чем клерк, педантично подбивающий очередной договор.

Мрак уже очень давно начал переваривать их души, томить в собственном соку. И, будучи детищем тьмы, я ощущала брезгливость, как если бы мне предложили отведать пережеванный кусок мяса.

Как все же Стив отличался от них. Нет, здесь собрались и иные – люди, что на фоне затхлости и гниения душ влекли глотком свежего воздуха, но это были лишь единицы, подчеркивающие очевидное правило.

Где же сам Стив?..

Я вышла на широкий балкон и, наконец, увидела его.

Фамильяр хозяина курил. Неподалеку от Стива обнаружилась молодая девушка, но когда я приблизилась, она затушила бычок и, оправив строгое платье, ушла.

Мы остались вдвоем с дымом сигарет. Я опустилась на резную скамью и вытащила узкую глянцевую упаковку и зажигалку. Прежде чем Стив успел запротестовать, я откинула накидку и с удовольствием подставила лицо ветру.

– Не такой уж и плохой прием, не находишь? – проговорила, закуривая.

– Адриан вряд ли будет в восторге, если обнаружит тебя с открытым лицом, – оглядываясь, укоризненно сказал Стив. – Не расслабляйся.

– Как тебе твоя сегодняшняя компания? – Я кивнула в сторону двери, игнорируя замечание в свой адрес.

– Они… специфические ребята. – Расплывчатый ответ и неуверенная улыбка.

– Понимаю, – кивнула. – И демоны не обрадовались бы таким собеседникам… Ты… волнуешься?

Внимательно окинула взглядом Стива, опирающегося на перила, и положила свою ладонь на его. Пальцы фамильяра слегка дрожали.

Он не стал отдергивать руку. С праздным любопытством я отметила, что он скорее опасался это делать, чем действительно был рад моему прикосновению.

– Волнуешься… – Я с любопытством прислушалась. Читать эмоции смертных совсем несложно. – Но это лишь частично связано с приемом, куда явилась сотня вампиров. Кажется, ты переживаешь по поводу завтрашнего дня.

Стив выдавил болезненную улыбку.

– Опять твои… штучки? Вас там специально обучают подкашивать самообладание простых людей?

Я хрипло рассмеялась. Было бы чему учить.

Убрала руку и рассеянно поправила волосы:

– Так в чем дело, Стив? Что такого случится завтра, что Совет Древних для тебя не такое уж и событие?

– Хоть бы за датами иногда следила… Действительно хочешь знать?.. – пробурчал он и с неохотой продолжил: – А, демоны с тобой, завтра у школьников выпускной.

– У тебя есть дети? – удивилась я.

С интересом уставилась на него, вдруг поняв, что никогда не задумывалась о семейном положении Стива.

По капле крови я бы с легкостью потянула за все его родственные связи и со стопроцентной вероятностью назвала бы истинное количество отпрысков, даже если он сам заблуждался бы по этому деликатному вопросу. Поймав мой кровожадный взгляд, Стив слегка побелел, отвернулся и с деланным вниманием уставился в темноту сада.

– Моя дочь завтра получает диплом. Я поеду к ней, она обучается в одном закрытом престижном пансионате, это далеко отсюда. Просто… давно ее не видел.

– Денежное вознаграждение за работу это окупает? Впрочем, хозяин наверняка немало тебе платит.

По правде сказать, я не следила за суммами, которые падали мне на банковский счет, а все, что было нужно, покупали люди Адриана и оставляли в отведенной мне комнате, поэтому я понятия не имела, что и в каком количестве получают за свои труды фамильяры. Кроме невнятных обещаний о вечной жизни, конечно же.

Стив молчал. В этом молчании чувствовалось неодобрение. Говорить дальше он не спешил, лишь интригуя этим. Что-то скрывалось за историей фамильяра, и это не могло не усилить мое любопытство.

– Тяжело лишь изредка видеть дочь на протяжении четырех лет…

Именно столько лет назад я пришла к Адриану.

– Шесть лет, Хелла. В такие пансионы принимают со средней школы, – в голосе мужчины отчетливо слышалась нервозность.

– Тебе спокойнее, что она учится там, под присмотром, подальше от мира и его опасностей, – сказала я. – Будь я человеком, работающим на кого-то вроде Адриана, я бы тоже устроила детей в подобное заведение.

Если бы взглядом можно было убить, то я бы отдала нечестивейшему душу, будь, конечно, у меня душа.