Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 41)
― Ой, ― отмахнулась мама. ― Мне такой бизнес и даром не сдался. Я в этом совсем не разбираюсь.
― Да даже если вы его продадите, то денег хватит не на один такой дом, ― вклинился в разговор Тимур. ― Игорный бизнес высоко ценится на рынке, так что вам стоит поразмыслить над этим.
И глаза мамы вмиг ожили.
Она откинулась на спинку кресла и, о чем-то задумавшись, барабанила ногтями по деревянному подлокотнику.
Позже я сделала всем чай с жасмином, а после уложила ребят в своей спальне, чтобы они смогли отдохнуть перед вылетом в Москву.
Мама побрезговала лечь в спальне Марка, но и ехать домой у нее уже не было никаких сил. Поэтому она устроилась на диване в гостиной.
Ярик прикорнул рядом, сидя в кресле. Он напрочь отказывался спать, но, видимо, усталость одолела его.
И вот он уже храпел на всю гостиную.
Перед тем, как уснуть, мама попросила меня забрать из спальни Марка кое-какие ее вещи. В прошлый раз, покидая дом на эмоциях, она забыла взять фамильные часы, которые достались ей от бабушки, фотоальбомы, и еще кое-что ценное для нее.
Мы понимали, что вскоре покинем этот дом и больше сюда ни ногой.
Он по документам принадлежит Марку.
И кто знает, может, однажды, выйдя из тюрьмы, он приведет сюда очередную жертву ― девушку с темными волосами, светлыми глазами, которая влюбится в него по уши.
Исправляет ли таких, как он, тюрьма? Навряд ли.
Я слабо представляю Марка, живущего тихой размеренной жизнью, даже спустя много лет.
Уверена, он не перестанет искать свой идеал. А когда найдет, сможет ли не принуждать быть с ним, а попробовать добиться взаимной любви?
«Надеюсь, сможет, а не бросится искать меня по всему свету», — с опасением подумала я, входя в его спальню.
В шкафу стояла коробка, в которую небрежно были покиданы мамины вещи. Там же сверху лежали и их совместные фото с Марком. Я вытащила увесистую коробку, поставила на пол, открыла кровать, достала из напольного ящика спортивную сумку, и тут мой взгляд упал на неприметный черный пакет, лежавший на дне и заваленный коробками с обувью Марка.
Ведомая любопытством, я достала его, а открыв, усмехнулась.
― А ты не слишком изобретателен, ― глядя на ручки от окон, вслух проговорила я и, заметив на дне пакета флешку, поторопилась вытащить ее оттуда.
«Это же ее он тогда крутил в руке…» ― вспомнила я момент, когда хотела уехать из дома, но Марк задержал меня со словами:
«Если шагнешь за порог, я предложу Алле посмотреть кино, в котором мы с тобой в главной роли…»
Потом он показал мне видео на телефоне, но не до конца, а только часть с прелюдией, от которой до сих пор бросало в дрожь.
«Хочу ли я снова посмотреть это? ― вдруг пролетело в голове. ― Стоит ли приобщать это видео к делу или лучше избавиться от него? Ведь я там обнаженная, и… поддаюсь его ласкам, словно сама желала этого».
Я задумалась, крутя в руке флешку.
«Может, на видео есть момент, как Марк добавляет мне что-то в бокал?»
Вопросы один за другим забирались в голову, и чтобы получить ответы на них, я все же решила еще раз пересмотреть его.
Бросив все, рванула в свою комнату, на цыпочках прошла мимо крепко спящих Тимура и Таси, взяла с подоконника свой макбук, и так же тихо вышла за дверь.
Вернувшись в спальню Марка, вставила флешку, воспроизвела видео и приготовилась ощутить на своей коже смесь отвращения и стыда.
В первую минуту на видео Марк устанавливал камеру, на экране была видна только его обнаженная грудь. Камера медленно поворачивалась чуть левее, чуть правее, затем зафиксировалась в одной точке.
Марк отошел к холодильнику, достал вино, взял со стола вазу с клубникой, поставив все на барную стойку, снял с держателя два бокала.
Вот в кухню вхожу я, он предлагает мне выпить за мой приезд. У нас завязывается разговор. Он просит меня включить музыку, я отправляюсь в гостиную и… в этот момент он быстро достает из кармана капсулу.
Озираясь на дверной проем, вскрывает ее прямо над моим бокалом.
― А вот это уже в корне меняет дело! ― победно кивнула я, как будто только что поймала его с поличным.
Он поводил моим бокалом по воздуху, размешивая наркотик в вине, и поставил его на место.
Остальное я смотрела на перемотке.
Не желала видеть то, что началось дальше, и не хотела слышать свой голос, полный страсти и желания.
Я не помнила, был ли еще момент, когда я выходила из кухни? Для меня оставалось вопросом: сколько таких капсул он высыпал в мое вино?
Но картинки мелькали только с поцелуями и ласками.
Вот с моих плеч скользнуло платье, Марк по-прежнему оставался в спортивных штанах, в какой-то момент на кухне появился Шерхан, и тут же выбежал обратно в холл.
Я остановила на этом моменте. Отмотала на несколько секунд назад.
― Просто расслабься и ни о чем не думай, ― хрипло сказал Марк.
Его ладонь спустилась к моему пупку, а в следующую секунду раздался звонок в домофон, и дом взорвался громким лаем Шерхана.
― Не будем открывать, ― сказал Марк, отодвигая пальцем мои трусики.
Звук домофона не умолкал, Шерхан лаял как сумасшедший, бегая с кухни в холл и обратно.
― Вот дьявол! ― выругался Марк и, неохотно оторвавшись от меня, поправил спортивные штаны.
― Оденься, Ева! ― приказал он, и направился к двери.
Я нагнулась и, держась одной рукой за барную стойку, натянула на себя платье, корячилась, пытаясь застегнуть его, даже матюгнулась вслух. Затем на цыпочках, сильно шатаясь, вышла в холл.
― О-о, кто-то продолжает праздновать! ― отдаленно послышался голос Ярика.
А о чем они говорили дальше, я уже не слышала.
Встав с кровати, вцепилась руками в голову и громко выдохнув, истерически рассмеялась.
― У нас не было ничего? — спросила я у стен его спальни. — У нас же ничего с ним не было с ним, верно? О, Боже мой… ― снова выдохнула я. ― Марк не успел! Не успел даже войти в меня! Все закончилось прелюдией!
Я быстро воспроизвела в памяти все, что мне рассказывала Света после той ночи, и поняла, что больше не оставалась с Марком наедине.
«Это что значит, я не беременна? Ведь получается, что я не могу быть беременной, так?» ― все еще не верила я.
― А задержка? ― я покусала губу и задумалась.
«Хм… задержка может быть вызвана стрессом и мое дурное состояние ― тоже. В последнее время я столько всего пережила, что не удивительно, если в организме произошел какой-то сбой».
― О господи, спасибо… — взмолилась я. — Спасибо тебе вот такущее! ― Развела руки в стороны и, глядя вверх, едва не расплакалась от нахлынувшего облегчения.
И тут меня словно окатили ледяной водой.
Я медленно опустила руки, застыла, и с ужасом округлила глаза.
― Трусики… ― шепнула я. ― Тогда куда же делись мои трусики?
Быстро села на кровать, промотала видео, заново пересмотрела с того момента, как с меня упало платье, как Марк отодвинул пальцем трусики и… не успел их снять.
Я до последнего оставалась в них, а наутро они…
― Кто, черт побери, их снял с меня? ― прошипела я, глядя на экран.
Быстро дыша, вспомнила слова Светки наутро после той ночи.
«Скажи спасибо, что Ярику удалось угомонить тебя. Ты, кроме него, вообще никого не слушала».