Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 22)
― Одиннадцать ноль восемь, ― с колотящимся сердцем прошептала я, записывая пароль на бумажку.
Свернула ее в несколько раз и убрала под матрас.
«Вот ты и попался, Громов! Осталось только дождаться подходящего момента и вскрыть твой таинственный сейф».
Глава 19
― Разве не хочешь пудинг? ― наблюдая, как я намазываю масло на хлеб, поинтересовался Марк.
― Ты же знаешь, что я, как и ты, предпочитаю еду, которую готовлю сама, ― пожала плечами я.
― Любовь моя, кажется, мы договорились забыть про таблетки и другие пакости.
― И все же перестрахуюсь, ― милейше улыбнулась я, чем вызвала у него надменный смех.
― Как спалось? ― поинтересовался он, отпивая кофе.
― Сном младенца, ― поправляя парик, ответила я.
― Сегодня не так жарко, с утра прошел дождь. Сходим прогуляться на озеро?
― Я бы предпочла изучить ноты, которые ты распечатал. Вечером сыграю тебе. Так что прогуляйся с Шерханом, милый, ― на последнем слове я взглядом послала его прямиком к дьяволу.
― Чертовка! ― восхитился Марк и, встав со стула, расправил черную майку и потрепал меня по голове. ― Успеешь изучить ноты. Тебе нужно подышать воздухом. После завтрака буду ждать тебя на улице, ― решительно сказал он и подошел к посудомоечной машине.
«Черт!» ― я сжала губы и швырнула на тарелку бутерброд.
«Как же вытравить его из дома?» ― я покосилась на него и глубоко вздохнула.
На барной стойке зазвонил его мобильник. Марк, включив посудомоечную машину, не спеша прошел по кухне, взял телефон в руку и изменился в лице.
Желваки заходили, мышцы передернулись. Он смотрел на экран с такой злостью, что я едва не подавилась чаем.
― Алло! ― рявкнул он в трубку.
― ***
Его глаза расширились, лицо резко побелело, он едва не выронил из руки телефон.
― К-как? К-когда… ― быстро дыша, спросил Марк и медленно провел рукой по лицу.
― ***
После следующих слов звонящего он поджал губы, запустил пальцы в волосы и поднял взгляд, полный горечи, к потолку.
― Когда похороны? ― хрипло спросил он.
― ***
― Я приеду.
Убрав телефон от уха, Марк осел на стул и, глядя как будто сквозь меня, беззвучно шевелил губами.
― Что случилось? ― осторожно спросила я.
Он болезненно поджал губы, стиснул в руке телефон, перевел покрасневшие глаза на окно и прерывисто вздохнул.
― Мать умерла… ― сказал он тихо и хрипло.
Через два часа Марк собрал еду в дорогу, покидал в спортивную сумку вещи и в подавленном состоянии уехал из дома.
Он не сообщил, сколько времени его не будет, и в какой город отправляется. Единственное, что он сказал:
― Не забудь кормить собаку и да… Ева, не натвори глупостей. Помни, где бы я ни был, мой телефон всегда со мной. И я в любую минуту могу нажать кнопку, которая упечет твою мать за решетку.
Он говорил это без азарта, не так, как раньше. В тот момент его голос был наполнен болью, а взгляд ― скорее отрешенным, чем пугающим.
Я не сразу поднялась в его комнату. Смотрела в окно и ждала, пока машина не исчезнет из поля зрения. Потом еще выждала минут десять, чтоб наверняка.
― Один, один, ноль, восемь, ― повторила я вслух и, судорожно вздохнув, набрала цифры. Сейф открылся. ― Есть! ― с бешеным биением сердца шепнула я.
Первыми на глаза попались мои паспорта, и я тут же забрала их. Нахмурив брови, взяла в руки толстый файл с бумагами, присела на кровать, вытряхнула их, оттуда вывалились фото и еще какой-то паспорт. Взяла бумаги, скрепленные степлером, пробежалась по ним взглядом и, округлив глаза, прижала дрожащую ладонь к губам.
Глава 20
Заголовок статьи, скачанной, видимо, с интернета, кричал:
По моему позвоночнику пробежала дрожь, сердце забилось у горла.
«Неужели это о Марке?..»
Но… в деле фигурировало совсем другое имя и фамилия.
«Накануне в отдел полиции поступила информация о том, что в районе Битцевского парка произошло страшное ДТП. Студента третьего курса сбила иномарка, водитель скрылся с места происшествия.
С помощью камер видеонаблюдения было установлено: машина, сбившая студента, принадлежит преподавателю информатики московского института международного права и экономики двадцатишестилетнему Демидову Андрею Олеговичу. В том же ВУЗе учится и потерпевший, который с серьезными травмами доставлен в отделение реанимации.
Сегодня утром девушка потерпевшего Совенкова Таисия, являющаяся студенткой того же ВУЗа, дала показания, из которых стало известно: Демидов на протяжении некоторого времени домогался ее, в том числе и в стенах института.
К делу приложена запись диктофона, из которой слышны угрозы Демидова в сторону студентки, а так же разговор о попытке изнасилования, которая произошла незадолго до ДТП.
Преподаватель шантажировал и запугивал первокурсницу, принуждая ее встретиться после занятий. Девушка, в свою очередь, поделилась этой записью со своим молодым человеком, двадцатиоднолетним Тимуром Князевым, и тот решил встретиться с преподавателем один на один.
Приехав на место встречи, молодой человек ожидал преподавателя для разговора «по душам», но вместо этого был жестоко сбит его иномаркой и едва не погиб на месте происшествия.
Сейчас студент находится в коме, врачами его состояние оценивается как тяжелое, а сотрудники полиции ведут розыскные мероприятия по поимке преступника.
Сообщается, что в ВУЗе Демидов был на хорошем счету, являлся уравновешенным, строгим преподавателем и ценным кадром. Коллеги и студенты характеризуют его только с положительной стороны, уверяя, что прежде Демидов никогда не был замечен в ухаживании за студентками, и до сих пор не могут отойти от шока.
«Андрей Олегович был молодым преподавателем, и не секрет, что нравился студенткам. Но он был всегда строг к нам и игнорировал любые флирты», ― сообщает студентка третьего курса ИМПЭ.
«Он из семьи ученых, его отец ― лауреат множества престижный научных премий, вложил в него все свои знания. Несмотря на достаточно молодой возраст, Андрей Олегович ― очень просвещенный в области компьютерных технологий. Ответственный, строгий, я бы сказала, незаменимый преподаватель! Студенты слушали его лекции с открытым ртом, с его появлением в нашем ВУЗе повысился средний балл сдачи зачетов по информатике, среди студентов возросло желание поступить на факультет компьютерных технологий. Мне сложно представить, что речь идет о нашем преподавателе… Очень сложно… Смею предположить, что здесь какое-то недоразумение», ― поделилась с нашим журналистом коллега Демидова.
Я перелистнула страницу:
«Накануне вечером в реке Клязьма в шестидесяти километрах от Москвы была обнаружена затонувшая «Ауди», принадлежавшая преподавателю московского ИМПЭ Демидову Андрею Олеговичу. Напомним, две недели назад…»
Здесь снова повторилась история о попытке изнасилования студентки и ДТП. Я перелистнула.
«Спасатели подняли с реки автомобиль Демидова, но тело в нем не обнаружили. Водительское стекло было выбито, вероятно, таким образом, он пытался выбраться наружу. Эксперты считают, что шансы выжить в ледяной реке равняются нулю. К тому же в машине была обнаружена пустая бутылка из-под виски, можно предполагать, что Демидов был под действием алкогольного опьянения. По предварительным данным тело Демидова могло унести течением. Сейчас реку обследуют водолазы».
― Как-как имя той студентки? ― я перелистнула на первую страницу и пробежалась по ней взглядом.
«Сегодня утром девушка потерпевшего Совенкова Таисия дала показания…»
― Таисия… ― хрипло проговорила я и в жилах застыла кровь.
«Так вот чье имя охвачено пламенем на его предплечье?..»
Взяла в руку незнакомый паспорт, открыла его и, затаив дыхание, смотрела на фото Марка. Он был без бороды, волосы чуть длиннее, глаза ― светлые. Выглядел гораздо моложе. Черты лица казались мягче, взгляд ― добрый, в нем не плясали черти, как сейчас…
― Демидов Андрей Олегович… И по-настоящему тебе тридцать один год…― прошептала я. ― Значит, для всех ты мертв?.. Вот что вынудило тебя изменить внешность, надеть линзы, сменить имя и уехать аж за четыре тысячи километров от Москвы.
Рядом с паспортом лежали права на имя Демидова, свидетельство о смерти, а в сейфе осталась связка ключей.
Я судорожно вздохнула и, закрыв глаза, подумала: