Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 43)
Но, взглянув на тест, слова встали поперек горла.
— Не может быть… — шепнула я, и маленькая полоска с двумя ярко-красными черточками выпала из трясущейся руки.
Едва живая от шока, распахнула дверь туалета, и с кулаками набросилась на Ярика.
— Как ты мог?! Как ты посмел касаться меня?! — прокричала я, с силой ударяя его в грудь.
Замахнулась, чтобы залепить пощечину, но Ярик поймал мою руку в воздухе.
― Успокойся! ― крикнул он и сжал мое запястье. ― Хочешь сказать, что тест положительный?
— Тебе ли не знать! ― прошипела я, глядя на него сквозь слезы, и хрипло добавила: ― Вот почему ты так быстро согласился воспитывать моего ребенка…
― Ева…
― Потому что знал, что он твой! — продолжила я, с презрением глядя на него. — Никогда не прощу тебе этого, слышишь? НИКОГДА!
Вырвав руку, отошла от него на шаг.
― Убирайся вон из этого дома! Вали из моей жизни! ПОШЕЛ ВОН!
— Что случилось? — В коридор выбежала сонная Тася, за ней — перепуганный Тимур.
Я не удостоила их ни словом, ни взглядом.
— Вон! — повторила я и указала в сторону лестницы.
— Ева…
— Убирайся отсюда, Ярик, пока я не столкнула тебя с лестницы!
Он несколько секунд молча смотрел на меня, провел рукой по лицу, надув щеки, медленно выдохнул, взъерошил волосы.
— Ладно… Спокойно… ― сказал он словно самому себе. ― Поговорим, когда ты остынешь.
И нехотя пошел к лестнице.
— Евушка, что случилось? — застыв в коридоре и глядя в след Ярику, спросила мама.
Все сбежались на мой крик.
Тася, испуганно глядя на меня, зашла в туалет, а вышла оттуда с огромными глазами.
Огромными радостными глазами…
— Так ты беременна? — заулыбалась она и, обняв меня, погладила по голове. — Ну чего ты так разнервничалась, малышка? Это же так здорово!
Через ее плечо я видела шокированные глаза мамы.
Подойдя к нам, она положила ладонь на мою спину и, заглянув в лицо, шепнула:
— От Ярика?
Сглотнув ком в горле, я кивнула и вытерла слезы.
— Вот молодец Ярослав! — послышался голос Тимура.
Тася повернулась к нему и строго сказала «т-с-с-с!»
Мама умиленно смахнула слезу и громко всхлипнула.
— Когда и успели? — Ее плечи затряслись, голос стал писклявым. — Они решили меня заделать в бабушки, представляете? — нервно хохотнула она.
Похоже, все радовались. Кроме меня.
Нет, я и не думаю отказываться от своих слов, ребенка, от кого бы он ни был, все равно рожу. Но подлость друга сумела затронуть все возможные струны моей души.
«Сначала воспользовался мной, а потом еще и так нагло врал…» ― кипятилась я.
Мама с Тасей отпаивали меня чаем и без конца говорили о том, как здорово быть мамой. Тася много рассказывала о своей дочери, мама советовала не пороть горячку и помириться с Яриком.
— Вы всегда были отличной парой, знаете друг друга с самого детства, ― говорила она.
— А каким красивым будет у вас малыш, — мечтательно вздыхала Тася. — Надеюсь, у него будут твои глаза.
— А рост ― Ярика, — посмеялся Тимур.
— … И я думаю, вам следует остаться в России. Ну а что? Здесь я всегда буду на подхвате, ― уже строила планы мама. ― И к тому же у Ярика тут квартира, сама говорила ― хорошая. Так что вам есть, где жить.
Они не умолкали до самого отъезда. Только я слушала их вполуха, думая:
«Знали бы вы, при каких обстоятельствах был зачат этот ребенок».
При каких отвратительных, подлых, нечестных по отношению ко мне обстоятельствах!
Ближе к пяти вечера мама отправилась провожать ребят в аэропорт. Я же попрощалась с ними у ворот дома. Мы договорились созваниваться и делиться новостями в соцсетях, держать друг другу в курсе событий.
— Увидимся теперь уже на суде, — обнимая меня, сказала Тася.
— Ты давай мирись с будущим папкой, — потрепал по плечу Тима. — Вы отличная пара! — и, подмигнув, прыгнул в мамину машину.
Войдя в свою комнату, упала на кровать, положила руку на живот, и души коснулось тревожное чувство.
Теперь я наверняка знаю, что беременна. И мысль о том, что пилюли, которые мне скармливал Марк, могут плохо отразиться на ребенке, начинали медленно сводить меня с ума.
Решила загуглить в интернете про беременность и наркотики, но, открыв макбук, опомнилась: вай фая-то нет!
А то видео так и стояло на паузе.
Я открыла программу для обрезки видеозаписей, загрузила туда файл, поставила курсор мышки в самое начало, и, приблизившись к экрану, медленно перемещалась по записи, выискивая момент, как Марк вскрывает над моим бокалом капсулу.
— Стоп! ― приказала себя я и остановила в аккурат на нужном моменте.
И тут что-то во мне щелкнуло.
«А взгляну-ка я, в какой момент Марк выключил камеру».
Вот в кухню забегает Шерхан, вот Марк выходит в холл, за ним — я, а дальше несколько минут на дисплее была одна и та же картина: пустая кухня, в которой была включена лишь подсветка над барной стойке.
В какой-то момент появилась Светка, налила воды в стакан, быстро выбежала обратно, потом прибежал Ярик, взял со стола тряпку и тоже не задерживаясь, выбежал.
Снова картинка пустующей кухни.
Сердце внезапно кольнуло, словно почувствовало что-то неладное.
И уже в следующую секунду я с замирание сердца наблюдала, как в кухню снова вошел Марк, а за ним — я…
Он подхватывает меня на руки, усаживает на барную стойку, целует в шею, я облокачиваюсь, поднимаю обе ноги вверх, он снимает с меня трусики, убирает их в карман спортивный брюк, раздвигает мои ноги и встает между ними.
Я опрокидываю голову так, что мои волосы легли на столешницу, Марк рывком пододвигает меня к себе и… быстро двигается во мне…
Глава 40
«И в этот момент Ярик и Света были в доме?» — с ужасом подумала я, глядя, как мы с Марком перемещались по кухне, меняя позы.
Сначала на барной стойке, затем — на стуле, у стены, где он подхватил меня на руки, а мои ноги обвили его бедра.
Через минуту Марк склонил голову к моей шее, поцеловал в губы и, отойдя, направился к шкафчику, в котором находился пакет для мусора.