Елена Рай – Неверный муж (страница 7)
– Я ему скажу, – понимающе кивает. – Это только в самых экстренных случаях.
– Спасибо, – смущённо отвожу взгляд, не зная, как дальше продолжить незамысловатый, но обременительный диалог между почти чужими друг другу людьми. Принимать помощь от такого человека, как минимум странно.
Проводив Матвея до ворот на руках с дочкой, возвращаемся уже вдвоём обратно домой. Через полчаса Герман написал мне сообщение, на которое я опять же ответила с опозданием.
Ближе к вечеру меня разобрала тоска по мужу. Если я останусь сейчас в этом холодном доме, то рискую дать себе надежду на его прощение. Ломаю через хребет своё навязанное родителями воспитание и набираю Софию.
Да! Мне нужно немного пожаловаться, чтобы заполнить чёрную разлагающую мою душу пустоту. Может тогда она заполнится состраданием ко мне близким человеком.
Придумав более-менее правдоподобную версию моего приезда в дом брата, собираю вещи дочери, утрамбовывая всё в дорожную сумку. Своих вещей мало. Только самое необходимое.
– Рами, – Софи неловко топчется на пороге моей спальни, в которой я жила до замужества. Она никак не изменилась. Всё также выглядит, как три года тому назад. Даже постер с американской звездой висит на своём прежнем месте. – Поговорим?
Убедившись, что Ангел не сможет упасть, скатившись на край кровати, тихо выхожу из комнаты. Дверь оставляю открытой.
Василь уехал этим утром в Сочи на очередную научную конференцию. Шифроваться нам не нужно, как и держать двери закрытыми, создавая гнетущую ауру вокруг нас.
– Не поверю, что ты испугалась остаться в своём очень страшном доме без него, – насмешливо произносит она, изображая гримасу ужаса. – Что натворил Герман?
Мою плотину прорывает… Будто девушка моментально догадалась о похождениях моего мужа, а я курица слепая ничего не видела за пеленой быта и материнства.
И вот я уже реву на плече Софии, подвывая и теребя кончик её роскошной косы.
– Занимаясь безопасностью офиса твоего мужа, в прошлый раз я оставила в ноутбуке Григорьевой сюрприз. Конечно, конфиденциальную тайну я тебе не поведаю, но может что-то обличающее в том, что она специально подставила его, возможно, есть, – потерянно произносит она.
– Правда? – затаив дыхание спрашиваю.
– Правда, – пожимает плечами. – Рами… Василь за это меня по головке не погладит. Но я чувствую, что без этого ваша ситуация не сдвинется.
– Василь тебя может отругать?! – пугаюсь за неё, вспомнив, как отец меня наказывал.
Она лишь фыркает в ответ.
Немного расслабившись, позволяю Софи заняться своим мини расследованием. Ничего я не понимаю в её работе. Она умная, успешная, обеспеченная помимо средств брата… Засмотревшись на её профиль, думаю, что вот такая девушка нужна была Герману.
– Ммм, – хмурится. – Ничего такого нет… – разворачивает экран ноутбука ко мне. – Документы по клинике, множество фотографий довольно примитивных… И…
Она мотает ленту, а мой взгляд вмиг фокусируется на одном из них.
– Стой! – рявкаю. – Немного отмотай назад.
– Григорьева же специализируется на аппаратной косметологии. Там ещё не такое увидеть можно, – закатывает глаза.
А мой взгляд против воли прикипает к стройному силуэту девушки без лица. Мужской галстук, как вторая кожа ложится на каплевидной полной груди по обеим сторонам, прикрывая-то, что можно дофантазировать без труда.
Этот галстук принадлежит Герману. Я сама его покупала. Ему. На день рождения. Эксклюзивный узор. Единственный в своём роде.
Глава 9
– Что значит «не открывает»?! – сжимаю переносицу пальцами, забывая на миг, где я собственно нахожусь. – У охраны спрашивал?!
– Рамины нет дома, – чуть ли не по слогам цедит Матвей. – Охранник на КПП сказал, что она уехала с ребёнком. За рулём была знакомая для него девушка. По описанию уверен, что это была Софи.
– Сломай к чёрту замок! Проверь лично, что в доме её нет! – дурнота накатывает, поднимаясь из желудка по пищеводу, чтобы собраться горьким комком в ротовой полости.
Хлебай, Герман, полной ложкой собственное дерьмо! Девочка тебя, кажется, не простила, а ты был так уверен, что всё под контролем!.. Загоню обратно. Поговорим. Найдём выход. Развода ей никто не даст!
– Я не уголовник, Ольховский, – рыча, произносит друг. – Тут соседи и так на меня подозрительно смотрят. Если я сейчас попытаюсь даже пнуть ногой по-твоему дорогущему ограждению, то милая бабушка напротив вызовет на меня наряд полиции. А у меня через три часа операция. И ты, наверное, не хочешь заработать репутацию того, кто принимает на работу «всяких/разных».
Опираясь на спинку стула одной рукой, обдумываю над всеми возможными вариантами, чтобы дотянуться отсюда до Рамины и вправить ей мозги.
– Герман, – ядовито шипит Валентина, надвигаясь на меня. – Вернись немедленно! Бросить доклад, когда тебя собрались слушать такие именитые величины в медицине!..
В этот момент хочется хорошенько огреть гадкую суку. Не о себе же она сейчас беспокоится, а о том, что последует после моего доклада. Её навыки в косметологии и новое оборудование сыграют важную роль, которая закрепит результат моей работы.
– Минуту! – рявкаю. – У меня ребёнок… И жена, – срываю голос на последнем слове.
Валентина гипнотизирует меня прищуренным взглядом. Согласно кивает и скрывается в кабинете, где меня все ждут.
Отбиваю Матвея и сразу набираю Рамину. Меня затапливает небывалой радостью, когда жена принимает вызов.
– Герман?.. – столько вопросительных ноток в её нежном голосе. Пальцы сводит от того, как мне хочется прижать её к себе и шептать ей на ушко милые словечки, от которых она млела в моих объятиях. – Я должна тебе сказать… Я… Мы… Не вернёмся в твой дом.
– В наш, Рамина, дом! – срываюсь. – Конечно, ты не вернёшься! Ты прибежишь обратно!
– Нет! – всхлипывает.
Как же она меня бесит!..
– Это мы ещё посмотрим, же-на, – сквозь зубы. – Скажешь мне своё «нет» в глаза, – отбиваю вызов.
Злость застилает глаза, заставляя меня буквально слепнуть. Ничего не видя перед собой, читаю не то, что мне нужно, постоянно сбиваясь с мысли. Предоставив Григорьевой своё место в качестве «говорящей головы», наконец-то, могу выдохнуть. К слову, она сама вызвалась дать мне паузу, посетовав на моё здоровье перед коллегами. Якобы так сказался на мне перелёт и многое другое, что я уже не слышал.
Вечером я пытался ещё раз ей позвонить и даже извиниться, но моя непокорная и обидчивая жена, не отвечала. Следом пришло сухое сообщение о состоянии дочери и её распорядка дня. Чёрт!.. Довела до зубного скрежета и до белых пятен перед глазами!
– Может… – Валентина останавливает меня за предплечье, когда я уже пытаюсь выйти из лифта на своём этаже . – … Герман… Ну… – закусывает нижнюю губу. – Может у меня доработаем завтрашнюю презентацию?
– Подготовишь все документы для слайдов по новому оборудованию. На этом всё, – твёрдо произношу, глядя ей в глаза.
Григорьева тушуется под моим тяжёлым взглядом. Коротко кивает и делает вид, что двусмысленно не намекала на обязательное продолжение нашей «доработки», но уже в горизонтальном положении.
– Ты помиришься с Раминой, – произносит сухо. – Я, правда, не хотела.
Не хочу к ней прикасаться и вообще упоминать имя моей жены при ней. Словно экстренно сделали вакцинацию от… Идиот.
Пока у меня нет патента на руках, пока всё ещё есть призрачное сомнение в успехе, пока Воронцов дышит мне в спину, желая моего провала больше всего на свете… Много «пока», чтобы рвать окончательно с «ЭстедиЛаб», в лице одной совсем не нежной женщины.
Пожалел моментально, что дал слабину на фоне постоянной работы, недосыпа из-за маленького ребёнка… И вот она вспышка на небосклоне! Моя звезда! Моя удача! Первые результаты. Старт на головокружительный взлёт.
Это случилось в моём кабинете. Было ли мне тошно?.. Было. Но не от Валентины, а от самого себя. Возвышенное чувство к Рамине помножил на грязь во благо будущего.
Как бы там ни было я верну своих девочек домой. Они мои по закону. Предъявить Рамине мне ничего, кроме этой брони в гостинице. Заслужу её доверие ко мне обратно.
Заканчиваем свой визит в Москву на позитивной ноте. Вчерашнего мандража больше нет. Григорьева тоже более расслабленно себя ведёт. Чувствуется, что намеренно по отношению ко мне. Честно, вот вообще всё равно. Мне бы домой поскорее.
В аэропорту делаю вид, что хочу спать. Разговаривать с ней вообще не хочется. Ни о чём.
Мыслями я дома. В нашей спальне. Фантомный нежный запах Рамины заполняет лёгкие, и я моментально засыпаю, обхватив ладную фигурку двумя руками.
Моей девочке в последнее время доставались только моя грубость и равнодушие. Дурак… Какой же я дурак. Нужно взять пару выходных и рвануть на отдых. Кажется, я забыл, что существуют такие дни недели, когда человек отдыхает от работы в компании своих родных и любимых.
Высадив Григорьеву возле её дома, сообщаю, что меня срочно вызывает Матвей в клинику. Вру, естественно. Заодно машину свою оттуда заберу. Такси у меня не в почёте.
Пишу Рамине сообщение, что буду дома через три часа. И обязательно добавляю «жду».
Матвей встретил меня нейтрально. Как раз заканчивал заполнять документацию. Обсудив дела в клинике, расходимся по своим кабинетам. Поднимать тему личной жизни, что-то расхотелось. И так, тошно.