Елена Пост-Нова – Три Закона. Закон третий - Воспроизводство. Часть 2 (страница 20)
Журналист с готовностью изобразил испуг.
- Так вы с ним – пара хищников, которые удачно нашли друг друга, как животные находятсквозь километры? Или он всё-таки
Так, чёрт, эти расспросы забредают куда-то, куда не следует! Боюсь, кто-то опять хочет менязапутать и заставить брякнуть лишнее. Не давая ему договорить, я помахала между намипаяльной иглой:
- Простите, Лео, но давайте прервёмся, потому что мне надо сдать работу начальству, времяне ждёт, - и позвала в темноту навигационной: - Мичлав!
- М? – донеслось оттуда.
- А подойдите, пожалуйста. Проверьте, всё ли тут в порядке?
Сперва до меня долетел импульс удивления. Потом следом за ним появился сам охотник.Прищурившись, он окинул взглядом наши лица.
- Что ж, договорим потом, не буду вас отвлекать, - сразу попрощался Тоно и с непринуждённымвидом зашагал прочь.
- Это с каких же пор тебе понадобилась моя проверка, девочка? – усмехаясь, Мичлав подошёлближе и взглянул на развороченную панель мне через плечо.
- Почему бы и не проверить опытным взором? Тем более когда параллельно вы можете спастименя от расспросов, - ответила я честно.
- Интересно… - протянул мужчина, продолжая инспектировать панель. – Они тебя спасают отменя, я тебя спасаю от них… Странный механизм! Может, нам пора объединиться против тебя вмужской союз, м? Возьми-ка иглу, кое-что надо исправить.
Недоумевая, что тут надо исправлять, я всё же послушалась. Но не тратясь на инструкции,Мичлав взял мою вооружённую руку и сам «исправил» ею нечто на открытой схеме. Ладонь егобыла как всегда горячей и покрывала мой небольшой кулак полностью.
Хмыкнув как можно скептичнее, я дождалась, пока действие будет завершено, и отнялапленённую руку обратно.
- Знакомая ситуация, правда, малыш? – помедлив, пророкотал охотник мне в затылок, несобираясь двигаться с места.
- Знакомая, - согласилась равнодушно, выключая инструмент и собирая рабочее место в цельноесостояние.
- И что же было потом в прошлый раз?
- Пришла новость, что излучатель украден Семантикой. Поэтому лучше не копировать даннуюситуацию, мало ли что…
Мужчина бесшумно посмеялся. Тепло от его груди согревало мои обнажённые плечи – Господи,сколько энергии производит этот атомный реактор?
- Знаешь, девочка, а я бы рискнул. Мы уже столько проблем решали вместе… Вот кроме одной.
Не оборачиваясь, я продолжала возню с коробкой инструментов, стараясь лишним движением некоснуться стоящего позади оппонента.
- Н-да. Мальца не вовремя ты меня позвала… Я весь день пытаюсь настроиться на рабочий лад,а тут ты со своим паяльником, - послышалась досадливая усмешка. – Так от каких расспросов ятебя сейчас спас? Хотя, нет, чёрт возьми, не отвечай. И так догадываюсь. Оставим всё это дотого момента, как вернёмся из вылазки. Не хочу тебя волновать перед таким ответственныммероприятием. На этот счёт, кстати, тоже можешь не волноваться. Я у тебя – кремень, авылазка у нас – строгое рабочее время. Твои нервы мне нужны в рабочем состоянии.
Он так спокойно это говорил, как будто я сама его уговаривала мои нервы потрепать!
- Мичлав, тише, нас могут услышать! – шикнула за плечо, на возвышающуюся там тёплую тень.
- Что, неужто за нами уже следят? Хм, а так даже интереснее… Ч-чёрт, не вовремя ты меняпозвала, девочка…
Последние слова он произнёс совсем тихо, склонившись ближе, но я поспешила спасти своё ухоот лишнего сквернословия и обернулась, чтобы смело усмехнуться в лицо врагу. Однако при видеэтой громады смелость вдруг сжалась в маленький комочек.
Всё, пора делать обратную рокировку!
- Лео!! – крикнула в ещё более сгустившуюся темноту. - Вы тут?!
Секунда тишины.
- Да-да, а я вам нужен? – послышалось где-то с обратной стороны модуля.
- Конечно, вы мне нужны! – я многозначительно подняла брови на каменеющий мичлавскийвзгляд. – Мы ведь с вами не договорили!
Глава 11
Честно скажу, мне уже хотелось поскорее отправиться в поход! Чтобы поскорее началось«строгое рабочее время», чтобы мне перестало мерещиться, будто Лео что-то видит сквозь моибегающие глаза, чтобы мои глаза не бегали, а сосредоточились на поиске квазиантропов средилесной чащи! Прошло уже двадцать три дня рейда, семьдесят процентов зверя, подлежащегоуничтожению, до сих пор живы, а в голове царит хаос! Мне хотелось срочно избавиться отжурналистов, копнувших в своих изысканиях слишком уж глубоко, и отправиться наконец работать– вдвоём со своим напарником, который, конечно, тоже изменится, едва мы войдём в дикуюполосу.
Всё было приготовлено. И в нужных количествах. Но от долгожданного выхода в дикую зону насотделял ещё один день – день отдыха. Якобы отдыха…
С утра установив связь, я быстро пробежалась по контактам и сообщила всем, что жива,здорова, и собираюсь уйти далеко и надолго, поэтому не беспокойтесь. С грустью отметила, чтоне так уж и много людей осталось в моём списке для подобных оповещений. Родители, Мирои –вот и всё. Нет, конечно, можно было вдруг позвонить Ае и ещё паре человек, но, если честно,я почувствовала, что не хочу их беспокоить. Вдруг им покажется, что я бахвалюсь своейизвестностью, рассказывая о том, как обстоят мои знаменитые дела в нашумевшем на весь миррейде?
Вместо этого решила позвонить наставнику Демену. Всё же он принимал в моей судьбезначительное участие, и вроде по-прежнему остаётся к ней неравнодушен. Поговорить с ним былоприятно – он сказал, что, как и все, читает «Истина во мне», что, кажется, и сам попал подочарование созданной журналистами эпичной сказки. Он спросил, как я себя чувствую, какобстоят дела с господином Мичлавом. И – о, чудо – ему я почему-то рассказала и про нашиболезни с ранениями, и о проблемах с оборудованием, и о полосе отчуждения, и даже о том, какнепросто складываются взаимоотношения четырёх человек посреди кудуцких лесов. Родителямдосталась только фраза «всё идёт, как надо, всё в порядке». По какой-то причине снаставником Деменом приятнее было делиться проблемами. И надо сказать, что о трудностяхмоего непростого профессионального пути он знал на шестьдесят процентов больше, чем мама ипапа. Потому, наверное, что с ним я и мои одноклассники провели на шестьдесят процентовбольше времени, чем со своими родителями. Либо потому что он просто никогда не осуждал иготов был помочь советом, при этом не навязывая своего мнения.
В голосе его зазвучало беспокойство, когда я рассказывала о проблемах со здоровьем и оранении Мичлава. Но говорил и расспрашивал он как всегда мягко, не впадая в эмоции, доверяямоим словам, что в итоге все неудачи остались позади и сейчас всё складывается положительно.Отдельно он спросил, как обстоят дела с отношениями между мной и моим новым старымначальником. Всё ли так радужно, как описывается в газетах? Ну… Может быть чуть менеепоэтично, но в целом мы хорошо сработались.
Беседы с остальными прошли быстро. Родители не особо волновались, они пребывали всчастливой уверенности, что дочь находится в полной безопасности под крылом именитогонаставника и в скором времени сделает блестящую карьеру. Они сказали, что очень и очень мноюгордятся. Весьма похоже, что я уже перещеголяла их скромные достижения. Главное теперь – неупустить начатого, благополучно всё завершить, и уж конечно господин Мичлав не обделит менятой должностью, которую я действительно заслужила.
Мирои больше всего интересовали опять-таки взаимоотношения с господином охотником. Ответ,что всё наладилось, что работа всё расставила на свои места, её не устроил. Кажется, оналибо ждала чего-то поинтереснее, либо мирный итог шёл против её логики, которой она мерилаокружающих людей. Что ж, в любом случае она была права, ведь я соврала! Просто мнезахотелось обрубить абсолютно все концы, и больше ни с кем и никогда не обсуждать даженамёками этот абсурдный вопрос. Теперь мы с ним оставались один на один.
Лео все свои звонки и переговоры уместил в рекордно короткий промежуток времени – онбуквально бил копытом в предвкушении намечающейся фотосессии. Его великолепные статьи теперьдолжны были обрести лица! Наши лица, разумеется. Но, судя по тому, что оба представителяпрессы брились вместе с Мичлавом (за сутки уже успевшим чуть ощетиниться), Лео намеревалсяувековечить и их участие в текущем историческом событии. Рем спокойно готовил аппаратуру,просто дав нам знать в какой час мы начнём.
- Слушайте! – журналист тут же атаковал меня, едва я высунула нос из своего модуля, вкотором скрывалась ради общения по телефону. – Неужели господин Мичлав никогда ни с кем несвязывается?!
- Он связался с вами, Лео, - с горькой иронией ответила я, - и ему этого достаточно.
Наш приятель не собирался на это обижаться. Посмеявшись, он увлёк меня на белый свет, дабысообщить, что именно хотел бы видеть на снимках. За время болтовни с Мирои я успела слегкаподправить лицо, поэтому была вполне готова предстать перед камерой.
Как ни странно, на этот раз Рем мало прислушивался к своему напарнику. Он даже сразуотодвинул его в сторонку и практически не обращал внимания на замечания. Впрочем, всезамечания адресовались мне, как модели, а не Рему, как фотографу. Лео пытался развлечь менясвоими обычными шуточками, постоянно призывал расслабиться и быть собой. Но неожиданно этооказалось непросто! Почему-то камера меня смущала, хотя за ней стояли хорошо знакомые мнелюди, да и была она всего одна против обычной дюжины объективов с двумя дюжинами репортёровза ними! Пытаясь найти подходящее выражение лица, я недоумевала, что вдруг со мной произошло– столько раз смотрела в глаза фоторепортёрам, и вдруг меня скрутило ангельской робостью!Только осознав, что дело в отсутствии Мичлава за спиной, волной принципиальной злости ясмогла придать себе уверенности. Ну либо спокойные советы и просьбы Рема мне помогли.